Анафема с доставкой - Харитон Байконурович Мамбурин

— Это нейтрализатор того коктейля, что ей ввели, — пояснил он, — Не буду вдаваться в подробности, но вашей подруге предстоит много пить жидкости в ближайшую неделю и избавляться от неё. Фармакология кицуне очень груба и инвазивна. Вколите прямо сейчас. Потом я вам всё объясню.

Объяснение. Я нутром чувствовал, что они как раз и не нужны. Необходимо было совсем другое. Прозрачность, контроль, перспективы. Не мне, но Марию, Эрике, остальным… а значит, и мне. Самое паршивое было в том, что сейчас нам всё это преподнесут на блюдечке. И бросят в лицо. Вежливо, с улыбкой, без стеснения, без задней мысли, без попыток манипулировать. Почему?

— Потому что мы всегда были ни при чем… — вырвалось у меня.

— Не «мы», господин Красовский, «они», — граф, пронаблюдавший, как Эрика делает укол, обернулся к нам, — Не слишком ли странная идея, создавать в насквозь военизированной организации глобального масштаба отдел, состоящий из дилетантов-новичков, заточенный на такое тонкое дело, как зачистка? Без серьезных инструкторов, без предварительного обучения, без прикрытия? Вас просто взяли и выбросили, как щенков, в одно из самых опасных мест на планете. Точнее, выбросили именно вас, Петр Васильевич Красовский. Остальные были… как вы, русские, говорите? С бору по сосенке?

Марий закашлялся, Эрика заскрипела зубами. Я стиснул кулаки так, что только что засохшие раны вновь открылись. А «Яков», добросердечно прекративший лыбиться «Яков», продолжал говорить.

«Несессариум малум» не был отделом, это был проект. Невидимый вольер для бешеного пса размерами с целый остров. Контролируемая, безопасная, далекая от чего-либо существенного среда, в которой хозяин воронов может «привольно» жить, убивая, сколько его душе угодно. Ожидая своего часа.

Судьбу нельзя обмануть и изменить, если она предопределена космическими силами… но зато можно запрыгнуть на подножку поезда, который едет по рельсам, чтобы проехать несколько остановок… предсказуемо. Со стопроцентным результатом.

— То есть, мы должны были умереть…? — пробормотал Марий, помогая Эрике аккуратно придерживать начавшую блевать белой пеной кицуне.

— Вы все были обречены с самого начала! — развел руками Дракула, — … но стали частью системы. Вас самих-то не удивляет, что спустя столько времени никто из вас еще не умер? Это статистически невозможно. Никак!

Это была горькая правда. Мы жили без оглядки, так, как мог научить только я. Давили газ на полную, так сказать. Эрику должны были неминуемо выкрасть, как и Юки. Марий, слишком прямой и неопытный, давно должен был нарваться на пулю или нож, я же, из-за воронов, — выжить в любом случае. Но, шел день за днем, неделя за неделей, операция за операцией… и у нас всё получалось.

— Выходит, моё существование обесценивает вообще всё? — криво ухмыльнувшись, прокряхтел я.

— Отнюдь, — спокойно качнул головой наш наниматель, — Отнюдь, господин Красовский. Мы говорим о грубых ошибках, о сознательных попытках нарушить законы природы, причинной связи. Их не было. Именно поэтому вы достигали успеха в ста процентах случаев из ста, судьба вам всем… подыгрывала, но не держала за ручку. Она вмешивалась, только когда речь шла о безусловной смерти кого-то из вас по внешним, а не внутренним, причинам. Любой смерти, которая вызвала бы ответную реакцию у вас, Пётр Васильевич. Этим я и воспользовался, чтобы уничтожить своих оппонентов. Запрыгнул на подножку вашего поезда, всего лишь на одну остановку. В компании с термоядерным боеприпасом и демонической кицуне. Как видите, всё получилось!

Забавная история про негодяев, в которой попросту нет плохишей. Новоявленный повелитель мира прилетает в ночи к четырем потрепанным оборвышам вовсе не потому, что ему нечем заняться, а чтобы убедить их в том, что игра идёт честно. Всегда шла, потому что жульничать с судьбой не получится. Никому не нужно ничего с нами делать, мы изначально были там, где надо, и творили то, что хотели.

— Это счастливый конец для всех, — развел руками легендарный вампир, вновь улыбаясь, — Вы вернетесь на Басолан, гонорар уже перечислен. Продолжите… «работу». Потом, когда Петр Васильевич избавится от воронов, можете считать, что отдел «несессариум малум» расформирован. Сможете считать себя свободными людьми. Абсолютно. Священная Инквизиция о вас забудет в тот же день, предварительно снабдив любым комплектом документов, на ваш выбор!

На него даже злиться не получалось. У меня, Гритта и Хатсбург имелось совсем другое мнение. Им двоим совершенно не понравилось, что изначально их швырнули в Басолан, как овечек на заклание, хотя они таковыми и были с самого начала. Я же… смотрел на существо, когда-то бывшее человеком, и видел разницу между ним и тем драконом, которого убил отравленным копьем в задницу. Зверь кичился силой. Человек был слаб, но воспользовался фундаментальной мощью мироздания, чтобы грохнуть трех могущественных бессмертных тварей. Использовал мою «предопределенную» судьбу, чтобы гарантировать поражение врагов боеголовкой. Усилил эффект.

Это было как то копье с ядом. Отрава-то там была не простой, а из другого мира. Драконьей туше иначе было бы плевать, даже если б я ему совковую лопату простого яда в жопу бы засунул. Или грузовик загнал…

— Я хочу задать вопрос, — раздался голос Мария, — Можно узнать, а зачем это всё вам?

— Очень нетактично задавать подобный вопрос нанимателю, но раз я только что сказал, что ваш контракт закрыт, то так и быть, отвечу! — весело фыркнул вампир, — В первую очередь потому, что могу, барон Гритт. Я смог всё это провернуть! Слава Владу Третьему, господарю Валахии…! — затем он принял более деловитый вид, — Если без шуток, то эти трое… их всё устраивало. Они столетиями поддерживали статус-кво. Система работала на их покой. Я это изменю. Я желаю знать, что лежит за пределами этого мира. Возможно, за них, за эти пределы, я шагну не один. Не будет никаких потрясений, господа наемники, не будет войн, детских слез, массовых жертв! Просто система, уже построенная и настроенная, будет работать на меня, на мою жажду познания, на будущее. Наука магии сдвинется с места. Только и всего. А теперь я, всё-таки, откланяюсь. Не поверите, но у меня очень много дел!

С этими словами он встал, кивнул нам, пялящимся на него, развернулся и… крупно вздрогнул, услышав мою фразу. Сказал я всего лишь:

— Только не забывайте, граф… Главное — еще впереди.

Дракула не обернулся. Вместо этого он задрал голову к небу и некоторое время так стоял, наблюдая за ночным небом. Затем, слегка повернувшись, бросил на русском:

— А вот за эти слова, Петр Васильевич, я вас