"Фантастика 2026-197". Компиляция. Книги 1-18 - Регина Грез

— Он наш друг! — горячо воскликнула Рэйвен. Боль в ее голосе была подлинной. — Он сражался с нами плечом к плечу! Он плакал, когда хоронили павших! Ты это видела! Разве можно забыть такое?

— Я видела, как он открыл дверь в нашу реальность для тех, кто хотел ее сжечь! — парировала Глитч, ее глаза блестели от непролитых слез ярости. — И теперь эта дверь снова открыта. Совпадение? Не думаю. Ты хочешь верить в его доброту, Рэйвен, потому что иначе рухнет твоя вера в людей. А я предпочитаю верить фактам. Факты говорят, что там, где появляется Алекс, начинается кровь.

Спор разгорался, слова становились все острее, боль старых ран вскрывалась с новой силой. Никто не заметил, как дверь приоткрылась и в комнату робко вошел тот самый молодой кочевник Кэл. Его платок был сбит, на лице — пыль и кровь, а в глазах — дикий, неистовый ужас.

— Герцог… — прохрипел он, обращаясь к Аргенталю, словно не видя остальных. — Наш караван… на него напали.

Все разом замолчали, повернувшись к нему. Тишина стала густой, давящей.

— Кто? Бандиты? — быстро спросила Рэйвен, подходя ближе.

— Нет… — Кочевник покачал головой, его взгляд был пустым, обращенным внутрь, в пережитый кошмар. — Люди. Незнакомцы. В странных одеждах. А во главе них… был маг. Очень сильный. Он метал молнии и сдвигал землю силой мысли. Он… — парень замолчал, глотая воздух. — Он был похож на Алекса.

Удар был ошеломляющим. Даже Рэйвен и Аргенталь отшатнулись, словно от физической пощечины. Неверие, боль, ярость — все смешалось в их глазах. Рухнула последняя надежда на ошибку, на совпадение.

— Ты уверен? — тихо, почти шепотом, спросил Виктор, в его голосе впервые зазвучала неуверенность.

— Я видел его своими глазами, — просто сказал кочевник, и в этой простоте была страшная правда. — Он сжег наших всадников одним взмахом руки. Он даже не посмотрел на них. Как на… насекомых.

Глитч ничего не сказала. Она лишь смотрела на своих друзей, и в ее взгляде читалась горькая, отравляющая душу правота. «Я же говорила». Ее молчание было громче любого крика.

***

Она прошла через весь город, не отвечая на приветствия, не замечая восхищенных взглядов, устремленных на «спасительницу воды». Дети, бегущие к новому колодцу, женщины, стирающие белье в чистой воде — все это проплывало мимо, как в тумане. Ее мастерская встретила ее гулом не спящих механизмов и запахом озона. Она захлопнула дверь, повернула массивный ключ в замке и прислонилась к ней спиной, закрыв глаза. В тишине она слышала лишь бешеный стук собственного сердца.

Потом, оттолкнувшись, она быстрыми, решительными шагами направилась в самый дальний, затемненный угол помещения. Там, под грубым брезентом, скрывалось нечто, над чем она работала ночами, в тайне ото всех, даже от самых близких друзей. Проект «Ответ». Она схватила край ткани и одним резким движением сорвала ее.

Под брезентом на верстаке лежало оружие. Оно не было похоже ни на арбалет, ни на меч, ни на что-либо, известное в этом мире. Это была длинная, отполированная до зеркального блеска металлическая труба, установленная на складной сошке. К ней были подведены сложные механизмы, конденсаторы, и в самом сердце конструкции зияла пустая ячейка, размером и формой напоминающая человеческое сердце. От всего аппарата веяло холодом, точностью и бездушной функциональностью. Это был анти-магический артефакт, созданный для одного — нейтрализации угрозы, которую не могли остановить мечи или стрелы.

Глитч провела рукой по гладкому, холодному металлу. Ее пальцы дрожали, но не от страха, а от яростной решимости.

— Я не позволю тебе разрушить все снова, Алекс, — прошептала она в гнетущей тишине мастерской. — На этот раз я буду готова. Ты думал, что мы остались здесь одни, беззащитные? Ты ошибся. Если ты вернулся как враг… то я стану палачом. Ради них. Ради всех.

Она посмотрела на пустую ячейку. Для финального испытания оружия не хватало лишь одного — достаточно мощного источника энергии, способного выдержать колоссальную нагрузку при выстреле. Идеально подходил бы нестабильный, перегруженный энергией кристалл маны. Например, тот, что питал ее опреснитель, тот самый, что мигал красным предупреждением. Кристалл, который в любой момент мог взорваться, уничтожив и аппарат, и полмастерской. Она не стала бы рисковать городским водоснабжением. Но для оружия возмездия… такой риск был оправдан.

Город надежды застыл в тревожном ожидании. На площади смеялись дети, у колодца спорили женщины, на стенах несли службу стражники, не подозревая, что тень от их прошлого уже легла на порог. А надежда, как оказалось, была хрупкой, как стекло, и кто-то уже готовился разбить ее вдребезги. Или защитить ценой собственной души.