Чужая реальность - Валерий Головко

— Заработанное нечестным путём? — иронично произнёс Зосимов.

Его голос прозвучал особенно резко в тишине. Лёха смущённо кивнул и тихо ответил:

— Да…

— И что думаете с этим делать? — Показав пальцем на сумочку с золотом, спросил Зосимов.

— Даже не знаю, — вздохнув, сказал Лёха.

Мы разобрали багаж — каждый отыскивал среди сумок и пакетов что-то своё, знакомое, родное. Виталин "багаж" остался лежать на столе, словно напоминание о том, что он остаётся здесь.

— Все взяли свои вещи? — спросил Евгений Станиславович.

— Да, — ответили мы хором, чуть ли не в унисон.

Он собрал оставшиеся предметы со стола и аккуратно сложил их в коробку. Потом взял Виталин смартфон.

— Если что, связь в вашем мире будем держать через Виталин телефон, — пояснил он.

Все понимающе закивали. В этом простом жесте — передаче телефона — вдруг почувствовалась какая-то особая значимость: как будто этот смартфон стал ниточкой, связывающей нас с тем, кто решил остаться.

Дальше последовала короткая, но твёрдая команда:

— Выдвигаемся!

Мы дружно вышли из номера, прошли по знакомому этажу и спустились вниз. Виталя пошёл с нами — проводить. Сердце разрывалось от грусти и тревоги. Последние минуты в этой реальности тянулись мучительно медленно, будто время решило напоследок испытать нас на прочность.

Выйдя на улицу, мы направились к микроавтобусу, который стоял неподалёку, поблёскивая на солнце. Недалеко собралась группа людей — они наблюдали за нами. Среди них были и наши новые знакомые — Сергей, Стас, Юра, Влад и Иван. Мы дружно помахали им. Они в ответ замахали руками — широко, энергично, как бы говоря: "Мы будем помнить вас!"

Усевшись в микроавтобус, мы тронулись вперёд, петляя по здешним улицам. За окнами мелькали дома, деревья, вывески — всё то, что стало нам хоть немного, но знакомым. Наконец мы доехали до взлётной площадки. На ней стояло несколько больших гравилётов — каждый размером с двухэтажный дом, — и один маленький, не больше одноэтажного здания.

Нас подвели к маленькому гравилёту. Настал час прощания.

Я подошёл к Витале.

— Прощай, Витаха! — сказал я, крепко обнимая его. Голос чуть дрогнул, но я постарался говорить уверенно.

— Может, лучше "до свидания"? — шутливо ответил он, но в глазах читалась грусть.

— Да, точно… До свидания! Надеюсь, когда-нибудь встретимся, — я похлопал его по плечу.

Следом за мной с Виталей попрощались остальные: каждый сказал пару слов, обнял, похлопал по спине. В этих коротких мгновениях было столько невысказанного — благодарность, дружба, надежда на новую встречу.

Потом, по очереди, все стали прощаться с Зосимовым и другими сотрудниками. Рукопожатия, короткие фразы, тёплые улыбки — всё это казалось таким важным, таким настоящим.

В этот момент эмоции настолько зашкаливали, что я еле сдерживал слёзы. Горло сжималось, в груди будто что-то тяжёлое оседало. Думаю, такие же чувства были у всех: кто-то отводил взгляд, кто-то нервно теребил край куртки, кто-то просто стоял, молча глядя вдаль.

Мысленно мы расставались с чужой, — ставшей уже родной нам реальностью. На сердце было так грустно, будто здесь, в этом мире, оставалась частичка нашей души. И где-то глубоко внутри теплилась надежда: может быть, однажды мы вернёмся.

