Легион - Анастасия Пименова

Если бы Блейк хотел просто забрать маски себе, то он бы убил и этого человека тоже. Не стал бы тащить его с собой. Да и куда ему столько масок? Он живёт один, собирается после уйти, при всем желании он не сможет унести все сразу. Это нелогично. Значит, ему нужен не груз. Ему нужен сам человек.

Блейк немного склоняет голову набок, будто прислушиваясь не к звукам вокруг, а к дыханию мужчины напротив. А потом наконец спрашивает:

— Кто производит маски?

Мужчина молчит пару секунд, сильнее сжимая челюсть.

— Я не…

— Не ври, — спокойно перебивает его Блейк.

Другой кидает взгляд в мою сторону, а после возвращает его Блейку.

— Те, кто находятся в безопасности, в отличие от всех нас.

— Люди в бункерах?

— В городах, — поправляет тот, — бункеры закрыты на неизвестный срок и туда точно никак не попасть. А вот города, наподобие того, как этот, только специально построенные ещё до всего этого… будто знали, что случится что-то такое, — я не вижу его усмешки из-за противогаза, но слышу ее. — У них есть специальные куполы, которые не пропускают воздух извне, а внутри стоит фильтрация, вот в некоторых находятся ученые и хрен знает, кто ещё. Наверное, не последние люди на этом свете.

— Они разработали маски?

— Не совсем, — поправляет тот. — Я точно не знаю, но слышал, что прототип масок разработал кто-то обычный, ну то есть, кому не повезло остаться снаружи, когда случился апокалипсис. Про сброс газа слухи пошли почти сразу, да и логично это было, что раз зараза есть в воздухе, то с этим будут что-то делать. Ещё я слышал, что газ разработал Максвелл.

— Максвелл? — переспрашиваю я, потому что фамилия кажется смутно знакомой.

— Да. Один богатый человек, который как раз и находится в одном из городов, — как только он говорит «богатый», то в мозгу что-то щелкает, и я вспоминаю те рекламы, что видела с этой фамилией, понимая, что да, он не последний человек в нашей стране. — И слышал, что на этого человека, который разработал прототип маски, вышли люди этого Максвелла, перехватили его и дальше уже доработали.

Ни Блейк, ни я не перебиваем его, когда тот и без угроз продолжает. Может, понял, что ему точно не сбежать.

— Одно из производств находится недалеко отсюда, — продолжает мужчина. — В десятках милях от города. Там раньше вроде выпускали что-то связанное с медицинским оборудованием или фильтрацией воздуха, не знаю точно. Сейчас всё переделали под маски. Производство хорошо охраняется.

— И дальше эти маски отправляют в защищённые города? — спрашиваю я.

— Да. Ну… насколько мне известно. Машины курсируют между точками, отвозят партии туда, где живут “нужные” люди.

Последние слова он произносит с таким количеством яда, что даже через защиту на лице это слышно.

— А остальные? — спрашиваю уже тише, хотя ответ и так понимаю заранее.

Мужчина коротко и нервно усмехается.

— А остальные сдохнут, наверное. Как мы. Как все снаружи. Никто не собирается раздавать такую защиту обычным людям. Слишком дорого и ценно. Да и зачем спасать толпу, если можно спасти только тех, кто полезен?

Во рту резко становится горько.

Я думаю о людях в тоннелях, пусть я, наоборот, желаю смерти таким, как Харви, но помимо его есть и обычные люди. А ещё дети… думаю тут же о Джаксе.

Если сейчас существуют целые города под куполами, где люди, возможно, спокойно едят ужин, спят в чистых кроватях и дышат нормальным воздухом, пока остальные медленно умирают снаружи, то это… несправедливо.

— Харви приказал вам перехватить военных? — данный вопрос задает Блейк.

— Да. Он каким-то образом узнал про перевозку. Не знаю как. Может, у него есть люди внутри, может, ещё что-то. Нам сказали перехватить груз до того, как машины доберутся до следующей точки.

— Только груз? — спокойно уточняет Блейк.

— И… привести кого-нибудь живым, если получится.

— Зачем? — вырывается у меня быстрее, чем успеваю подумать.

— Для информации, наверное. Харви в последнее время помешался на этих городах под куполами. Думает, что туда можно попасть или прорваться. Или ещё какая-нибудь хрень в его стиле.

Я перевожу взгляд на Блейка, который никак не реагирует внешне. Но я уже слишком хорошо его успела узнать за прошедшие недели, чтобы не заметить, как напрягается линия плеч и как сильнее сжимается рука на оружии. И почему-то именно сейчас у меня появляется очень плохое предчувствие, что наш путь только что стал гораздо хуже, чем был ещё полчаса назад. Стоп. Какой наш? Его и мой по отдельности.

Следующие пять минут (серьезно, я засекла) Блейк молчит, анализируя всю информацию и о чем-то сосредоточенно думает.

Я тоже делаю это, правда, не понимая, к какому выводу приходит мужчина.

— Снимай противогаз и выходи из машины, — велит он другому.

— Что?

— Ты слышал.

— Но… — тот осекается, а одна из его рук дергается. — Если я останусь без защиты, то умру от газа! Он же в городе практически везде!

— Не везде. Я даю тебе шанс уйти живым. Возможно, у тебя даже получится добраться обратно до туннелей и всё рассказать моему кузену.

Замечаю, как у незнакомца расширяются глаза ещё сильнее.

— Нет, я… — его голос срывается на мгновение. — Я могу помочь. Серьёзно. Я знаю маршруты, знаю часть туннелей, знаю, где стоят люди Харви, где склады, где они держат припасы. Я могу рассказать, как туда попасть и…

Он говорит всё быстрее. Слова буквально начинают налезать друг на друга, будто он боится, что если замолчит хотя бы на секунду, то Блейк действительно вышвырнет его наружу без защиты.

А я цепляюсь за то, что он только что сказал. Туннели.

В голове сразу всплывает лицо Джакса. Пальцы сами сжимаются сильнее на ремне винтовки.

А вдруг он действительно знает? Вдруг даже видел Джакса?

— … и я могу помочь с Харви, — продолжает мужчина, нервно переводя взгляд между мной и Блейком. — Я знаю, как работают некоторые его люди, знаю, кого он отправляет на вылазки, знаю…

Уголок губ Блейка едва заметно дёргается, но не в подобие усмешки, в чем-то совершенно ином.

— Забавно, — звучит от него. — Ты вроде бы работаешь на Харви, а теперь так легко предлагаешь предать его ради собственной шкуры.

Мужчина резко замолкает.

— Я…

— И сейчас уверяешь, что станешь полезным союзником, — продолжает Блейк всё тем же ровным голосом, от которого почему-то становится не по себе даже мне. — Но если человек так легко предаёт того, на кого работает, то с тем же успехом позже он предаст и меня. Или я ошибаюсь?

Мужчина сглатывает