Фантастика 2026-194 - Мария Геррер

Испросив несколько свободных дней перед Синбирском, Марчук отправился в белоцарский архив. Туда свозили дела со всего Бередарского царства, коим так и не дали завершения. Иными словами, Стрела либоне смог отыскать и убить иномирца, либо не сумел уверенностью сказать, что иномирцев там не было вовсе. Порой такие чужаки появлялись позже и зачастую в иных губерниях. Так, дело Сказочника вполне могло оказаться в белоцарском архиве, если бы Карницкий не проявил настойчивость.

В архиве Аверий нашел дело из Прилучного,к которому была приложенаприписка: «Иномирец не найден и не подтвержден», прочел его от первого до последнего листа, поискал другие дела из тех же окрестностей и случившиеся в то же время, выписал кое-какие сведения, а затем уехал из Белоцарска в сторону Прилучного.

Он проехал вдоль берега великой реки Береды, давшей название всему царству,посетил несколько деревень и лишь затем направился в село Прилучное, где располагалось поместье рода Карницких.

Сей край был приветлив и светел. Дивные дубравы, прозрачные березовые рощи,обширные поля, множество птиц от диких гусей догордых орланов. Река питала здешние земли, делилась рыбой, помогала торговле, и ее щедрость словно передалась жившим на ее берегах людям. Завидев орденский амулет, прилучинцы не хмурились и не пугались, а звали в гости. Марчук с трудом отбился от их угощений, но когда добрался до поместья Карницких, увидел, что там его уже ждали.

С Карницким-старшим Аверий уже был знаком, виделся в Старополье, когда тот приезжал к сыну.

— А, так ко мне не какой-то орденец явился, а сам наставитель Андрюши, — сказал Ведислав Радимович. И вдруг посерел лицом и качнулся, ухватившись за ограду. — Неужто с Андрюшей…

— Нет-нет, с ним всё хорошо, насколько я знаю, — поспешил заверить Марчук. — Правда, виделись мы с ним уже давненько, больше месяца назад.

— Да-да, — пробормотал Карницкий, — Андрюша писал, что тебя назначили командором. Так какими судьбами в нашем медвежьем углу? Насколько мне известно, в ближайшем орденском отделении командор ужеесть.

— Я не по службе приехал, — сказал Аверий. — Хотел расспросить кое о чем и надеюсь на ваше расположение.

— Разумеется. Андрюша мне часто писал о своем наставителе. Он изрядно тобой, знаешь ли, восхищается, взял к себе в пример и переживает, что никогда не сможет стать столь же хорошим Стрелой.

Ведислав Радимович пригласил Марчука в дом, не стал чиниться и не поморщился из-за его простого происхождения и неказистой одежды, велел жене накрыть стол, а после сытного ужина предложил пройти в кабинет.

— Не отведаешь вишневой наливки? — предложил Карницкий. — Я сам делаю. Женские руки, знаешь ли, портят подобные напитки, делают их кислее и площе. Мои же наливочки — все ядреные, сладкие, а аромат — будто в вишневом саду прогуливаешься.

— Не откажусь, — кивнул Марчук.

Дворянин самолично разлил по хрустальным чарочкам густой напиток. Аверий Деянович пригубил и одобрительно кивнул: наливка и впрямь была хороша. Карницкий сел за массивный стол, подергал ящики и спросил:

— Так по какому же делу ты явился? Если из-за службы Андрюши, так я стараюсь не вмешиваться. Он сам выбрал свою стезю и сам решает, как ему быть, где служить.

— Скажите, Ведислав Радимович, Адриан ведь не родной вам сын?

Карницкий даже не дрогнул, лишь выдвинул боковой ящик стола, словно бы в растерянности, закрыл, дернул другой.

— С чего такие мысли? И зачем вообще ты явился в мой дом? Чтобы возвести поклеп?

— Я обнаружил, что Адриан Ведиславович был вписан в приходские книги лишь на четвертом году жизни.

— Он был болезненным мальчиком, мы боялись, что он не выживет, потому не спешили вписать, — резко ответил Карницкий.

— Обычно таких стараются принести в Спасов приход как можно раньше, чтобы Спас одарил его защитой.

— Не твое дело, когда надобно вписывать дитя. У самого-то ни жены, ни детей.

— Я не враг вам, Ведислав Радимович. Я просто хочу знать. Судя по всему, вы и сами догадались, кто таков Адриан.

Карницкий провел рукой по седым волосам, завязаннымв хвост, затем проясневшими глазами посмотрел на незваного гостя и спросил:

— Многие ли задаются таким же вопросом? Это официальное расследование?

— Нет, — ответил Аверий. — Я приехал по своей воле. Взял неприсутственные дни в Ордене.

Дворянин вдруг вытащил из открытого ящика стола пистоль и наставил на Марчука.

— Я того не хотел, — сказал Ведислав Радимович. — Но лучше пусть меня сгноят на каторге, чемты навредишь моему мальчику. Скажу, что невзлюбил тебя с той поры, как Андрюша вздумал от наследства и положения отказаться. Голуба справится без меня, вырастит дочь, не обделит Андрюшу.

Аверий Деянович видел, что рука Карницкого тверда, и дуло смотрит прямиком на него, но остался сидеть на месте.

— Зря вы так, Ведислав Радимович. Коли бы я хотел, так поведал бы всё здешнему