Зарубежный детектив 2026-25. Книги 1-10 - Йорген Брекке

«Если я из-за тебя сяду, – говорил он, – то, когда выйду, убью. Тебя, твою мать и сестру с сыном. Сначала их – чтобы ты видела, – а потом и тебя».

Может, для посторонних это звучало как бред наркомана, пустая угроза. Но Кэт не сомневалась, что Сол исполнит свое обещание. Она знала, на что он способен. Знала и то, что сама почти такая же, как и он: сломанная, с выжженной душой и лишенная воли. От Кэтрин Паттерсон ничего не осталось. Только тень, послушный зомби Сола Беннета.

– У меня никого нет, Нив, – шепчет она и снова принимается плакать.

Нив гладит ее по волосам, мягко бормоча:

– Слушай меня, деточка; слушай старую женщину, которая прошла через огонь и воду столько раз, что тебе и не снилось. Ты молодая, Кэтрин. Красивая. Умная. Сейчас главное – найти в себе силы, уйти и никогда не оглядываться. Тебе кажется, что выхода нет, но это не так. Нужно просто приглядеться. Очень внимательно.

Кэт зарывается лицом в ладони и воет в голос. Перед глазами стоит личико Коди: бледное, почти ангельское.

– Разозлись, деточка, как следует. И пойми: все, хватит. Ты можешь начать жизнь заново. Позабыть все как страшный сон и быть счастливой. У тебя есть шанс, Кэтрин.

Но как это сделать? Как забыть? Она потеряла все: и детей, и семью, и дом, и друзей, и будущее, и саму себя… У нее отняли даже возможность стать матерью: врачи сказали, что после случившегося родить она больше не сможет. Ей незачем жить.

– Тебе только кажется, что идти некуда, – продолжает Нив. – Но ты должна бороться. В память о детях. Ради себя самой.

Наклоняясь ближе, Нив обдает Кэт тяжелым запахом перегара.

– Для меня-то уже поздно, я совсем старуха, – говорит она. – Мне бы дожить свои деньки с телевизором, книжками да бутылкой виски. Здесь я оказалась только потому, что побоялась посмотреть в лицо своим страхам. Но если бы мне дали шанс… Жизнь, Кэтрин, это ценный подарок. Дар самого Господа. Он только твой и ничей больше. Не растрачивай его попусту – ни ради Сола, ни ради кого бы то ни было еще. Особенно ради тех, кто этого не заслуживает.

Она вынимает из кармана фляжку, делает глоток и протягивает Кэтрин.

– Выпей, деточка. Поможет.

Кэт послушно глотает. Горькая жидкость обжигает горло, и она заходится кашлем.

– Разве он мало у тебя отнял? – продолжает Нив. – Сначала забрали Кая, теперь умер малыш… Все родные отвернулись, потому что не могут смотреть, как ты себя губишь…

Нив гладит ее по волосам, и от этого становится легче, почти спокойнее. От непривычной ласки хочется закрыть глаза и больше никогда не просыпаться.

– У меня есть подруга в Лондоне – Айви. Точнее, подруга моей сестры, но женщина она надежная, будто кремень. У нее свой дом. Я попробую договориться, чтобы ты пожила у нее какое-то время, спряталась. Думаешь, Сол станет тебя искать? Да он по лестнице-то взобраться не может, потому что вечно обдолбанный. Мозгов у него – курам на смех.

Кэт глухо стонет, разрываемая изнутри тысячей противоречивых чувств. Эта неожиданная доброта почти незнакомой женщины убивает. Она давно разучилась принимать добро; оно стало чужим и пугающим.

– Я попробую что-нибудь сделать, – говорит Нив. – Напишу ей. Телефона у нее нет, она не любит технику, есть такие люди. И правильно, если честно. Раньше ведь жили как-то без этих железяк – и ничего, обходились.

Внезапно Кэт пронзает резкая боль внизу живота. Она вскрикивает, а Нив тяжело вздыхает и гладит ее по макушке.

– Ну-ну, деточка, терпи… Как только поправишься, дай себе слово, что решишься сбежать. Не ради себя, так ради ребенка, который должен был родиться и лежать сейчас на руках у мамочки.

Кэт воет, как дикий зверь: думать о сыне невыносимо.

– Вот что я скажу, а ты слушай. Если не решишься, так и сдохнешь здесь, в этой дыре. Сол тебя убьет – ты и сама это знаешь. Рано или поздно он тебя убьет.

Жгучая боль снова поднимается изнутри, и вместе с ней – ненависть, огромная, как волна цунами, готовая смести все вокруг.

– Я и без того мертвая, – шепчет Кэт и теряет сознание.