Шёпот - Анастасия Пименова

Я зачем-то киваю и отхожу в сторону, думая о этих комплексах связи. По какой причине они так далеко находятся от бункера. У меня есть на это ответ. Наверное, сделано это для того, чтобы непонятно было, за что они отвечают и куда ведут.

Проходит почти час. Сначала все молчат, потом начинают переглядываться. Кто-то переступает с ноги на ногу, кто-то щёлкает предохранителем на автомате.

Тишина продолжает давить и нервировать.

Кажется, что никто не придёт. Может, тот парень и правда был один. Может, он не успел ни с кем связаться, или это вообще было спонтанное нападение.

Я начинаю думать, что всё это зря. Начинаю уже немного расслабляться, когда… слышу потрескивание рации у Джеймса.

— Замечено движение, — раздается голос Акселя. — С запада. Пока неясно кто. Возможно, животное. Возможно, нет.

Воздух будто сжимается. Становится плотным, вязким. Я машинально опускаю взгляд, проверяю, снят ли пистолет с предохранителя, и сжимаю рукоять до белых костяшек.

На этот раз тишина не такая продолжительная, она длится около минуты или двух, когда вновь раздается голос Акселя:

— Люди. Повторяю, это люди. Те же маски. Такие же, как на том, которого я застрелил. Они осторожны, идут почти бесшумно. Я вижу троих. Может быть больше.

Сердце начинает стучать громче.

Ладно…

Их всего трое. С тремя мы точно справимся.

— Стреляйте по моему сигналу, — говорит Джеймс и отключается, чтобы не выдать их местоположение.

А как же поговорить? Он хотел сначала поговорить. Не спрашиваю, просто задаю себе этот вопрос мысленно.

В этот момент его рация тут же оживает и раздается другой голос… Дилана:

— Джеймс, я тоже вижу людей. С другой стороны… Слишком много. Больше десяти точно.

Кажется, вся земля под ногами чуть смещается. Я не шевелюсь, не моргаю. Просто перевожу взгляд на Джеймса.

Он всё понял.

Они нас окружают.

Густое и вязкое напряжение, как туман, окатывает всех нас, повисая в воздухе.

Каждый из нас знает: что бы ни говорил Джеймс, мы на грани.

Сжимаю пистолет в ладони, чувствуя, как пот выступает на висках. Не от страха. От концентрации. Всё тело напряжено, как струна, готовая лопнуть от одного удара.

Секунды превращаются в минуты, а минуты кажутся часами. Время искажается.

Вдруг вновь звучит неожиданный выстрел! Один, глухой. Слишком близко.

— Кто стрелял?! — резко врывается голос Джеймса в рацию. — По моему сигналу, говорил же!

Выстрел. Ещё! И ещё! С разных направлений, уже с юго-востока, с запада… отовсюду!

Раздаются короткие вспышки, всполохи из-за деревьев, точно призрачные огни в ночи. Они то приближаются, то отдаляются. Кто-то стреляет наугад. Кто-то — прицельно.

Пуля ударяет в металлический корпус комплекса связи. Глухой звенящий звук, будто кто-то ударил по пустой бочке. Осколки краски сыплются вниз, я резко падаю на колени и прижимаюсь к прохладной железной стенке, сердце будто подпрыгивает в груди.

Майки реагирует почти мгновенно, успевая переглянуться со мной короткими взглядами, выдёргивает пистолет, встаёт на колено и стреляет в темноту. Быстро, чётко. Фонарь прижат к плечу. Пули пробивают ночь.

Глубоко вдыхаю и осторожно выглядываю из-за своего укрытия, вижу, как сквозь деревья двигаются фигуры. Их много. Слишком много… В тени они будто растворяются, но свет фонарей иногда выхватывает их металлические маски.

Пули с визгом врезаются в землю, в металл, в ветви. Куски коры летят с деревьев, падают листья.

Мне нужно собраться… Представить, что это очередной урок. Нужно… стрелять в людей.

Не такого я ожидала.

Сердце стучит уже не в груди, а в горле. Пальцы дрожат, но я удерживаю их. Мне нельзя дрожать. Я должна быть точной.

Если не выстрелю, то умру. Я отчетливо понимаю эту мысль, но именно в этот неподходящий момент вспоминаю того военного, которого собственноручно убила.

Вокруг продолжается стрельба, кажется, Майки что-то кричит мне, но я никак не реагирую.

Чёрт.

Ещё один выстрел. Пуля проносится рядом, с резким свистом. Майки отскакивает в сторону, прячется за другую часть корпуса.

В критический момент ты либо замираешь, либо действуешь. Это ещё давно мне говорил отец. И сейчас… сейчас я должна выбрать что-то из этого. Вернее, я обязана выбрать последнее.

Прикрываю глаза на секунды и прогоняю видение военного, лицо которого я навсегда запомнила.

Дышу ровнее.

Считаю до трех.

Один…

Два…

Выныриваю из-за укрытия, стреляя, отличая своих от чужих. Одежда нападавших также отличается.

Прицел. Движение. Выстрел.

Плечо отдает отдачей, воздух наполняется запахом гари. Где-то впереди, между деревьями, мелькает силуэт. Я стреляю снова, и неизвестный падает. Не знаю, попала ли. Возможно. Главное сейчас не останавливаться.

Я замечаю, как Аксель с вершины дерева что-то выкрикивает, его винтовка снова вспыхивает короткой вспышкой. Один. Второй. Он меткий, впрочем, как и всегда.

Сбоку сыплется кора, и в дерево рядом с моим плечом врезается пуля. Я резко откатываюсь в сторону, прячусь за торчащий металлический элемент корпуса.

Фонарь выключила, чтобы не привлекать лишнее внимание.

Смотрю в лес и думаю, как до туда добраться.

Здесь оставаться… кажется, безопаснее, но слишком далеко. Стрелять тяжело.

Попробую добежать.

— Майки, прикроешь? — кричу другу.

— Что ты задумала, Шоу?

— Как и всегда. Ничего хорошего!

После этих слов срываюсь с места, зная, что друг прикроет.

Я бегу вперед, к деревьям, чувствуя, как пули рядом со мной разрезают воздух.

Сама стреляю. Снова и снова. Не думаю. Только ощущаю металл в ладони, только слышу глухой выдох выстрела, только вижу… тела. Не только нападавших, но и своих.

Рядом с ухом взрывается воздух. Это уже слишком близко!

Снова укрытие. Снова тишина на одну-две секунды. Я слышу, как бьётся моё сердце, как кто-то хрипло ругается в кустах.

У меня нет возможности даже перевести дыхание, потому что я вижу их.