Желаете основать страну? - Александр Шихорин

— Кстати говоря, Владыка, — кашлянул шаман. — Удачно ли прошла встреча?

Я довольно осклабился, вспомнив про ящик золотых в инвентаре и прочие ништяки.

— Более чем, старче, более чем. Потерпи немного, я расскажу подробности, когда все будут в сборе.

Кстати про инвентарь. Кардея осталась караулить оттаивающего вампира, но ещё нужно пойти и выгрузить оставшихся пассажирок. Особенно Вакуш. Ещё больше оттягивать новости уже нет смысла, пора посвятить принцессу в происходящее и, кроме того, стоит переговорить с её сёстрами, чтобы они не поняли неправильно моё бездействие…

— Латика, готовь ванну. Я приду где-то через полчаса.

— Слушаюсь, господин, — эльфийка хотела было сразу отправиться к моим покоям, но задержалась на секунду. — Следует ли позаботиться об ужине?

— Если Эсми вытащит Лони из её берлоги, — усмехнулся я. — Ежели не получится, тогда вернёмся к вопросу после ванны.

Когда горничная ушла, я попросил Горта отправить во двор нескольких балбесов для переноса ящиков во внутренний склад, а сам отправился на улицу, чтобы выгрузить из инвентаря походный домик и каменный короб с грузом.

За то время, пока я разбирался с новостями, на улице совсем стемнело и теперь на снегу плясали чуть мерцающие фиолетовые пятна магических фонарей. Глядя на них, я вдруг понял, что для столь внушительного здания как моя Цитадель, количество иллюминации было катастрофически мало́. Возможно, всё дело было в том, что у меня в душе начала копошиться смутная жажда гирлянд и праздника, а возможно скудность освещения была просто очевидным фактом.

Мысленно записав эту проблему в планы на будущее, я отошёл в сторону от прочищенных от снега дорожек и выгрузил сначала груз, а затем и походный домик, с хрустом сплющивший свежие сугробы.

Из двери на улицу моментально выскочила Шарли и с радостным воплем: «Кто не спрятался, я не виновата!», рванула куда-то за угол Цитадели. Безуспешно окликнув умчавшуюся девочку, я пару секунд растерянно потоптался на месте, после чего перевёл взгляд на выглядывавшую из открытой двери Вакуш.

Вздохнув и настроившись на, вероятно, непростой разговор, я зашёл в дом и попросил принцессу присесть, после чего сообщил ей новости о Глухуре.

К моему удивлению, Вакуш приняла всё достаточно стойко. Я видел, как её взгляд ненадолго потемнел, но она не ударилась ни в панику, ни в истерику, лишь уточнила у меня, говорил ли я уже с другими принцессами.

— Нет, ещё не успел, — покачал я головой. — Собирался отправиться к ним вместе с тобой.

— Хорошо, что не стали спешить, господин Владыка, — с необычной серьёзностью кивнула Вакуш. — Среди моих сестриц хватает ранимых особ, которые не смогли бы спокойно принять вашу позицию. Если вы не против, позвольте мне отправиться первой и настроить их на правильный лад, прежде чем они встретятся с вами.

— Окажешь мне большую услугу, но… — я с сомнением оглядел гоблиншу. — Если честно, твоя реакция меня удивила.

— Вы думали, что я начну упрашивать немедленно отправиться на помощь? — вопрос Вакуш был явно риторическим. — В душе мне этого действительно хочется, господин Владыка, но мой отец выбирался и не из таких передряг, его просто так не одолеть. Кроме того, ваши суждения разумны и мои капризы не принесут никакой пользы, потому я доверюсь вашей мудрости и буду поддерживать ваше решение. Как и положено, пусть и отлучённой, но всё ещё вашей возможной будущей супруге, — внезапно сверкнула она глазами и встала со стула, сделав реверанс. — А теперь прошу простить, мне пора к сёстрам. Чем раньше я с ними переговорю, тем лучше.

— Сколько времени тебе нужно?

Принцесса на миг задумалась.

— Думаю, не больше часа, — ответила она.

— Хорошо, — кивнул я. — Если будут проблемы или заминки, отправь ко мне кого-нибудь из горничных. Я буду в своих покоях.

— Конечно, господин Владыка, — кивнула Вакуш и, сделав ещё один реверанс, вышла из дома, мгновенно чихнув, стоило ей переступить порог.

Глядя на то, как она совершенно не царственно побежала ко входу в Цитадель, я глубокомысленно чесал затылок и пытался решить, было ли это загадочное воздействие Шарлотты или же Вакуш сейчас посерьёзнела просто из-за самой ситуации.

Ребят Горта я дождался прямо в домике. Забрав золото с собой, я проинструктировал гоблинов, куда тащить оставшиеся ящики, и отправился, наконец, в свои покои, где меня уже должна были ожидать душ и ванна, полная горячей воды. Аве цивилизация!

Весь следующий час я провёл в руках Латики, усиленно вымывавшей из меня пыль далёкого континента. Когда меня, наконец, милостиво выпустили из оков пара и мочалки, я закутался в пушистый халат и бесформенной жижей растёкся по дивану, закрыв глаза.

Спокойствие и блаженство!..

…Продлилось недолго.

Моё умиротворение прервал аккуратный стук в дверь.

— Господин, к вам Тук, — сообщила Латика, после того как открыла дверь. — Сообщает, что ваш гость почти оттаял.

— Пальцами шевелит и башкой вертит! — радостно подал голос из коридора Тук.

Я поморщился и попытался собраться во что-то похожее на обычного человека.

— Ого. Быстро он, — удивлённо пробормотал я. — Вот бы курица так быстро размораживалась…

— О чём вы, господин Нотан? — непонимающе глянула на меня Латика.

— Да так, не обращай внимания, — кашлянул я и неохотно поднялся с дивана. — Зови, наверное, Эсми сюда, да начинайте заниматься ужином. А я пока проведаю нашего гостя и потом схожу к принцессам.

— Именно в таком виде, господин? — невозмутимо поинтересовалась эльфийка.

Само собой, я не собирался идти прямо так, в банном халате, но если бы не Латика, моё одеяние выглядело бы… проще. Но строгий надзор горничной позволил мне покинуть комнату лишь в самом свежем, чистом и хорошо накрахмаленном, словно я направлялся в высший свет, а не на несколько этажей вниз.

Ещё задолго до того, как мы хотя бы увидели дверь в комнату для прислуги, в которой оставили отогреваться мёрзлого вампира, я уже услышал раздававшиеся на всю Цитадель угрозы Кардеи:

— … только дёрнись! Только моргни! Величайшая следит за тобой, кровосос! Испепелю! На атомы разберу!

Фея притихла лишь тогда, когда я вошёл внутрь.

Жестом отослав за дверь дежуривших внутри гоблинов, я внимательно оглядел освобождённую от снежного плена нечисть, греющуюся у печки.

На табуреточке, поставленной посреди большой лохани, чтоб не наделать на полу