Хрупкость - Кортни Ли Винн

– Не могу. У меня долг. Моя сестра и ее семья живут всего в нескольких кварталах отсюда. Ты же знаешь, что сделает с ними Ред, если я уйду, не заплатив.

Светло-карие глаза рыжеволосой женщины приобретают суровое выражение.

– Я этого не допущу.

Но девушка не успевает ответить, потому что в гримерку заходят другие танцовщицы и начинают поправлять прически и грим, положив конец их беседе. Я пытаюсь проникнуть в воспоминания рыжеволосой женщины, которая теперь сидит перед зеркалом у туалетного столика и красит губы красной помадой, но сталкиваюсь с препятствием. Мне доступны только некоторые ее воспоминания, как будто все они подверглись цензуре. И конечно, все доступные воспоминания бесполезны.

Я собираюсь перелететь в другую комнату, когда слышу резкое постукивание трости по полу. Занавес раздвигается, и в комнате появляется высокий мужчина в красной маске. Он проходит мимо девушек, застывших перед зеркалами, и останавливается рядом с рыжеволосой женщиной. Он наклоняется к ней: в отражении его маска видна вровень с ее лицом.

– Моя дорогая Хелина, – мурлычет маска.

Ее лежащая на коленях рука сжимается в кулак.

– Почему ты одета для сцены?

– Мне пора на сцену, Ред.

Он цокает языком и накручивает на палец рубиновую прядь ее волос.

– Боюсь, у меня на тебя другие планы. Если ты, конечно, все еще хочешь, чтобы я сдержал свое обещание.

Я пытаюсь проникнуть в их воспоминания, но они заблокированы.

Хелина убирает грим в ящик столика, поднимается и, опустив голову, выходит из комнаты. Они идут к стене за кулисами, где в полный рост изображена танцовщица с пучком красных перьев на голове, и я лечу за ними.

У гигантской рамы стоит охранник с белой серьгой, продетой в темную бровь. В руках у него кристальное ружье, а его высокомерный вид подсказывает, что он выходец из Зо. Это королевство – единственное из всех трех, где жители предпочитают мечам револьверы, поскольку в их землях находится большая часть металлического ядра, используемого для изготовления пуль. Однако это не единственное королевство, обитатели которого столь высокомерны.

При виде Реда на лице охранника начинают двигаться желваки, но он без единого слова открывает дверь, вделанную в портрет: за ней виден потайной лабиринт комнат и других коридоров.

Как только Ред и Хелина оказываются внутри, охранник закрывает дверь. Ред берет Хелину за руку и тащит ее по слабо освещенному коридору в комнату с большой кроватью.

– Где мой груз, Хелина?

Она стоит, выпрямившись и неловко опустив руки.

– Вчера ночью на груз напали Пожиратели душ. Мы пытаемся замести следы, пока об этом не пронюхали солдаты Маззара. Завтра ты получишь свои ружья.

Ред кладет кристальное ружье на тумбочку и прищуривается.

– Где другой Первозданный сосуд, Ред? Больше ружей – больше информации. Таковы были условия нашей сделки.

Под его алой маской появляется презрительная ухмылка.

– Он не в Пустошах, где вы с Джаспером его искали.

Ред расстегивает воротник, и Хелина отступает.

– К концу этого лунного цикла ты обещал сказать нам его точное местонахождение.

– Видишь ли, Хелина, вы с Джаспером вот-вот разбогатеете, и к тому же от вас одни хлопоты. – Ред расстегивает очередную пуговицу. – Так что на этой неделе вы получите штраф за просрочку.

– Мы знаем, что ты не из Зарра. Мы сообщим о твоих делах…

Ред швыряет женщину на кровать и хватает ее за красное платье.

– Видишь? – Женщина пытается вырваться, и он скрипит зубами. – От тебя одни хлопоты.

– Джаспер…

Он бьет ее по лицу.

– Он ничего мне не сделает своими мысленными фокусами. С меня хватит, Хелина. – Ред хватается за лямки ее платья и сдергивает его, разрывая по швам. – Ты все еще моя танцовщица, и я буду обращаться с тобой, как…

Недолго думая, я материализуюсь у него за спиной, хватаю его рукой за шею и перекрываю его дыхательные пути.

Возглас удивления застревает у него в горле, он бьется и царапает меня, словно пытаясь выбраться из заколоченного гроба. Ред тянется к столику, его пальцы скользят по дулу кристального ружья, но ему его не достать.

Да это ему и не поможет.

Вместо того чтобы убить Реда и отправить его душу туда, где ей и место, я просовываю руку ему в спину и вбираю в себя его темную проклятую душу, позволив ей заполнить мое тело вспышкой энергии. Она разбивается, из горла Реда вырывается последний вопль, и его душа перестает существовать.

Тени у меня внутри урчат от удовольствия.

– Какое наслаждение. Хотим еще.

Как бы часто я их ни кормил, они никогда не могут утолить свой голод. Я отпускаю тело Реда, и оно с глухим стуком падает на пол.

Хелина приподнимается и отползает в сторону, переводя взгляд с безжизненного тела Реда на меня.

– Ты… ты…

Я просматриваю ее последнее воспоминание, чтобы убедиться, что она не видела, как именно я убил Реда. Она уверена, что я его задушил. Смертные не могут видеть и слышать души, но после того, как Низзара меня услышала, я должен в этом удостовериться.

Самое трудное – контролировать тени. Они беснуются, требуя большего.

– Ты только взгляни на чистые частицы ее души.

Я закрываю глаза, сжимаю кулаки и пытаюсь их усмирить. Когда мне удается обрести над собой контроль, я снова открываю глаза. Руки женщины дрожат, и она отодвигается подальше от меня.

– Я не причиню тебя зла, – говорю я.

– Ты к-король Даген…

Кажется, мне придется взять свои слова обратно. В моей руке появляется клинок из теней. Женщина знает, кто я, и если я сохраню ей жизнь, это может дорого мне обойтись.

Я поднимаю меч, и все человеческие чувства в моей душе отступают.

Хелина сдергивает с руки золотой браслет и швыряет его на пол.

– Не хочу, чтобы на нем была кровь, когда его отдадут моей дочери, – говорит она дрожащим голосом, но я уже ничего не слышу: я смотрю на знакомую золотую цепочку, и все вокруг меня замирает.

– Где ты его взяла? – чуть слышно шепчу я, поднимая браслет.

Взгляд Хелины становится жестким, как будто я ее ударил.

– Я его не украла, если ты об этом. Я получила его в обмен на информацию.

Это браслет Ло.

Точнее, когда-то им был.

Я подношу золотую цепочку к лицу женщины.

– Кто тебе его дал?

Она молчит, и тогда я прижимаю клинок к ее голому животу. Когда я снова повторяю свой вопрос, в моем голосе слышится шипение теней.

– Кто тебе его дал?

– Какой-то мужчина! Я его не знаю…

– На нем был золотой сосуд? – Это могла быть сама Ло, использовавшая Метку, чтобы замаскироваться.

Женщина качает головой:

– Не помню.

Я продолжаю упираться в нее клинком, и тени извиваются от радости.

– Еще, – шепчут они. – Дай нам еще.

– Перчатки! – кричит Хелина. – На нем были перчатки!

– Какую информацию ты ему передала?

Она отклоняется назад, подальше от моего меча.

– Он спрашивал, когда доставят груз в лагеря мятежников.

– И ты ему сказала?

Женщина скрипит зубами.

– Я дала ему неверные сведения.

– Как и мне? – Я прижимаю клинок к ее