Большой игрок 5 - Эрли Моури
— Вирусы? — Сбруев и вовсе нахмурился. Знал бы, что значит это слово, так, наверное, от меня бы шарахнулся.
— Ага, они самые, мелкие, заразные сволочи. Тебе не грустно, что без меня теперь катаешься? — я присел на ступеньку его повозки.
— Не то слово, как грустно. Как будто… — он в первую минуту не мог подобрать слов, потом выдал: — Как будто хожу теперь в чужих башмаках, и они рваные. И не хватает чего-то сильно. Так еще я к вам, Васильевич, по утрам на чай приезжал. А теперь-то чо?
— И мял там пышную грудь Марфуше, — рассмеялся я.
— Ой, мял, — он довольно осклабился. — Теперь заехать некуда. Сегодня поутру заглянул в «Рябинку», оставил там сорок копеек за чай с ватрушкой, а удовольствия никакого.
— Так ты теперь на чай не во всякие «Рябинки», а к Марфе езжай — она же одна, и ватрушки ее, небось самые вкусные. Не знаешь, Лизка не приезжала? И как там она, вышла замуж? — при мысли о моей бывшей служанке на душе стало еще теплее.
Какая же хорошая девица она была: без хитростей и всяких глупостей в голове, добрая, ласковая, как котенок. Может мне такая нужна? Нет… увы, я с такой заскучаю, потому как в голове у меня тоже не все просто — сложнее только у Ольховской.
— Пока дом новый мне не поставят, возьми уж такое правило, — продолжил я. — Надо, чтоб Марфа не чувствовала себя одинокой. Загляни к ней, Ильич. Сегодня же. И скажи, что у меня все хорошо. Дом обязательно будет стоять лучше прежнего. И оба вы мне потребуетесь.
Мы поболтали еще минут пять, за этим расстались. Я поехал к одежной лавке, где оставил аж тридцать семь рублей, зато вышел приодетый, даже взял запасную сорочку, два комплекта белья и вторые брюки. Потом завернул в цирюльню и из нее с посвежевшей рожей прямо к «Южному капиталу».
В банке прямо в вестибюле меня ждал приятнейший сюрприз. Такой сюрприз, что в первый момент даже забыл зачем в банк приехал. По широкой лестнице, ограниченной гранитными перилами, мне навстречу спускалась Полина Борисовна!
Боги! Ведь жизнь прекрасная штука! И как же много в ней доброго! Ведь час назад думал о ней, страстно хотел видеть!
Я бросился к госпоже Лебедевой, обнял ее, не обращая внимания на банковских клерков. Мои губы с совершенной наглостью нашли ее губки. Тут же стало ясно, что, между нами, что-то будет. Наверное, очень скоро. В самое ближайшее время!
— Саш, дорогой! Ну ни при всех же! Саш, Аркадий Моисеевич сзади! — шепнула она, спешно освобождаясь от моих рук.
Да, я не прав. Нельзя мне так с ней при посторонних. Тем более при ее знакомых!
Глава 8
Подстава
Если бы я только мог перенести предстоящее сожжение храма, то сделал бы это не задумываясь. Хотя Чайка и моя художница с нетерпением ждали огненной феерии, все равно отодвинул бы на несколько дней. Причина у меня уважительная: тетушка Поля. Чем играть со спичками, лучше снять люкс в «Националь» и вместе с госпожой Лебедевой вспомнить все то, что случилось между нами в дождливом Иванграде.
Вот только одна загвоздка: не выполнить просьбу Ириэль я не мог. В какой-то момент я даже представил, как самая роскошная стерва этого мира снова появляется в гостиничном номере и снова с демоническим энтузиазмом душит меня.
Шутка! А может и не шутка — не знаю, насколько для хетайлы важно, чтобы молельное место черного братства превратилось в пепел.
Однако мысли эти остались в недалеком прошлом, сейчас я не думал ни о чем, только чувствовал, насколько мне хорошо. Вообще, если я правильно понял, храм, построенный орденом Эргонта, и назван в честь того самого Астерия, который был наставником Весериуса. Только какого хрена он вдруг стал богом, и отчего Ириэль так не любит его, мне непонятно. Я спрашивал Весера но он от этой темы как-то хитро ушел. Ладно, все эти страсти мадридского двора меня не волнуют, мне главное, чтобы тетя Поля была довольна.
Полина Борисовна лежала на бортике бассейна, маленького, с округлыми мраморными краями и полного теплой воды, ароматной пены и цветочных лепестков — мы были в банях «Калигула». Я гладил спину тетушки, иногда мои ладони охватывали ее крупные, полные ягодицы, а член медленно скользил между них, погружаясь в ее лоно.
Часто задают вопрос: «Можно ли без листочков?».
Отвечаю: Нет! Мне уже делали замечание модераторы на АТ по этому поводу.
Без листочков и во всей красе у меня в блоге на Бусти.
Кому хочется больше нескромностей — все там.
Ссылка в моем профиле и блоке «От автора»
Ах, это лоно — трепетное, до сумасшествия жадное! Оно уже испытало верх удовольствия не один раз, и сейчас мы просто нежились, даря наслаждение друг другу не столько страстью, сколько приятной игрой в тонкие ощущения.
Хотя ощущения были тонкими, жар от них все равно зачинался и захватывал меня. Он поднимался постепенно, лаская мое тело, делая мою твердь все более чувствительной. Еще он разгорался от позы госпожи Лебедевой, от самого ее вида — вида идеального тела женщины в самом золотом ее возрасте. Разгорался больше от ощущений ее нежного лона; от невыносимо приятного подрагивания ее ягодиц — оно выдавало все то, что происходило с моей любимой тетушкой.
— Саш… — услышал я ее слабый голос. Она завозилась, начала двигаться мне навстречу, сильнее оттопыривая ягодицы. Сдавленно произнесла: — В меня только не кончай… Не забыл?
Знаю… Помню. Она это говорила это за сегодня уже раза четыре. И я ясно понимал, что Поля сейчас снова взлетает на небеса. Уж ее я знал! Так и