Последняя из рода Белых драконов. Том 2 - Кристина Р.

— Это же твой самый главный вопрос. Приберегла напоследок. Шпионы, Дарзан — всё это мелочи. Тебя не касаются. А вот грозит ли что-то нашей дочери, и кто ещё знает… Да… Это тебя пугает до ужаса. А ты же знаешь, как я люблю тебя пугать, Этель.

Я наклонилась, касаясь кончиком носа его щеки, и опустила пальцы на его запястье, обхватывая. Прикрыв глаза, я тихо заговорила.

— Пугает неизвестность, Кейрон. А я и без тебя знаю, как ты узнал.

Он рассмеялся, повернувшись ко мне. Наши глаза были в нескольких сантиметрах друг от друга.

— Ты не можешь знать, Этель. Не ври, — горячее дыхание с отчетливым запахом металла мазнуло кожу. Я улыбнулась.

— О её происхождении знают только Чёрные драконы, Тарвен с женой, Арвокс и я. Даже для старшей сестры она кровная. Служившие в замке люди давно мертвы, как и алхимики, менявшие состав средства. Никто живой не мог бы тебе рассказать, — его зрачки сузились. Я на верном пути. — Но у алхимиков, Кейрон, есть дурная привычка всё записывать. Тем более, когда речь об уникальном составе.

Эти сведения хранились в наших мастерских, но без помощи вы бы их не расшифровали. Ульрейн заботится о своей репутации и с первых дней обучения внедряет в гениальные умы мысль — не трепаться. Вот и получается интересная ситуация, Кейрон. Вы забрали алхимиков Вердена. Но сами бы они этого вам не рассказали. Если, конечно, у вас не хватило ума их пытать…

Ужасное преступление, грозящее Герону лишением доступа к академиям Ульрейна и их ученикам. Никто в здравом уме на такое бы не пошёл. Да? Можешь не отвечать. Я держу пальцы на твоём пульсе.

Я выпрямилась, отпуская свою жертву и размяла плечи.

— Пытать алхимиков? — Аракс смотрел на Кейрона с неверием. Хотя чего ещё он ждал от тех, кто целый род к вратам прибил, не дрогнув. — Ульрейн вас уничтожит. В Герон больше не ступит нога ни одного из них.

Кейрон прикрыл глаза и тихо рассмеялся.

— Это будет неважно после того, как Ульрейн падёт. Как и все остальные. А до тех пор… Никто вам не поверит.

— Где сейчас алхимики?

— Там, где их никто не найдёт. Лежат, молчат, никому не мешают, разлагаются.

— Рандэр будет в ярости, — констатировала я.

— Он тебе не поверит. Решит, что врёшь ради поддержки. Отец будет отнекиваться и говорить, что с ними всё хорошо, до тех пор пока… Не станет всё равно.

Я улыбнулась.

— Ты прав, Кейрон. Мне Рандэр не поверит. А вот своему дракону — да.

Судя по тяжести шага, приглашённый Арвоксом Фаэль, вышел из своего укрытия.

— Можно я его убью? — я спиной чувствовала его ярость.

— Прости, Фаэль. Это моя добыча, — я обернулась. — Но сегодня ему было очень больно.

Я его не успокоила. Вены бугрились на висках. Слова еле пробивались сквозь стиснутую челюсть:

— Я сообщу королю.

— Подожди до утра — нам надо поговорить, — я видела, что он хочет меня оборвать и немедленно отправить летуна с докладом. — Пожалуйста, Фаэль.

Мы смотрели в глаза друг другу, его кулаки нервно сжимались, шея была напряжена, но спустя десяток секунд, он кивнул.

— Спасибо. Я зайду утром.

Фаэль кивнул, прежде чем уйти. Я прислушивалась к смолкающим шагам, обдумывая, не забыла ли я что-нибудь.

— Похоже… Мне больше не о чем тебя спрашивать, — я оглянулась на присутствующих. — Есть ещё у кого-то вопросы?

— Нет, — озвучил приговор Аракс.

Мой меч покинул ножны. Сталь отливала огнём факелов. Эфес лёг в кисть, лаская своей тяжестью. Я встала перед Кейроном. Он смотрел мне в глаза.

— Ну вот и всё.

— Ей было всё равно, — я приподняла бровь. — Найре было всё равно, кто это с тобой сделает.

Я старалась казаться равнодушной, несмотря на сжавшееся сердце, мешавшее дышать. Видимо, чутьё перед смертью обостряется. Кейрон заметил. Он улыбнулся. Я приподняла меч, но так и застыла, вслушиваясь в его голос. Тихий, хриплый, забиравшийся в те глубины меня, которые я давно считала мёртвыми.

— Она искала среди слуг. Присматривала. Расспрашивала об их самых бесстыдных поступках. К счастью, моему человеку хватило ума понять, что вместо того, чтобы убеждать её в своей хорошести, надо устроить покаяние. Рассказывая о том, что он делал со своими сёстрами. Кстати, ни словом не соврал. Жаль, мёртв давно, таких людей всегда было мало…

Найра понятия не имела, кто я. Она просто передала инструкцию, куда и когда прийти. Не знаешь, случайно, за что она тебя так ненавидела? — Кейрон коротко рассмеялся. — Ей не нужен был ребёнок, это уже моя идея.

Клубок страха, скрутившийся в солнечном сплетении, начал расползаться, запуская свои щупальца по телу, парализуя волю. Я искренне верила, что больше никогда не смогу так бояться. Но ужас, преследовавший меня после той ночи, загоняя в тупики безумия, отпуская только в кабинете отца в те редкие часы, когда я могла позволить себе сон под его охраной, вернулся, накрывая, как огромная волна, снося на пути всю оборону. Я была не готова к правде о матери, избегая думать о ней. Тело окаменело.

— Я иногда следил за твоей жизнью, Этель. Специально посылал посмотреть, как ты там. Надо было всё же узнать, как ты выглядишь… Но, честно… Мне было всё равно. Просто хотел убедиться, что ты всё ещё меня помнишь. Хотя сейчас, глядя на тебя… Ты не сильно изменилась с той ночи. Ты так смешно морщила нос, когда я вошёл в тебя, пуская кровь…

Я сглотнула.

— Ты можешь сколь угодно долго геройствовать, Этель. Притворяться бесстрашным воином. Вот только… Ты же не подпустила к себе ни одного из нас. Только люди. Без разбора, без имён. Но стоит дракону хотя бы коснуться тебя — ты вздрагиваешь. Ты нас боишься. До ужаса боишься! Ты можешь