Военный специалист. Вьетнам 2 - Петр Алмазный

Связная обернулась. Показала — два пальца. Потом — направление, чуть левее, где камыши были гуще и тропа ныряла к воде. Понятно. Надо идти в обход или убрать этих болтунов. Второе все же предпочтительнее.

Как бы ни трепались дозорные, тот хруст, которые мы всей командой производили в камышах, не услышать было нельзя. Я передал Вереску свой «АКМ», чтобы идти налегке, и выхватил из ножен штык-нож, с которым не расставался с момента своего появления здесь.

Иван понимающе кивнул и протянул мне свой ножик. Да. Второй мне тоже понадобится. Жестом показав обернувшимся ко мне бойцам, что скоро вернусь, я сошел с тропы, стараясь не производить лишнего шума.

Часовые, выставленные у реки капитаном Фао, продолжали чесать языки, не подозревая, что жить им осталось считанные мгновения. Умом я понимал, что это такие же местные пацаны, как Зунг, и у них, наверняка, есть такие же девчонки, как Тху.

Однако мы на войне. Пожалеешь солдат противника, потеряешь своих. Кто терял в бою братьев не по крови, но по оружию, знает, что это такое. Поэтому ни тени сомнения я не испытывал. Подобрался к краю камышовых зарослей, аккуратно раздвинул стебли.

Вот они, голубчики. Сидят на бережку и фляжечку друг дружке передают. Небось, с рисовой водкой. Видел бы их сейчас капитан Фао, то-то бы порадовался. Впрочем, он еще порадуется. Я прикинул расстояние. Ну, пожалуй, сначала того, что справа.

Поудобнее перехватив сначала свой штык-нож, я прицелился в безмятежно лыбящегося противника в форме солдата ВСРВ. Метнуть я его не успел. Потому что слева к двум южанам метнулось длинная тяжелая туша.

Охренеть! Это же тигр! Здоровенная такая полосатая животина, в один миг подмявшая под себя обоих вражьих солдат. Те даже пискнуть не успели. Одному тигр, видать, просто сломал шею, а второго схватил клыками за горло и тот только хрипел и дрыгал ножками.

Я отпрянул. Чуткие уши зверюги уловили мое непроизвольное движение. Не выпуская глотку своей жертвы, хищник повернул широкую лобастую голову в мою сторону и мне реально стало не по себе от взгляда его желтых равнодушных глаз.

Короче, тигр снял часовых без моей помощи. Теперь главное ему не мешать. И я отступил вглубь камышовых зарослей, двигаясь по собственным еще не заплывшим следам в иле. Добравшись до своих, я не стал сообщать о встрече с полосатым хозяином джунглей.

Незачем лишний раз нервировать людей. Страх плохой советчик и скорее притупляет бдительность, нежели ее усиливает. Особенно если учесть, что тигр способен подкрадываться бесшумно. Пока мы двигались через заросли, я то и дело ловил себя на желании оглянуться.

Между тем относительно твердый берег сменился какими-то рытвинами, в которых стояла темная вода. Проверять глубину этих ям никому не хотелось, приходилось выбирать — либо карабкаться туда где повыше и посуше, рискуя преждевременно наткнуться на вражеский дозор, либо спускаться к реке. Тху жестом показала вниз, к реке.

Сползли к самой кромке берега и вошли в воду. Дно было илистым, камыши остались справа. Слева журчало по камням стрежневое русло реки. Место было относительно открытое. И это было хорошо, учитывая, что где-то рядом мог затаиться опасный хищник.

Впрочем, вскоре в просвете между камышовыми зарослями показался кривой плетень. Дошли. Осталось только незаметно подобраться к деревне. Только я об этом подумал, как справа что-то блеснуло. Рука сработала быстрее головы.

Я метнул нож. Из камышей на прибрежный смешанный с илом песок вывалилось тело в «тигровом» камуфляже. Цой кинулся вперед и проворно подобрал винтовку с оптическим прицелом. Как ни странно, это была устаревшая «М1 Garand».

Оптика была установлена слева от оси винтаря. Занятная штуковина, но сейчас было не до вдумчивого изучения диковин. Я жестом приказал рассредоточиться. Кто знает, может в камышах засел еще один такой горе-снайпер.

Когда бойцы скрылись в прибрежных кустах, я скользнул в просвет, туда, где увидел ограду. Меня тут уже поджидали. Напарник убитого снайпера. Этот проявил больше прыти. Выхватил тесак, потому что стрелять было уже поздно, запрыгал передо мною, размахивая им.

Я сделал ложный выпад, затем подсечку. ВСРВэшник попытался сохранить вертикальное положение, взмахнул руками и рухнул на землю уже с перерубленным горлом. Пока он булькал кровью, я приник к плетню и посмотрел в щель между тонкими бамбуковым прутьями.

В деревне царил бардак. В проходах между домами валялись циновки, битые горшки и прочая домашняя утварь. Южане мародерствовали вволю. Мирных жителей нигде видно не было, то ли попрятались, то ли сбежали.

Меня больше интересовали не тряпки и горшки, а ящики с б/к, сложенные под навесами, и пирамиды с оружием. А также — вражеские солдаты. М-да, похоже, я переоценил тактические способности капитана Фао. Никакой бдительности тот не проявил.

Вместо того, чтобы занять оборону на всех опасных направлениях, его солдаты слонялись по захваченной и разграбленной деревне нога за ногу. Вон один на крылечке сидит, смолит цигарку. Второй вразвалочку бродит по двору.

Третий и вовсе лежит под домом в тенечке, посапывает, автомат валяется рядом. Часовой, правда, имел место быть. Сидит в двадцати метрах левее, на камушке, спиной к камышам. Скучает, бедолага. Еще один солдат маялся брюхом за ближним домом, справа.

Ладно, пусть пока мается. Я отошел обратно к своим. Тихонько свистнул. Гром, Сёма, Вереск, Кореец, Тху и Зунг выбрались из кустов, собрались вокруг. Я неторопливо сунул в песок окровавленное лезвие штык-ножа, потом вытер его пучком травы.

— Двоих я убрал, — сказал я. — Чуть дальше еще пятеро бездельников. Думаю, всех их надо убрать до того, как я подам сигнал. Цой, Верещагин, сбегайте. И чтобы без пыли, без шуму.

Мужики кивнули и метнулись к ограде. Я достал ракетницу «ОСП-30». Вставил — красную. Теперь надо ждать. Знаю, парни долго возюкаться не станут. Точно, через пару минут раздался свист. Я поднял ракетницу над головой и нажал спуск.

Тут же следом выпустил вторую. Красные звезды, едва заметные на фоне голубого неба взлетели и на мгновение повисли над деревней. Секунда… Две… Три… В это время мои бойцы вставляли магазины, передергивали затворы.

Началось. Со стороны севера и востока послышалась стрельба. «Черные тигры» и партизаны товарища Тхоанга пошли в атаку. Пора и нам. Я убрал «ОСП-30» в подсумок, забрал у Зунга «РПД-44», вручив ему свой автомат.

— Вперед!

Я кинулся к плетню, перепрыгнул через него и нажал на спуск пулемета. Прошелся длинной очередью по группе ВСРВэшников,