Анафема с доставкой - Харитон Байконурович Мамбурин

— Мы… пошутили! — выдавил единственный из троицы, который еще как-то сдерживался в отличие от двух своих блюющих коллег, в ужасе цепляющихся друг за друга при виде агонизирующих тел.

— Всё нормально, пацаны, — тут уже вступился за психику таких полезных бандитов я, снимая эту братву на свой телефон, — Всё отлично. Мы очень вам благодарны! Просто поймите, мы не возим с собой десятку грандов, такое никто не делает, согласны? Эй ты, в бандане оранжевой! Поверни голову ко мне! Вот так да, хорошо, можешь блевать дальше. Не парьтесь, я просто ваши рожи отсылаю своим, чтобы знали, кому бабосы закидывать. В течение часа подъедет белоголовая азиатка, привезет вам кэш, лады?

Хорошая штука — обоснованная публичная казнь. В Апсародае на вес золота репутация убийцы с принципами, так что можно сказать, определенную компенсацию Эрика нам из этих недоделков выбила. Правда, когда мы с ней вернулись домой и загнали транспорт, выпустив Юки на работу курьера, наша готическая королева ночи позвала меня в эту самую ночь, в парк, покурить.

Её оттертые от чужой крови руки слегка тряслись. Сначала я подумал, что от переживания, а потом оказалось, что от негодования.

— Они неделю тут прожили, Петр. Всего неделю! — низко рычала моя подруга, сидя на лавочке и часто затягиваясь, — Сраную. Неделю! Ты им дал пушки! Я в жизни не поверю, что у них вообще не было денег! Шесть человек, обученных, мать его, человек! Они просто потратили себя на дерьмо! Еще и сдулись после такой мелочевки! Их же просто трахнули, их даже не били, не пытали, они не подыхали с голоду! Как такое может быть⁉

Пришлось вспомнить оговорку покойного латиноса и рассказать Хатсбург о его словах. Что это были ни черта не подготовленные оперативники, а всего лишь…

— Какой «всего лишь»! У нас Юки была, обычная гражданская! Тонкая, звонкая, всего боялась!

— Подумай, как бы вы справились втроем, без меня и Алебастра, — вздохнув, посоветовал я, любуясь на ночное небо.

Эрика замолчала, а через несколько минут мрачно выдала свою версию: пару дней бы промыкались, потом на неё бы вышли местные, захотев поиметь такую красотку как она, Марий бы впрягся, поймав пару пуль, вампирессу бы изнасиловали и убили, а Юки бы на каком-то этапе удрала бы и, может быть, даже бы в итоге выжила.

— Вполне реально, — я поднял палец, — И такой хороший исход был бы только за счет ответственного Мария. А этот табун вообще был не сыгран. Они были каждый сам за себя и каждый в ужасе. Но что они начнут болтать лишнее даже не под дулом пистолета — такой срани я не ожидал.

Действительно, девушек пусть и оттрахали, но, как правильно заметила моя подруга, — им не угрожали смертью, не пытали, не планировали угнать в рабство. Они понятия не имели, что я их собираюсь убить за угон моей тачки, так что для обученных кадетов Священной Инквизиции… они действительно были мусором. Смерть от когтей вампира практически халява по сравнению с тем наказанием, на которое они заработали своими языками.

— Да даже Микки бы лучше справилась!

— Ты про отбитую нимфоманку-наркоманку, которая попала в рабство из рук картелей? Ну ту, которой нечего было теря…

— Петр!

— Кстати, наш Али к ней еще два раза бегал.

— Что⁈

— Мне Юки рассказала. Острый нюх кицуне и всё такое…

— А мне почему не рассказала?!! Ну я ей устрою!

Хорошо, вот так вот. Ночь, тишина, машина найдена, девки пристроены, нежелательные лица лежат убитыми в грязи Апсародая, ядерная бомба тихо тикает в гараже, а альва мы сейчас озадачим отслеживанием финансовых потоков местного буддиста. Как говорят у нас, у русских, во всех мирах: хорошо всё, что хорошо заканч…

Из ночной тьмы вырвался её кусок, который, хлопая крыльями, приземлился на спинку скамьи около Эрики Хатсбург и кокетливо посмотрел на неё одним глазом. Через секунду мы с ней уже неслись домой, оглядываясь и грязно ругаясь на охамевшую птицу.

Следующие несколько дней прошли почти безмятежно. Балом правил наш чернокожий хакер, а остальные, преимущественно я и Марий, были у него на подпевках. Пришлось удивительно много побегать по городу.

Нормальные современные люди ценят своё время, чтобы иметь возможность отдохнуть, посмотреть котиков в интернете, поучаствовать в оргии или хотя бы напиться в пятницу. Они конкретны, деловиты и ценят время. Мусульмане, особенно арабы, это совершенно другая история и культура. У них иной подход к делам и общению, корень которого лежит в чрезмерно обильном уважении, которое они оказывают друг к другу. Этому изъяну чрезвычайно много лет, а его истоки уходят в религию и жару пустынь. Магомет у них был пастухом, а значит — у каждого человека есть гордость.

К чему я? К тому, что пока все нормальные люди ведут бизнес через интернет, что позволяет их взломать и всё узнать, тандем из Гаваньяла и ал Амули очень много что проделывал примитивным и невзламываемым образом — через личные встречи, живое общение и прочее безобразие устаревшего характера. Поэтому нам пришлось играть в натуральных шпионов, таская по Среднему городу алебастровские микро-коптеры, а то и просто разбрасываясь «жучками».

Иронично, учитывая то, что ежедневно мы могли совершенно спокойно «снять» любую из наших целей, влепив им свинцовую пулю прямо со снайперской позиции. И утомляет.

Юки ввалилась в ванную комнату, когда я там отмокал в бассейне. Загребая голыми пятками, замученная с виду кицуне дотащилась до края, посмотрела на довольного меня, а затем… просто упала вперед, прямо в воду, как была, одетая, подняв тучу брызг.

А затем тут же вынырнула, с выпученными от удивления глазами.

— Вода теплая!! — пораженно поведала она страшную истину находящемуся в бассейне мне.

— Ну да, я её сам сюда налил, — кивнул я плавающей рядом японке.

— КАК⁈ ЗАЧЕМ⁈

— Я слишком большой парень для обычной ванны, Юки.

— И поэтому ты сделал себе целый горячий бассейн⁈ — в глазах беловолосой мокрой кицуне читалось потрясение основами вселенной.

— Это было несложно…

Что совершенно не укладывалось в голове у Широсаки. За этим было невероятно забавно наблюдать, особенно когда теплота влаги тюкнула её уставшую, хоть и удивленную, голову, отчего японка начала расслабляться и «уплывать». Пришлось ей помочь, вытянув одну ногу и уперев ступню в стену так, чтобы она смогла, оседлав бедро, приступить к раздеванию себя. Процесс шёл шатко и валко, так что пришлось одалживать еще и руку. В конечном итоге, оголившись и побросав шмотки за борт, Юки попросила поднять ногу выше, чтобы она