— Знаете, — обратился я к Зосимову, Евгению Станиславовичу, и всем остальным сотрудникам. — За всё время пребывания у вас, укрепилось чувство какого- то братства с вашим миром. Чувствуется какая- то духовная близость и не безразличие к вашей судьбе. И не смотря на барьеры, поставленные природой, хочется общаться с вами, помогать вам, переживать за ваши ошибки... Может, эксперимент с Виталей поможет нам понять, как можно общаться, сотрудничать, с разными мирами, не нарушая законов Вселенной, и если изменять реальность, то только к лучшему. Возможно, сама природа в этот раз попыталась подсказать нам всем, — как нужно жить.

— Наверное... Будем надеяться, что это так, — сказал задумчиво Зосимов.

— Вы, пожалуйста, сообщайте нам, как там у вас? Что происходит? — Сказал Андрюха. Мы будем очень ждать от вас новостей, переживать и молиться за вас, и за весь ваш мир. Ведь мы уже тоже стали частью вашей Вселенной.

Попрощавшись, Евгений Станиславович и ещё трое сотрудников вошли в гравилёт, а все остальные, в том числе Зосимов и Виталя — остались. Двери гравилёта закрылись.

Евгений Станиславович раздал нам большие чёрные очки.

— Это чтобы случайно не открыть глаза при перемещении. Наденете по команде. Поняли?

— Да, — ответили мы хором.

— Отсчитывать десять раз и подпрыгивать не нужно. Машина даст команду "надеть очки", — наденете очки, затем машина отсчитает пять раз, и произойдёт перемещение. Всё поняли?

— Да.

Гравилёт поднялся на большую высоту. В иллюминаторах был виден маленький город.

— Готовы?

— Да, — в очередной раз, ответили мы все хором.

— Ну, поехали!

Гравилёт набрал определённую скорость.

— Всем приготовиться, — раздался строгий голос.

Включился мощный аппарат — где-то под полом гравилёта загудело, задрожали панели. На табло загорелась надпись: "Приготовиться". Приятный женский машинный голос продублировал команду:

— Приготовиться!

Мы все стояли и ждали. Напряжение достигло пика — в воздухе будто повисло электрическое напряжение. Моё сердце колотилось как сумасшедшее, ладони вспотели, а в горле пересохло.

— Надеть очки! — прозвучал всё тот же машинный голос.

— Надевайте очки, — скомандовал Евгений Станиславович, сам опуская затемнённые очки на глаза.

Все послушно последовали его примеру. Я тоже опустил очки, но на всякий случай сомкнул веки ещё плотнее. "Хватит с меня приключений!" — пронеслось в голове.

— Внимание, начинается отсчёт! — оповестил голос машины.

— Пять, четыре, три, два, один, старт!

На мгновение всё замерло. Было тихо, только слышно ровное, монотонное жужжание аппарата, от которого слегка вибрировал пол под ногами.

— Перемещение прошло штатно! — послышался машинный голос.

— Уже? — удивлённо воскликнул Андрюха, сняв очки и оглядываясь по сторонам. — Так быстро?

— Высота — тысяча метров над поверхностью земли, — снова оповестил нас машинный голос.

На экране приборной панели высветилась дата: 5 августа 2033 года, а чуть ниже — координаты: 46°10' с. ш., 34°47' в. д.

— Геническ… — тихо произнёс Лёха, вглядываясь в иллюминатор. — Мы точно в нужной точке. Видите? Вон там — береговая линия Азовского моря, а слева — дорога на Арабатскую стрелку.

— Сейчас спустимся ниже, проверим связь, — сказал Евгений Станиславович. — И сменим локацию. Не стоит зависать над городом — слишком много глаз.

Гравилёт плавно изменил курс, уходя к северо-западу, прочь от жилых кварталов. Под нами мелькали поля, редкие постройки, ленты дорог. Постепенно очертания города остались позади, а пейзаж сменился зелёной полосой деревьев.

— Подбираем площадку, — скомандовал Евгений Станиславович.

Машинный голос тут же отозвался:

— Обнаружена подходящая зона посадки: лесополоса, три километра к северо-западу от