Забвение - Анастасия Пименова
Пульс ускоряется, мышцы горят, но я удерживаю контроль.
И по новой.
Джеймс наступает, и я сужаю пространство для атаки, пробуя комбинацию ударов, которую мы отрабатывали когда-то в Возрождении, до того, как я его старалась избегать. Джеймс парирует, но в его глазах мелькает уважение. Отлично. Значит, я делаю всё верно.
Постепенно атаки Джеймса становятся мягче, а я сама замедляю темп. Дыхание всё ещё ровное.
Он делает последний выпад и останавливается, широко улыбаясь:
— Отлично, Шоу.
Киваю, когда он подает мне полотенце, чтобы освежить лицо.
Благодарно киваю ему не только за полотенце, но и за тренировку, когда парень продолжает:
— Я отправлюсь с вами в этот раз.
— Да?
— Да. Отец настоял на этом, сказал, что город слишком большой, да и я давно не выбирался никуда.
— Давно? Неделя — это давно?
Джеймс криво улыбается, его плечи слегка опускаются, будто он сбрасывает с себя груз.
— Да, для меня это давно. Надоедает сидеть на одном месте, — говорит он, голос мягкий, но с оттенком нетерпения.
Я слегка наклоняю голову, прислушиваясь к интонации.
Он снова смотрит на меня, и на мгновение между нами возникает нечто… невысказанное.
Я не помню, когда мы нормально с ним разговаривали. Наверное, никогда. Или, может быть, тогда в клубе? Кажется, что это было слишком давно.
Ощущаю, как тело чуть напрягается, мышцы готовятся к движениям, которых пока нет.
— Надеюсь, ты не будешь жалеть о том, что я тоже иду, — добавляет он с лёгкой усмешкой, глаза блестят.
— Жалеть? Почему? — как только озвучиваю эти два вопроса, то уже догадываюсь. — Из-за Ника.
— Вероятно, он не будет рад моей компании.
Я ничего не говорю, потому что даже подходящих слов не могу подобрать.
Это странно. Похоже, моё самое любимое слово в последнее время.
На следующий день после возвращения в Возрождение мы случайно встретились с ним в одном из коридоров и… было странно.
Да, я не могу никак по-другому описать ни его взгляд, ни свое состояние тогда, ни его реакцию.
Мы лишь поговорили. Я рассказала, что случилось, а он выслушал. Джеймс не сказал того, что сказал Майки, что хотел тогда вернуться за нами. Почему? Без понятия.
— Я рада, что ты тоже отправишься с нами, — наконец произношу чистую правду и выдаю улыбку.
Он чуть приподнимает брови, а его взгляд смягчается, и на мгновение между нами снова повисает та невидимая нить, тихая, но ощутимая.
Глава 2
— Всё будет хорошо, пап.
— Ты знаешь, что я никогда и ни в чем тебя практически не ограничивал, Шоу, но сейчас…
— Я уже выходила и возвращалась.
Отец тихо вздыхает, когда я присаживаюсь рядом и беру его руку в свою.
— Как бы ты отреагировала, оставшись здесь, когда я был бы по ту сторону?
— Волновалась. Очень и очень сильно.
— Вот именно, Шоу.
Я сжимаю руку отца чуть крепче и заглядываю в его глаза, после чего обнимаю и тихо произношу:
— Всё будет хорошо, пап.
Да, я понимаю его волнение, потому что тоже не находила бы себе места, но я бы приняла его выбор. Как и он мой.
— Люблю тебя, милая.
— А я тебя, пап.
Мы сидим так ещё мгновение, ощущая тихое согласие и доверие, которые не требуют слов.
Отстраняюсь и продолжаю смотреть в его уставшие глаза:
— Надо мне тоже сдать эти нормативы и отправиться в следующий раз с тобой.
— Эй, не хочу тебя обижать, но нужно уступать дорогу молодым.
— Молодым??? Напомнить, милая, кто тебя всему обучил? И кто из нас двоих лучше стреляет? — я закатываю глаза, но не опровергаю его слова. — И, похоже, тут кто-то считает себя ветераном.
— Ветераном? — приподнимаю бровь и делаю вид, что совершенно серьёзна. — Если бы я была «ветераном», я бы уже не спрашивала, как натренировать меткость.
Отец смеется, и этот смех теплом отзывается в груди, когда он слегка покачивает головой.
— А кто же тогда проигрывал в прошлый раз?
Несколько дней назад мы с ним устраивали соревнования по меткости.
— Проигрывал? — я делаю глухой вздох, словно вспоминая трагедию. — Ты называешь это проигрышем? Это был тактический манёвр, пап! Чтобы ты понял, как сложно управлять такой ученицей, как я.
— Трудно поверить, что это был такой маневр.
Я лишь слегка ударяю его по ноге, зная, что он тогда по итогу выиграл.
— Ладно, милая. Если серьезно, то я проверил все твоё оружие, некоторое отбалансировал и почистил. Проблем с ним и осечек быть не должно. Также я проверил машины, на которых вы поедете.
— Не доверяешь остальным мастерам?
— Предпочитаю проверять сам то, на чем поедет моя дочь.
— Спасибо. Правда, спасибо.
Он встает и целует меня в макушку, как делает это обычно. После этого направляется к двери, задерживается на секунду и оборачивается.
— Зашёл специально перед твоим отъездом. Будь осторожна, — говорит отец с лёгкой улыбкой.
— Как и всегда, — успеваю сказать перед тем, как папа выходит.
Я остаюсь одна и следующие полчаса провожу в мелких, но важных делах: проверяю снаряжение, раскладываю патроны по карманам, подтягиваю ремни, ещё раз убеждаюсь, что все ножи заточены как надо.
Нервы? Возможно.
Когда всё готово, закрываю дверь своей комнаты, прохожу по коридору с высокими окнами, где свет ложится длинными полосами на пол.
Вскоре оказываюсь на улице, где воздух кажется ещё более холодным, чем был пару дней назад.
Неспешным шагом направляюсь к месту сбора, откуда мы и уедем сегодня. У меня ещё есть время в запасе.