Последняя из рода Белых драконов. Том 2 - Кристина Р.

— Ты передумала? — зашептал мне на ухо Рагнар.

— Жду, когда подойдёт ближе, — не оборачиваясь, едва слышно сказала я.

— Ближе уже не будет.

Я не успела ответить, дракон бросился в сторону скакуна, ступая на удивление беззвучно для своих габаритов. Вцепившись в шею, заскочил за мгновение до того, как острозубый встал на дыбы. Ноги плотно обхватили туловище, пальцы впились в шею, повреждая кожу. Рагнар скользнул ладонью вдоль лезвия своего меча и, подтянувшись, приложил сочившуюся кровь к морде, давая животному учуять близость добычи.

Скакун опустился на четыре копыта, я слышала, как зубы прорывают плоть. Обычно их поят через запястье — всё остальное скрывает броня, но Рагнар отличался оригинальностью — у его доспехов рукава отсутствовали, поэтому страдало предплечье. Я осторожно приблизилась, стараясь не привлекать внимания животного. Рагнар спрыгнул, не отнимая руки, давая мне возможность накинуть временное седло.

Кататься с хорошим седлом, несомненно, удобнее, но редко когда мы используем скакунов не для скрытности перемещений. Чтобы не разбрасываться хорошими вещами, ещё наши далёкие предки придумали лёгкие, мягкие сёдла, которые не жаль выкинуть по прибытии: по сути, это деревянная дуга, обтянутая тканью и набитая пухом. Сбруи брали старые, но надёжные.

Я перекинула тонкие канатики и быстро закрепила конструкцию, запрыгивая в седло. Рагнар, внимательно следивший за мной, отдёрнул руку. Чёрно-жёлтое пламя, только и ждавшее, когда раны освободятся от зубов, мгновенно вырвалось наружу. Я быстро заковала морду в сбрую. Скакун дёрнулся, но больше попыток сбросить всадника не предпринимал.

— Подай плащ.

Рагнар вернулся к дереву, пока я пыталась усмирить танцующее подо мной животное. А это не обычная лошадь — сильные резкие движения отдавались вибрацией по всему телу. Не больно, но и приятного мало.

— Жди. Ещё один чуть впереди — поймаю.

Я замерла, так и не стянув застёжки плаща.

— Зачем? По небу быстрее.

— Мало ли что в пути.

— Рагнар, я не беспомощный ребёнок.

— Ты дракон, который не может летать. Хватит одного любопытного дозорного, решившего проверить, кто так спешит к замку Белых драконов.

Закусив щёки, я кивнула и опустила взгляд, сделав вид, что сосредоточена на застёжках. Ситуация с крыльями начинала злить, но Рагнар был прав.

— И потом, — добавил он уже на ходу. — Никогда ещё не видел королев верхом на скакунах.

— Какая ответственность. Придётся держать спину прямо?

— И ноги ещё на один бок. Жди.

Дракон вернулся минут через пятнадцать. Под ним был точно такой же скакун, только чуть темнее. Длинный плащ скрывал доспех. Как и я, Рагнар прижал полы к бокам животного, скрывая цвет чешуи от случайных взглядов.

— Готова?

— Да, — короткий, сосредоточенный ответ.

Бока животного я тронула одновременно с Рагнаром. Поймать острозубого — меньшая часть дела, основная работа начинается уже в дороге — они настолько быстры, что концентрацию нельзя терять ни на секунду — снесёт либо ветром, либо случайной веткой, либо манёвром самого животного.

Я так плотно прижалась туловищем к спине, что выпиравший позвоночник впивался в грудь, ощутимо давя на доспехи. Ветер не свистел — он вихрился в ушах, оглушая, мешая сделать вдох — только короткие движения губами, глотая воздух. Глаза постоянно замутнены слезами. Я часто моргала, задерживая веки закрытыми, при этом стараясь не упустить из виду идущего впереди Рагнара. Всё-таки дорогу в Эсванторне он знал гораздо лучше — глупо лезть вперёд.

Когда вторая луна взошла на небе, мы въехали в леса Вердивалии. Протокол велит сообщать о любом пересечении драконами границы, если оно проходит не через официальные ворота у Погостов. Но такие случаи, как наш, не редкость — некоторые договоры требуют особой скрытности. В случае обнаружения подобного проникновения, виновнику предстоит доказать, что он не действовал против интересов пересекаемого государства, покаяться и предоставить денежный выкуп за себя — схема отработанная тысячелетиями.

Я была так сосредоточена на фигуре, укутанной в серую ткань, и собственном дыхании, что не сразу заметила, как влажные тропические леса сменились мелколистными деревьями. Точнее, листья то у них были нормального размера, но несколько месяцев проведённых под сводами крон, касающихся самого неба, отучили меня от знакомой с детства растительности.

Рядом с отцовским замком по большей части были именно такие леса, ближе к сердцу Вердена — хвойные и болотистые, самые неплодородные почвы. Благо, у моря было достаточно земель, способных прокормить не только нас, но и пару соседних королевств в придачу.

Мне не нужен был ни компас, ни атлас звёздного неба, чтобы понять, когда мы пересекли границу Вердена. Я знала каждое дерево здесь, каждую едва заметную тропу. Если свернуть влево, то через десять минут мы выедем к Погосту между Верденом и Вердивалией, но официальных трактов мы избегали. Здесь уже пришлось чуть подогнать скакуна, чтобы выйти вперёд — Рагнар не возражал, как и я, легко уступая место опытному в этих местах проводнику.

Животные замедлились за пару часов до: растаявший снег оставил почву влажной и проваливающейся. Я старалась не думать о прелести предстоящей прогулки. Скакунов придётся отпустить в паре километров от входа в катакомбы — слишком там непроходимо, да и два всадника привлекут внимание легче, чем драконы в человеческом теле. Пойди пойми с высоты, что это не группа отчаянных охотников в поиске хоть какой-то еды, а когда дозорный разглядит — будет поздно. И пропажу своего дракона Герон обнаружит не сразу, мы успеем уйти.

Я правильно оценила время — к месту встречи мы подобрались, когда солнце коснулось горизонта.

— Лови!

Широко улыбаясь, я приподнялась, обрубая завязки седла и срезая сбрую. Оттолкнувшись, я упала в объятья Арвокса, выбивая из него весь воздух. Описав ногами круг, я опустилась на землю и едва не упала с размаха поскользнувшись на грязи. К счастью, откашливающийся Арвокс смог меня удержать — прогулка в вымазанном грязью доспехе не входила в мои планы.

— Спасибо, — я улыбнулась ещё шире в ответ на его нахмуренный взгляд. Его рука лежала на коротко поднимающейся груди.

— Этель, это свой. Его не надо убивать, — хохотнул спрыгнувший с бьющего копытом скакуна Рагнар. Сбросив подложку и поводья, он отпустил животное на свободу.