"Фантастика 2026-218". Компиляция. Книги 1-29 - Василий Груздев

А вот опытный трактирщик понимает, видно, о чём я могу думать.

— А что ты знаешь о том, как становятся гражданами в нашем королевстве? — уточняет он у меня.

Пожимаю плечами.

— Да ничего, собственно. Как-то раньше о таком я и не задумывался даже.

Печальная улыбка на лице трактирщика.

— А вот и зря! — говорит он мне. — Но так уж и быть, немного тебя просвещу. В нашем королевстве, впрочем, как и в других государствах, право называться гражданином надо заслужить. Именно заслужить, а не купить или получить. Служат все, — вздох, такой печальный, — я ведь тоже лямку тянул, но умным был и способности у меня есть к управлению артефактами. Но не обо мне пока рассказ. Так вот, чтобы получить гражданство надо отслужить в войсках королевства, в частности, в нашем графстве, минимум пять лет. И платят за такое удовольствие не слишком хорошо. Но хоть кормят, одевают, лечат и учат ратному делу. Все, кто хочет считаться гражданином королевства, должен уметь защищать его целостность с оружием в руках. В армию королевства забирают по достижении юношами двадцатилетнего возраста, не годом раньше, ни годом позже. Если ты уклонился в этом возрасте от призыва — всё, ты человек второго сорта. Никогда тебя не выберут главой даже захудалого поселения. Ты — крест, то есть, к земле привязан и в судейских разбирательствах, если случится такое, твоё дело десятое, и ты всегда виноват. Всегда.

Я вытаращил глаза на собеседника. Вот так расклад, хотя мне и думать о таком пока рано.

— Но есть и ещё один вариант получить гражданство, — продолжает разглагольствовать Кир. — Это поступить к наёмникам, но туда берут через сильный, жёсткий отбор, проверяя твои воинские умения, или по знакомству, когда тебя берёт в свой отряд сам капитан, или, как делают люди наподобие меня, обеспечивая гражданство своим детям. Занимаются обеспечением наёмных отрядов. Деньги решают всё.

— А чем наёмники лучше коронных войск? — уточняю я.

— А ничем, разве что служат не пять, а всего три года. Но, в отличие от солдат короны, их суют во все дыры и горячие точки. Везде они за свою видимую свободу исправно платят кровью. Но и насчёт денег у них получше, и это не считая трофеев. — Потом опять переводит на меня такой хитрый взгляд, — подумай, а господин Хасан тебе предлагает, и вовсе полное гражданство, уже в твоём юном возрасте.

Я же про себя думаю, что там говорил мне Чили, что лучше отсидеться и в городе не показываться эту декаду, пока караван из Султаната не уйдёт. Ох, как же он был прав, надо только как-то добраться до своего такого родного и тихого закутка.

Видя, что я никак не реагирую на его агитацию принять гражданство Султаната, трактирщик откланялся, сказав напоследок, что сейчас сам господин Хасан ко мне в гости зайдёт. Что этот номер за мной закреплён до самого ужина, а вот потом я свободен. Я же, в свою очередь, напомнил ему про причитавшиеся мне пирожки и одежду. Щеголять перед взрослыми людьми в хламиде огромной рубахи было не очень удобно.

Повезло, тётушка с моими вещами пришла первой.

С улыбкой смотрела, как я одевался. Заставила одеть проданную мне одежду. Что скажу, одежда очень удобная и приятная на ощупь.

На ногах лёгкие, вычищенные полу-туфли, котомка, в которой сложены все мои деньги и обменянные артефакты, перекинута через плечо. Пробовать ими пользоваться нужно в месте, где меньше взглядов посторонних, или которых и вовсе нет.

Нет, сбегать я пока не собираюсь. Мне тут кое-что ещё обещали, ну и пропускать обещанные обед с ужином я не намерен.

В котомке примостилась и моя старая, постиранная одежда. Клаха, взъерошив мне волосы, убыла по делам, прихватив с собой поднос с грязной посудой.

Я присесть не успел, как раздался стук в дверь.

Не дожидаясь разрешения, в комнату ввалился господин Хасан собственной персоной, причём, в гордом одиночестве.

На лице блуждает у него благодушная довольная улыбочка. Сам одет в непонятную хламиду, накрученную вокруг его крупного тела. Всё пёстрое. Туфли из тонкой кожи и, что ещё необычно, их носки уж очень задраны и слишком острые они. Штаны — шаровары, а на голове что-то вроде тюрбана.

Кланяюсь ему в пояс. Кто он, а кто я!

— Не стоит передо мной так сильно спину гнуть, — строго говорит он мне, — ты теперь по статусу, как и я. Этим ты меня самого унижаешь.

Вот же, то кланяйся, то не кланяйся!

Но и дерзить этому господину я, пожалуй, поостерегусь.

— Я запомнил, господин Хасан, — отвечаю я, опять кланяясь, но уже вполовину прежнего поклона.

Надо же понять, где теперь грань приличия в поклонах при беседах с ним.

О! Явно угодил, как и ответом, так и поклоном. Запомним.

— Я разочарован, что так и не удалось тебя убедить поменять место проживания. Но я тут подумал, что твоё присутствие в Султанате может привести к нежелательным последствиям.

Я удивлённо смотрю на усевшегося в кресло мага.

Знаком он показал, чтобы и я садился в такое же мягкое, огромное для меня, седалище. Но я благоразумно промолчал и подчинился.

— Тебя могут вызвать на дознание, — сказал он, — потому ты остаёшься здесь.

Я облегчённо вздыхаю.

— Увы, но следующий раз я появлюсь в вашем городе не скоро. У меня и на юге очень много дел. Может несколько лет пройти, если не десяток, а то и более. Но причины этого тебе знать не стоит. Просто помни, на тебе метка и любой маг Султаната подтвердит твой статус. При переходе границы нашего государства, это будет выявлено моментально. Так что, если решишься посетить мою родину, помни о своём высоком статусе. Он даёт, как много прав, но ещё больше ответственности и обязанностей. Без покровителя в нашей стране не выжить, так что, если решишься приехать, обязательно сообщи. Адрес тебе даст Кир, я его уже предупредил, а лучше, если он сам о тебе весточку мне кинет по своим торговым каналам.

Киваю, соглашаясь.

— Теперь, что касается того, что я тебе задолжал.

На столе внезапно появился продолговатый предмет. Видя изумление на моём лице, маг пояснил.

— Пространственный перстень. Вот так и происходит появление вещей, спрятанных в нём. Но это не суть, смотри!

Я во все глаза рассматривал интереснейший артефакт.