Разрушенные оковы - Ольга Аст

* * *

Дни во дворце были похожи друг на друга своей однообразностью. Лекарь все же осмотрел меня и оставил мази. На удивление, шрамы от нее стали бледнее, а кожа ровнее, но до конца уродство не могло исчезнуть, сколько усилий ни прилагай. Постепенно я привык к остальным юношам. Один из них был самым прилипчивым и заботливым – Раэль. Глядя на пестрое разнообразие толпы, я не понимал, как они здесь оказались и почему. Но юноши выглядели счастливыми и довольными, что настораживало еще больше. Даже закралось сомнение, что нас опаивали дурманом, но еда и питье оказались чистыми. Благовония тоже зажигались редко и не могли воздействовать на разум. После нескольких дней бесплодных метаний я решил спросить Раэля, который обосновался в моих покоях. Он усердно втирал масла в кожу и готовился к тому, что его сегодня позовет король.

– Вы так радуетесь тому, что отправляетесь к Его Величеству?

Щеки у Раэля слегка покраснели.

– Мы любим нашего короля, и проводить с ним время тоже. Это великая честь, что он одаривает нас своим вниманием.

– Он такой замечательный? – Я силился понять, но не мог.

Раэль повернулся ко мне и склонил голову к плечу. По манерам он очень напоминал птичек из увеселительного дома. Те же манящие движения, способные завлечь гостей и приковать к себе взгляд.

– Тебя еще ни разу не приглашал к себе Его Величество? Думаю, что ты все поймешь, когда настанет этот момент.

Понятнее мне не стало, но мысли уже утекли в другом направлении, когда я снова обратил внимание на его манеры.

– А как ты сюда попал? – Я все же решился задать этот вопрос.

– Как и все мы. Нас нашли, выкупили, дали кров и спасли от смерти. Кто знает, что бы со мной произошло, если бы я остался в западном притоне на окраине.

Я вздрогнул. Такие места были для людей низшего сорта. От них часто пахло резкими цветочными ароматами, которые пытались скрыть гниение и болезни. За чистотой тела там не следили, а местный товар был обязан обслуживать всех. Я помнил, как увидел тот притон на пути к госпоже Идее и как молился, чтобы меня там не оставили. Вонь и ужас запечатлелись в памяти навсегда. Как же удалось Раэлю выжить в том гнилом месте, сохранив красоту тела, а мне в лучшем увеселительном доме стать испорченным товаром? У судьбы нет справедливости.

Долго избегать внимания короля Бардоулфа не представлялось возможным. После очередного осмотра лекаря Камилл сообщил, что вечером мы вдвоем идем к Его Величеству. Узнав об этом, Раэль собрал самые красивые наряды и выбрал для меня небесно-голубую тунику и шаровары. Он принес масла, которые тщательно принялся нюхать, откладывая в сторону не понравившиеся. В итоге Раэль удовлетворенно протянул одну баночку. Я втянул носом воздух и почувствовал нежный цветочный аромат. Он был едва уловимым и приятным.

– Тебе не пойдет грубый запах и яркая одежда, – со знанием дела заявил Раэль.

Натертый до блеска и разодетый лучше, чем в восточном доме, я отправился в покои Его Величества вместе с Камиллом. Нас сопровождал заместитель капитана личной стражи короля – лорд Джеральд Вальтерсон. Какая честь для раба – идти рядом с человеком такого статуса! Горечь от своего положения с каждым днем усиливалась, превращаясь в убогую жалость к себе.

В покоях Его Величества царил сумрак, недостаточный, чтобы ввергнуть меня в безумие, но все же вызывающий легкую дрожь. Камилл прошел вперед и поклонился.

– Ваше Величество.

Я запоздало повторил за ним и стал ждать распоряжений, внимательно следя за Камиллом. Его Величество сидел в кресле и тер двумя пальцами переносицу. Корона небрежно валялась на столе, подпирая небольшую гору свитков, а плащ был сброшен под ноги. В покоях витал слабый запах травяного чая. Я сразу узнал знакомые нотки успокаивающих трав, которые нам иногда заваривала прислуга госпожи Идеи. На меня эти отвары никогда не действовали.

Камилл подошел к столу и, взяв несколько баночек, стал вертеть их в руках, пристально разглядывая. Его движения были раскованными, а поведение свободным, будто он вовсе не считал себя рабом короля.

– Вы сегодня устали больше обычного, Ваше Величество? – В голосе тоже не звучало раболепных ноток.

– С чего ты взял, Камилл? – Король Бардоулф откинул голову на спинку кресла.

– Вы приказали привести меня и Йори, а могли бы Мелея и Раэля. – На губах Камилла появилась дразнящая усмешка.

В него тут же полетела подушка, которую он схватил на лету.

– Намекаешь, что у меня совсем сил не осталось? – В руках Его Величество держал вторую подушку.

– Что вы, как можно усомниться в вашей выносливости.

Но по голосу я понял, что именно это Камилл и имеет в виду.

– Йори, помоги Его Величеству раздеться.

Король встал и вышел на середину комнаты, а я поспешил к нему, боясь заставить ждать. Руки слегка подрагивали от волнения, но мне удалось справиться с жилетом. На удивление, он оказался увесистым, со вшитыми пластинами, которые удерживали форму, словно корсет. Следом я снял свободную рубашку и увидел под ней тугую перетяжку. Его Величество был ранен? Мне хотелось оглянуться на Камилла, прося о помощи, но чутье подсказывало, что не стоит поступать так опрометчиво, как и вообще выражать лишние эмоции. Я разматывал ткань слой за слоем, пока за последними широкими полосками не увидел… женскую грудь. С усилием мне удалось подавить желание тут же посмотреть на лицо короля. Странно, но знание того, что под маской Его Величества скрывалась женщина, не повергло меня в ужас, а, наоборот, придало уверенности. Нам обоим было что утаивать.

Я аккуратно складывал одежду и повязки, стараясь не кидать на короля чересчур беззастенчивые взгляды. Бардоулф внимательно наблюдал за мной и молчал, но чуть приподнятые уголки губ выдавали его удовольствие от всего происходящего. Короля забавляло мое смущение.

– Ваше Величество, расслабляющий массаж? – Камилл подошел к нам и протянул мне одну из баночек.

Король поднял руки над головой и потянулся.

– Не откажусь, сегодня все тело затекло и ломит от нового жилета. Только без благовоний, последние оказались невыносимыми.

Бардоулф подошел к кровати и, не дожидаясь помощи, стянул с себя штаны вместе с сапогами, оставаясь в легкой нательной одежде, а потом лег на живот. Белые волосы снежным покровом рассыпались по темному