Повелитель Хаоса. Том 2 - Илья Соломенный

Она обожгла мой разум, дёрнулась, попыталась вырваться — но я держал крепко! Потянул её на себя, и очередная картинка с какими-то живыми космическими существами, задрожала и… распустилась! Буквально расплелась, как старый вязаный свитер, если дёрнуть за нитку!

У меня в руках (откуда они вообще взялись?) осталась только сама нить — ровная, гладкая и тёплая.

Так…

Ещё одна.

Ещё, ещё, ещё…

Я вообще перестал думать — просто тянул, расплетал, распускал — нить за нитью, струну за струной. Они просто разматывались, а я подхватывал их, и…

Вплетал обратно.

Куда?

В себя!

Эта мысль пришла так внезапно, что я на секунду замер — а потом мгновенно и неосознанно вынырнул и…

Мир вернулся! Вяз, овраг, ветер в кронах.

Я сидел, привалившись спиной к стволу и тяжело дышал. Нексус, который всё также лежал на левой ладони, сейчас больше напоминал клубок светящейся пряжи — и он распускался прямо на глазах! Пальцы правой руки, вообще безо всяких моих команд, двигались с бешеной скоростью и вытягивали из него чёрно-золотые нити, одну за другой…

И на самом деле вплетали под кожу рук — просто подавая нитям сигналы, а те уже, словно живые, вонзались в оба моих запястья и исчезали внутри. Я сконценрировался и увидел, как под кожей как они ползут вверх по рукам, по венам, по каким-то каналам, о существовании которых я и не подозревал, разбегаются по всему телу…

— @#$% в '#$! — вырвалось у меня.

Только сейчас я почувствовал, как это…

— Жжётся, сука!

Будто у меня в венах вместо крови вдруг оказалась раскалённая магма! Голова вдруг закружилась так, что, если бы я не сидел — точно грохнулся бы. В ушах зазвенело, а перед глазами вспыхнули отголоски тех видений: кусочек звёздного неба, край жёлтой занавески, отблеск пламени…

Не знаю, сколько это длилось — но солнце, кажется, успело заметно сдвинуться. Ноги затекли так, что я их уже почти не чувствовал, а из носа потекла кровь. Я слизнул её с губы, продолжая скрипеть зубами и наблюдать, как мои пальцы выдёргивают из нексуса нити и вгоняют их под кожу…

Я не боялся — просто ждал, отчего-то понимая, что всё так и должно быть.

А клубок в моих руках становился всё меньше и меньше — пока последняя нить не выскользнула из пальцев, золотой искрой мигнула в воздухе и ушла под кожу на запястье.

На ладони не осталось ничего. Только в руках пульсировало тепло, медленно расходящееся по всему телу, и странное, звенящее ощущение… полноты? Будто до этого я всю жизнь был пустой бутылкой, и даже не подозревал об этом.

Я медленно поднял руки и посмотрел на них.

— Ну… Руки как руки. Только трясутся немного…

Стоило только мне это сказать, как левое предплечье, чуть выше чёрного браслета, обожгло — коротко и остро, как от прикосновения раскалённой иглы.

Я опустил глаза и в который раз за сегодня выругался. Только на этот раз, скорее, восхищённо. По коже, от запястья к локтю, медленно проступали линии — тонкие, чёрные с золотом, они изгибались, переплетались и складывались в узор.

Или в руны?

Они проступали одна за другой, будто кто-то невидимый выводил их на моей коже раскалённым пером.

Фырк, опять появившийся на корне, подался вперёд и вытянул шею, принюхался к моей руке. Шерсть у него на загривке встала дыбом.

— Как думаешь, что это за хрень? — спросил я.

Первое, что пришло в голову — у меня глюки.

Ну мало ли! Хрен знает сколько времени сидел, вплетал в себя взятую хрен знает откуда какую-то неведомую хрень, видел столкновения галактик и древних тварей размером с город…

После такого всякое может померещиться…

Я зажмурился, потряс головой и открыл глаза — руны никуда не делись. Чёрные с золотом, чуть выпуклые, будто их выжгли. Одна у самого запястья, сразу над браслетом. Вторая посередине предплечья. Третья ближе к локтю. Угловатые, острые, ни на что не похожие — ни на кириллицу, ни на латиницу, ни на иероглифы, которые я видел в китайских забегаловках.

Я осторожно провёл по рунам пальцем. Хм, а на ощупь — кожа как кожа! Только чуть теплее, чем вокруг, да и всё.

— Ну зашибись, — пробормотал я, — Сам себе набил первую татуху.

Фырк, всё это время сидевший на корне, снова наклонился над моей рукой, перестал топорщить шерсть и обнюхал предплечье — а затем чихнул.

— Да я сам в шоке, — усмехнулся я.

Пораскинув мозгами, решил проверить, что же это всё таки такое, скользнул в концентрацию — и руны слегка зашевелились.

Нет, кожа не двигалась, но в концентрации каждая руна оказалась сплетена из тончайших чёрно-золотых нитей — и эти нити дрогнули, едва я на них посмотрел. Потянулись друг к другу, перестроились, и я вдруг понял, что читаю их смысл!

Как во сне, когда смотришь на вывеску и знаешь, что там написано — хотя буквы плывут и путаются.

Первая руна, та, что у запястья, сложилась в слово: «Перенаправление».

И тут же, следом, пришло понимание — будто кто-то вложил его мне прямо в голову.

Это то, что я уже умел!

Порванный спиннер в машине у Макса, энергоканат в «Маро», который я развернул так, что аномалия сожрала сама себя, торшер в «Пассаже», чью энергию я выбросил в никуда, огонь и лёд из дешёвых артефактов, которые я свёл в одну точку, чтобы получить взрыв, энергия защитного кольца, которую я перекачал в нить Фырка.

Всё это было одним и тем же — перенаправлением! Взять поток, который течёт в одну сторону, и развернуть его туда, куда нужно мне.

Я поднял руку и посмотрел на пальцы. В концентрации по ним бежали тонкие чёрно-золотые искорки, которых раньше не было. И это были не иглы — скорее, провода.

— Так… Значит, это моё типа официальное умение? Но оно же у меня было? — спросил я ни у кого конкретного, — Может, теперь станет проще? Или сильнее? Или и то и другое? А, ладно, разберёмся… Если апнул второй класс, то с тройками точно смогу работать — уже хорошо!

Я кивнул сам себе, и посмотрел на вторую руну, посередине предплечья — нити под кожей тут же перестроились, и в голове всплыло: «Перевод».

— Перевод Чего? Куда?

На этот раз понимание пришло не целиком, а какими-то обрывками образов. Что-то про звук, про смысл, про то, что у всего живого