Академия Равессар - Ксения Кано

— Известно, почему мир погиб? — спросил Сайлас.

Эссара посмотрела на него с едва заметным интересом.

— Известно несколько убедительных объяснений, несовместимых друг с другом.

По аудитории прошёл смешок.

— Это не шутка. Есть следы разрушений, истощения, переселений. Есть тексты, найденные на разных участках, и далеко не все удалось прочитать правильно. Причину принято называть одну. Проверяемых оснований для такой уверенности пока недостаточно.

Она закрыла книгу.

— Запишите: отсутствие достоверного ответа не разрешает заменять его любимой легендой.

Я записала.

В Элларии о гибели Пустого мира говорили как о давно решённом вопросе. В разных домах называли разные причины, но каждый рассказчик был одинаково уверен.

Отец не любил подобные разговоры за столом. Спрашивал, кто именно видел подтверждение, и после этого гости обычно переходили к другой теме.

Я поймала себя на воспоминании о его голосе и слишком сильно прижала перо к бумаге.

Чернила расплылись.

— Вейл, — произнесла Эссара. — Почему академия может позволить себе принимать тех, кого в их собственных мирах не допустили бы к обучению?

Я подняла голову.

— Потому что здесь ей не нужно спрашивать разрешения их правителей.

— Только поэтому?

Я посмотрела на карту.

— Потому что у неё есть собственная сила, доступ к переходам и возможность обеспечить себя. Иначе чужое разрешение всё равно пришлось бы покупать.

— Теперь ответ полный.

После занятия нам выдали перечень книг и велели найти в двух из них описание одного и того же события.

— На следующем занятии объясните, в чём авторы расходятся и что каждый из них предпочитает не упоминать, — сказала Эссара. — Переписанные даты меня не интересуют.

Когда мы вышли, Сайлас посмотрел на список.

— Я надеялся, что здесь хотя бы не придётся бегать.

Дариан забрал у него лист.

— До библиотеки можно просто дойти.

Библиотека находилась на нижнем этаже третьего корпуса. Через широкие двери было видно несколько столов и стеллажи, уходившие в глубину. За дальней решётчатой перегородкой хранились книги, к которым у обычных адептов доступа не было.

У стойки уже стояла женщина, встретившая нас утром во дворе. Она спорила с хранителем о сроке выдачи большого атласа.

— Мне нужен до послезавтра. Сегодня я только успею сверить две области.

— Значит, завтра придёте снова.

— Завтра нас не будет в секторе.

— Тогда следовало прийти вчера.

Она вздохнула, забрала листок с номером стола и обернулась к нам.

— Нашли аудиторию?

— Благодаря вам, — ответила Мэрра.

Женщина заметила списки в наших руках.

— Эссара уже дала сравнение хроник?

— Дала, — сказала я. — Вы это проходили?

— И ещё пройдём. Каждый раз с другими хрониками.

Она направилась к столам, но я задержала её вопросом:

— В библиотеке бывают старшие курсы?

— В этой в основном первый. Иногда преподаватели приводят сюда своих учеников, если нужны открытые фонды. У старших собственные хранилища.

Я посмотрела на закрытую перегородку.

— И корпуса тоже отдельные?

Женщина остановилась у схемы на стене.

— Вас совсем без объяснений выпустили из приёмного двора?

— Нам сказали следовать указателям.

— Разумный совет. Но не всегда действенный.

Она поставила книгу на край ближайшего стола и показала на схему.

Первый сектор занимал значительно больше места, чем я предполагала. Наше жилое крыло располагалось на внешней стороне, рядом с дворами начальной проверки. Теперь открытая галерея соединяла его с основными корпусами первого курса.

— Все пять наборов первого курса здесь, — сказала женщина. — Жилые крылья разные, часть площадок и учебных помещений общая. В первый месяц вас держали в стороне, чтобы каждый день не вылавливать по всей академии.

Она провела пальцем к следующей стене.

— Второй курс — за северным разделом. Там уже учатся у наставников. Отдельные мастерские, лаборатории и полигоны. Их расписание не совпадает с нашим.

— А дальше? — спросил Дариан.

— Третий сектор предназначен для подготовки звеньев. Там живут и работают теми составами, в которых будут проходить испытания. Дальние площадки видите?

На схеме они были изображены за основным кольцом стен.

— Большая часть относится к ним. Четвёртый курс чаще отсутствует: практика в других мирах. Когда возвращаются, пользуются внешними воротами, приёмным корпусом и своим жилым крылом. После некоторых заданий их не сразу пускают даже туда.

— Проверяют? — спросила я.

— А вы бы пустили к себе в комнату человека, только что вернувшегося неизвестно откуда, не выяснив, что он принёс с собой?

Я вспомнила рассказы о заражённых артефактах и болезнях, которые проявлялись не сразу.

— Значит, разделение не только ради расписания.

— Разумеется. В мастерской второго курса может произойти то, о чём первый узнает только на занятии из рассказов преподавателей. Никому не нужно, чтобы вы в этот момент проходили под окнами.

Она забрала книгу.

— Меня зовут Равена, если ещё понадобится спросить дорогу — можете обращаться. Только лучше научитесь читать местные схемы сами. У меня тоже есть занятия.

Когда она ушла, я ещё некоторое время смотрела на план.

За месяц Равессар успел стать тесным: кровать, плац, столовая, лечебное крыло, кабинет Ксарена. Теперь знакомые места занимали на схеме всего один край.

Остальная академия всё это время жила рядом.

После обеда началось расоведение.

Я ожидала перечня физиологических различий, особенностей дара и опасных ошибок при целительстве. Часть этих сведений знала давно, но не собиралась считать занятие бесполезным заранее.

К концу первого объяснения стало ясно, что правильно делаю.

Преподаватель, высокий мужчина с тёмной кожей и полностью седыми висками, поставил на стол три небольшие кости.

— Сайр Мэрден. Для начала определите, кому принадлежат эти кости.

Несколько человек