Призрак «Х» ранга: Живой товар - Андрей Мельник
И надо отдать должное мастерству китайца. Мне этот металлический порожек, к которому Лян ментальный щуп прицепил, теперь в кошмарах сниться будет… Не будь на нашей стороне численное, огневое и пси-преимущество, итоги сегодняшней операции могли бы стать совсем другими. Пришлось бы кому-то устраивать похороны…
Призрак вышел из тени и накинул на себя официальные полномочия, но риск никуда не делся. В моём прошлом мире абсолютной защиты никто не гарантировал. А в новом — тем более.
Впереди замаячила сирена — звук, что ещё недавно вызывал у меня напряжение и тревогу. Сейчас же он ассоциировался с совсем другими вещами…
* * *
Руднев объяснил прибывшим сапёрам, где лежит Руслан, и показал передатчик. Сам остался с ними, пока те готовились к проверке. Полицейские ждали снаружи, не приближаясь к дому. Перед глазами появился разведывательный дрон. Надо и мне таких прикупить…
О связанных охранниках майор тоже предупредил. Их предстояло вынести и передать сперва врачам, а уж затем в заботливые руки правоохранительных органов.
Вернувшись к скорой, майор забрал у меня пистолет Ляна для передачи следователю, и я сел на траву возле машины. Больше не нужно держать кого-то на прицеле или лезть в чужие мозги, но успокоиться никак не получалось…
Моль устроилась рядом и принялась стирать влажной салфеткой кровь с рукава. Она заметила мой взгляд:
— Не моя…
— Ты вообще как?
— Да нормально. Только слышу теперь хреново…
— Врачам покажетесь оба вне зависимости от самочувствия. Опытный врач заметит проблему быстрее, чем к вам вернутся болевые ощущения, — потребовал Руднев, присаживаясь возле нас. — И ещё раз спасибо за прикрытие. Всё слишком быстро закрутилось. Вроде все трое спали, но как же быстро они сориентировались… Если бы не вы с Виктором, из меня бы сегодня доставали пули.
— Да… Пожалуйста. — Яна слегка смутилась, я же просто выставил руку, и мы с Рудневым стукнулись кулаками. — А когда звон пройдёт?
— День максимум. Потом привыкнешь к нему, — улыбнулся майор и посмотрел на подходящего полицейского.
Яна фыркнула, а майор с полицейским начали обсуждать детали осмотра местности и прибытия криминалистов. Сапёры разрешили полицейским пройти к хозяйственным постройкам, когда убедились, что там ничего взрывоопасного нет, и те принялись выводить оставшихся на хуторе работников.
Мимо нас провели женщину, которая держалась за рукав сопровождающего её сотрудника. Она торопливо объясняла, что только готовила еду и больше ничего не знает. Эх, зря только силы на слова тратит… И ежу понятно, что действовали они не из собственных пожеланий. Это к охране вооружённой вопросы: кто такие, откуда стволы, почему работали на этих тварей. А прислуга… Пусть спецы разбираются. У меня что-то совсем нет сил в чьи-то мозги забираться.
Я поднялся с травы, пропуская медиков с носилками. Рядом со мной остановился мужчина в расстёгнутой куртке, представился следователем и открыл папку. Поговорить он предложил возле машины, подальше от прохода, чтобы никому не мешать.
Его интересовало, чем приложили охрану. Действовал он по просьбе врачей, что пытались понять, как привести в сознание эту пятёрку.
— А они живы вообще? — уточнил я, и следователь нахмурился.
— Вроде бы да… Пока живы.
— Ну, тогда скажите, что у них ментальный удар. Если они знают, что это такое, хорошо. Если нет, пусть наблюдают и дожидаются. Эффект как при потере сознания после удара по голове. Только без физического воздействия. В общем, всё сложно, я и сам не знаю.
Следователь почесал голову, поблагодарил и пошёл к врачам. Руднев неподалёку закончил разговор по телефону и подошёл ко мне:
— Полковник принял доклад. Общей картины пока нет. Много где операции ещё в самом разгаре.
Я прислонился к машине, пока майор убирал телефон. Он помолчал, глядя на дом, и продолжил:
— Жаль, что всех ликвидировать пришлось…
— Если ты про улики и допрос, я вытащу из этого логова каждый звонок и переписку, восстановим всё, насколько это возможно. А все взаимосвязи уже есть у полковника, чтобы представить их в международный суд.
— О, ну, тогда всё не так плохо, как я ожидал, — оценил он и даже позволил себе тень улыбки.
— Главное, что спасли остальных. А эти ублюдки пусть катятся в ад, — махнул я рукой, уже смерившись с итогом нашей операции.
К машинам подошёл сапёр и подозвал майора. Из их разговора я узнал, что найденные заряды уже обезвредили, но проверка остальных помещений ещё шла. Я кивнул своим мыслям и пошёл к скорой, что стояла неподалёку. Уселся на край ступеньки и с удовольствием вытянул ноги. Но отдохнуть не дали и здесь…
Фельдшер посветил мне в глаза и уточнил, где болит. Я пожаловался на звон в ушах, честно признался, что мало спал, и позволил осмотреть плечо, которым, уходя на рефлексах с линии поражения, приложился о дверной косяк при появлении менталиста с пистолетом в руках.
Когда повернул голову по просьбе фельдшера, и шею прострелило. Я зашипел, придерживая её ладонью. Чёрт… Пока бегал, не замечал даже.
— За руль сегодня не садитесь, — порекомендовал он, заканчивая осмотр. — И слух проверить нужно. Но это уже в кабинете.
Со слухом шутить не хочется, так что проверю его обязательно.
Горин тем временем объяснял сотруднику полиции, откуда вывели пленников, показал пройденный ими путь на схеме. Я подошёл попрощаться. Валентин заговорил первым:
— К капитану Ким поедешь? Я договорился, тебя подвезут до точки сбора. Там полноценный лагерь сейчас устроили со специалистами.
— Спасибо. А вы?
— Пока здесь останемся. Нас ещё не скоро отпустят. Служба…
Я пожал ему руку и пошёл к машине, на которую он указал. До точки сбора меня подвёз один из полицейских. Добравшись, я поблагодарил его, а он с каким-то благоговением отдал мне честь и пожелал удачи. Аж с непривычки тряхнул головой, когда он уехал.
На площадке возле дороги стояли автобусы и несколько машин скорой помощи. Кого-то уже увезли, остальные ждали. Здесь раздавали воду, записывали имена.
Один полицейский сидел на корточках перед девочкой, позволяя ей держаться за женщину, которая привела её из барака. Он терпеливо уточнял, сколько ей лет, и не торопил с ответом.
Возле одного из автобусов заметил Вадима. Он сидел и задумчиво смотрел на молоденькую полицейскую, что завязывала шнурки мальчугану