Зарубежный детектив 2026-25. Книги 1-10 - Йорген Брекке

– Знаете, Дэн, вам пора бы разбираться в таких вещах. Не первый день работаете в убойном отделе… А насчет брезгливости – интересно, что будет, когда у вас родится ребенок? Уже скоро, да?

Вопрос застает меня врасплох. Вики Лейтон никогда прежде не говорила о личном.

– Нет… еще шесть недель; может, чуть больше, – бормочу я, закрывая рот ладонью. – Фионе кажется, она будет перехаживать.

Вики по-прежнему разглядывает покойника.

– Что ж, стоит прислушаться к ее словам, у матерей очень развита интуиция, детектив Райли.

– А на родах я продержусь без проблем, – говорю я, хотя мы оба прекрасно знаем, что это не так. – Просто не стану в тот день обедать.

Если честно, роды мы с Фионой так и не обсудили: хочет ли она, чтобы я на них присутствовал. Понимаю, что оставлять это решение на последний момент – идея сомнительная. Но и отношения у нас, скажем так, непростые. Мы даже не говорили о том, что будет после рождения ребенка. Пока обстоятельства сложились сами собой: у Фионы дома ремонт, поэтому она временно живет у меня вместе с Лео – своим неугомонным пятилетним сыном, чей папаша давно исчез с горизонта. Я решил, что беременной женщине вредно дышать краской, поэтому предложил переехать ко мне. Странно, конечно… да и, честно говоря, тесновато: нас трое, а скоро станет четверо. Мне всегда казалось, что в моей квартире будем жить мы с Рэйчел и нашим ребенком…

«Жизнь течет своим чередом, пока ты строишь грандиозные планы, Дэнни», – любил повторять отец, изрядно меня раздражая. Все должно было сложиться совсем иначе. Но не сложилось. Поэтому через шесть недель я стану отцом, хотя совершенно к этому не готов: ни умом, ни сердцем. Да и как к такому подготовиться?

Впрочем, утешаю себя мыслью, что я человек довольно современный, раз решился завести ребенка со случайной подружкой. По крайней мере, сам воспринимаю ситуацию именно так. Хотя, честно говоря, до сих пор не понимаю, кем мы с Фионой приходимся друг другу. Пока просто стараюсь поступать правильно: забочусь о матери своего ребенка, делаю ей массаж стоп, заказываю еду и учу Лео играть на приставке – правда, он в свои пять лет каждый раз меня обыгрывает.

– Жертву застрелили в голову. Не в упор, но с довольно близкого расстояния, – продолжает Вики. – Пуля вошла с правой стороны, прямо над глазом, прошла через переднюю кору головного мозга и вышла под правым же ухом, ближе к основанию шеи. Один выстрел, мгновенная смерть.

– Оружие не нашли?

– Пока нет, шеф, – говорит Дэвис. – И гильз тоже.

– Организуйте тщательный обыск, – велю я. – И внутри, и снаружи. Закройте здание, оцепите район. Найдите оружие. И постарайтесь не подпускать журналистов, хотя бы временно.

– Есть, шеф, – кивает Дэвис, доставая телефон.

– Экспертиза определит, из какого оружия стреляли, – говорит Вики. – Следов борьбы на теле не вижу: ни ссадин, ни порезов, ни синяков. Похоже, убитый не сопротивлялся.

– Он был в постели, когда все случилось? Тело не трогали?

Вики качает головой.

– Похоже, не трогали. И, судя по следам крови на изголовье, застрелили его прямо здесь.

В комнату заходят криминалисты и, словно гигантские зефирки, заполняют все пространство.

– Дэвис, узнали, кто он такой?

Вместе с криминалистами приехала Кэрри Митчелл – новенькая в нашем отделе, но весьма толковая особа. Она здоровается:

– Доброе утро, шеф.

– А, детектив-констебль Митчелл, – киваю я. – Что у вас?

– Эван Лоулер, сорок пять лет. Проживал по адресу Чейни-Гарденс, дом шесть, район Бакхерст-Хилл.

– И что же он делает здесь?

Я оглядываю безупречно чистые апартаменты. Квартира-студия оформлена в духе дорогих отелей, которые так любят состоятельные бизнесмены: роскошная высотка на севере Лондона, шикарный интерьер в урбанистическом стиле, панорамные окна от пола до потолка, хромированная техника. Когда мне было лет двадцать, я бы душу отдал за подобное жилье, чтобы произвести впечатление на женщин.

– Похоже, он владелец, – говорит Дэвис. – Девушка на ресепшене подтвердила его личность и сказала, что бывал он здесь часто: обычно по ночам или в выходные.

– Что-то еще?

– Он бизнесмен… точнее, был им. Работал в сфере строительства, владел компанией «Лоулер и Ко». Имел крупные контракты. Бейлис и Хардинг уже проверяют.

Это хорошо. Сара Бейлис и Марк Хардинг – самые надежные и опытные детективы в моей команде. Настоящий дуэт. Что бы ни происходило между ними, на работе это не сказывается – результат у них всегда безупречный.

– Кто нашел тело?

– Техник, Джон Райли, – отвечает Дэвис. – Однофамилец, по всей видимости. Он в коридоре. Говорит, жильцы начали жаловаться на… – Она морщится и бледнеет. – На запах.

– Да неужели? – бормочу я сквозь сжатые губы.

Смотрю на вздувшееся тело, распластанное на кровати. На нем только боксеры – когда-то, видимо, белые, но теперь их цвет почти как у лица Дэвис. Зрелище отвратительное, и врагу не пожелаешь. И все же что-то не дает мне покоя. В глубине памяти шевелится смутное воспоминание: словно муха бьется о стекло.

Митчелл разглядывает тело, стараясь не показывать шока и отвращения. Я запоздало соображаю, что это, скорее всего, первый труп, который она видит с тех пор, как пришла к нам в отдел, – а может, и вообще первый в жизни. Хорошо, что ее не вырвало: запах стоит неописуемый.

– Тебя поздравить с боевым крещением? – спрашиваю я.

Она кивает, зажимая рот ладонью.

Я слегка касаюсь ее локтя – просто чтобы поддержать. Первый труп не забывается. У меня это была пожилая женщина, задушенная в кресле собственным внуком. Выражение на ее лице – тоска и ужас – будет преследовать меня вечно.

– Добро пожаловать в убойный отдел, Митчелл, – предлагаю я. – Сходи, попей водички.

Пока криминалисты работают, я снова оглядываю небольшую, но изысканно обставленную студию. Она выглядит необжитой, будто гостиничный номер. Одежда убитого