Грань безумия - Анастасия Пименова
Поэтому за последние два года я изменился. Теперь больше нет слабого мальчишки, который скрывал свою боль.
За последние два года я стал другим. Процедуры, экспериментальные методы лечения, диеты, разработанные лучшими врачами — все это изменило меня не только физически, но и морально. Боли стало меньше, выносливость возросла, и впервые в жизни я почувствовал себя… по-другому.
Вскоре самолет начинает снижаться. Пристегиваю ремень и закрываю глаза.
Я возвращаюсь в этот город не просто так, ведь доучиться последний год мог и на дому, чтобы после поступить в университет. Нет. На всё есть определенная причина, даже несколько.
Глава 3
Мы уже подъехали к клубу, который находится на окраине города, добравшись на такси.
Поднимаю голову и смотрю на современное здание, которое на удивление неплохо вписывается в окружающее пространство.
На входе стоят целых три охранника, что проверяют документы и пропускают тех, кто подходит не только по возрасту, но и по дресс-коду. Именно поэтому я сегодня надела джинсы на низкой посадке и топ на тонких бретелях, что достает до пупка. В меру открыто.
Мы с Мэди подходим к концу очереди, состоящей примерно из двадцати человек, и продолжаю взглядом изучать обстановку.
Вижу собственное отражение через зеркальные окна здания, хоть сейчас и темно, но благодаря уличным светильникам пространство подсвечивается.
Здесь нет рядом жилых домов, лишь магазины, которые уже закрыты, поэтому звук музыки доносится изнутри и никому не мешает.
Очередь постепенно продвигается вперед, когда Мэди продолжает переписываться с кем-то.
Из всех девушек, что вижу, я одета более закрыто. Некоторые из них мне знакомы, они учатся в нашей школе.
Вскоре подходит наша очередь. Охранник окидывает меня оценивающим взглядом, задерживается на животе, потом мельком глядит в удостоверение и кивает, пропуская.
Мэди проходит следом без проблем.
Мы движемся с девушкой по темному длинному коридору, освещаемому лишь по бокам красной подсветкой. Тут тоже стоят охранники, словно статуи.
Мэди только сейчас убирает телефон в сумочку и чуть не хлопает в ладоши от радости, когда я испытываю беспокойство.
Когда до дверей нам остается несколько шагов, они автоматически открываются, пропуская нас внутрь, где мне сразу же бросается в глаза толпа людей. Очень много людей. Кажется, что на открытие пришла одна треть города.
Нас оглушает гул басов и яркий свет стробоскопов. Дымка и парфюм смешиваются в густой аромат, от которого слегка кружится голова.
Вокруг мелькают лица, силуэты двигаются в такт музыки. Кто-то смеется, кто-то флиртует, кто-то просто пытается выжить в этом безумном вихре, прямо как и я.
Мэди берет меня за руку и кричит:
— Пойдем сначала к бару!
— Хорошо.
Она ловко маневрирует между людьми, ведя и меня за собой.
У бара также множество людей, но Мэди удается протиснуться и тут.
— Что ты будешь, Шоу?
— Колу со льдом, — приходится тоже прокричать, и девушка выдает кивок, чтобы дождаться, когда один из барменов освободится. Их тут оказывается двое.
Проходит минут десять, когда мы получаем свои напитки. Мэди заказала что-то алкогольное, фруктовое и яркое, чтобы соответствовать атмосфере, использовав поддельные права.
— Попробуешь? — предлагает она мне.
Я делаю маленький глоток, чувствуя, как алкоголь тут же слегка обжигает горло, и тепло разливается по телу.
— Вкусно!
Мэди сама делает несколько глотков и сразу же со своим напитком двигается в толпу, как и я, думая, что это была плохая идея — заказывать сразу же напитки.
Я не вижу никаких столиков, куда это можно поставить, да даже если бы и нашла их, то вряд ли бы согласилась оставлять стакан без присмотра.
Папа ещё четыре года назад прочитал мне целую лекцию о том, что воду и любой другой напиток не следует оставлять без присмотра, иначе туда могут что-нибудь подсыпать. А также не следует принимать из рук незнакомцев уже незапечатанную бутылку. И я серьезно по поводу лекции. Он потратил два часа на это и даже подготовил целую презентацию.
Мэди держит одной рукой свой бокал и танцует в такт музыки, подзывая меня к себе и подмигивая.
Я делаю ещё несколько глотков колы, чтобы случайно не облиться и не облить кого-нибудь, только после этого немного расслабляюсь и начинаю двигаться.
Музыка начала проникать в каждую клеточку тела, заставляя вибрировать в унисон с басами. Ощущаю, как напряжение, сковывавшее меня последние дни, постепенно отступает, уступая место легкому головокружению от музыки.
Подруга, кажется, оказалась в своей стихии. Она движется свободно и раскованно, а ее яркое платье мелькает в полумраке, словно экзотическая птица. Я улыбаюсь, глядя на ее беззаботность, и пытаюсь подстроиться под ритм.
Через какое-то время Мэдисон кричит мне что-то на ухо, но из-за громкой музыки я не могу разобрать ни слова, поэтому ей приходится повторить и указать рукой в сторону входа:
— … смотри, кто пришел.
Прослеживаю за её взглядом и сбиваюсь с ритма, замечая Джеймса с парнем, которого зовут Рэйф.
— Что они тут делают?
Как только задаю этот вопрос, то понимаю, насколько он глупый. Наверняка они тоже пришли в связи с открытием.
— Я написала Рэйфу, что мы сегодня будем тут, — кричит она мне в ухо.
— Зачем?
— Да, брось, Шоу. Будто ты не замечаешь всей той химии, что происходит между тобой и Джеймсом. Я слышала, что он подсаживался к тебе в столовой, а ещё слышала, что после того, как ты ушла тогда из класса, Тэйт хотел пойти следом, но именно Джеймс не дал ему это сделать.
Останавливаюсь, когда Мэди продолжает танцевать, и обдумываю её слова.
Это правда?
— Рэйф его кузен, поэтому я и написала ему, — поясняет дальше девушка. — Думаю, что он пришел сюда из-за тебя, Шоу. Попробуй. Дай ему шанс, — она сжимает мои пальцы своими, заставляя взглянуть в её глаза.
Медленно поворачиваюсь в