Хозяйка запретной колыбели. Ненужные дети драконов - Лилия Тимолаева

— Вы же сказали, что не род.

— Не род.

— Тогда...

— Но ловить умею.

Тивен засмеялся. Напряжение ушло из плеч. И в этот момент он оттолкнулся. Не сильно. Я даже не сразу поняла, что произошло. Он сделал шаг. Еще один. Крылья резко опустились. Тивен поднялся на полметра. Испугался. Попытался поставить ногу на землю, которой уже не было. Крылья сбились. Он рухнул на траву. Миро дернулся.

— Стоять, — сказал Бастиан.

Тивен лежал на боку. Я едва удержалась. Потом он поднял голову.

— Я взлетел?

Рина заорала:

— Нет, ты упал!

— Но сначала взлетел!

— На полсекунды!

— Значит, взлетел!

Он начал смеяться. Так громко, что я тоже не выдержала. Бастиан улыбался. Даже Кай смеялся. Оли сообщил:

— Я выше прыгаю.

— Ты без крыльев! — возмутился Тивен.

— Все равно.

Тивен поднялся. Трава прилипла к коленям. Крылья снова расправились. Теперь движения были увереннее.

— Еще раз, — сказал он.

Бастиан подошел ближе.

— Не торопись.

— Я понял.

— Что именно?

— Что земля никуда не денется.

— Это хорошее начало.

Тивен отступил. Раз. Два. На третьем шаге крылья раскрылись. Он прыгнул. На этот раз выше.

Слишком высоко.

У меня вырвался крик. Тивен поднялся метра на три и сразу ушел в сторону.

— Правое крыло! — крикнул Бастиан.

Мальчик дернул его слишком сильно. Развернулся почти боком.

— Не борись! Выравнивай!

Тивен не слушал. Или не мог. Он набирал высоту. Пять метров. Семь. У меня начали дрожать руки.

— Бастиан.

— Вижу.

— Подстрахуйте его!

Бастиан уже бежал вдоль луга, сбросив куртку. За его спиной развернулись крылья. Он держался ниже Тивена и чуть в стороне, оставляя мальчику место для поворота.

— Зовите его к себе! — крикнул он.

Тивен был уже над краем луга. Крылья работали неровно. Он то поднимался, то резко проседал.

— Тивен! — закричала Рина.

Он не повернулся.

— Не ори! — сказал Миро.

— А что делать?!

— То же самое!

— Что?!

Миро сложил ладони у рта:

— Мы здесь!

Тивен повернул голову на голос Миро. Еще мгновение его сносило к краю луга, а потом крылья выровнялись. Он сделал широкий неуклюжий поворот и полетел обратно, прямо к детям.

Бастиан следовал ниже, не касаясь его, но уже не торопясь перехватывать.

Тивен летел к нам неровно, его постоянно тянуло то вправо, то влево. Но он возвращался сам. Оли прыгал на месте. Ася хлопала в ладоши. Кай стоял совершенно неподвижно. Рина кричала:

— Ниже! Ниже давай!

— Как будто он знает как! — ответил Миро.

— Тогда сам скажи!

— Тивен, падай аккуратно!

— Очень полезно!

— А ты лучше придумай!

Тивен был уже близко. Слишком быстро.

Бастиан опустился первым и побежал навстречу, жестом велев нам остаться на месте.

Тивен попытался поднять крылья перед землей. Поздно. Ноги коснулись травы. Он сделал три огромных шага. Почти упал. Бастиан подхватил его за плечи, но Тивен удержался сам.

Бастиан сразу отпустил его и отступил. Мальчик тяжело дышал, крылья медленно опускались к земле.

Рина первой подбежала.

— Ты идиот. Потому что улетел далеко!

— Я не специально.

— Конечно.

Она ударила его кулаком в плечо. Не сильно. Потом обняла. Тивен растерялся.

— Эй.

— Молчи.

Кай подошел следом.

— Ты боялся.

— Нет.

— Врешь.

— Немного.

— Я тоже на лестнице боялся.

— Ты еще долго будешь вспоминать?

— Да.

Ася не стала ничего говорить. Просто взяла Тивена за руку. Миро стоял чуть дальше.

— Я тебя услышал, — сказал Тивен Миро.

Тот сунул руки в карманы и кивнул, пряча улыбку.

Оли встал перед ним.

— Теперь можно я на тебе полетаю?

— Нет. Потому что я только что сам чуть не упал.

— Тогда завтра.

— Нет.

— Послезавтра.

— Оли.

— Что?

Тивен засмеялся. В этот момент крылья начали исчезать. Я ожидала, что это будет так же резко, как появление. Но все происходило постепенно. Размах уменьшался. Темная чешуя на руках бледнела. Через несколько минут он снова выглядел как обычный двенадцатилетний мальчик.

Он был счастлив. Грязный, запыхавшийся, с травой на коленях — и совсем не похожий на мальчика, который еще недавно боялся выпустить новые крылья.

Бастиан надел куртку и долго стоял у края луга, поглядывая на детей.

Пока дети окружили Тивена и наперебой рассказывали ему, как именно он летел неправильно, я подошла к Бастиану.

Я спросила Бастиана, как он себя чувствует. Он ответил, что с ним все в порядке, но продолжал смотреть на Тивена. Я спросила, что его тревожит.

— Он сам нашел направление, когда дети позвали, — сказал Бастиан. — Я летел ниже, мог поймать его. Разворачивать не пришлось.

По тому, чему учили наставников, молодой дракон во время Первого взлета искал родовую связь. Ее не могло заменить присутствие сопровождающего или друга семьи. А на лугу не было ни одного кровного родственника Тивена.

— Вы были уверены, что так невозможно?

— Был. Теперь нужно понять, что именно произошло.

Он провел ладонью по лицу, оставив на щеке пыльную полоску. Я впервые видела его таким растерянным.

Я вспомнила, как Тивен уходил к краю луга. Как повернул голову после крика Миро.

— Он вернулся к нам.

— Да.

— Значит, направление было.

Бастиан ничего не ответил.

— Вы сами сказали: он вернулся на голос.

— На голоса.

— Еще лучше.

— Нет.

Он впервые за разговор выглядел по-настоящему растерянным. Не раздраженным. Не спорящим. Растерянным.

— Почему нет?