Лекарь из Пустоты. Книга 14 - Александр Майерс

Бригадир не собирался бросаться на первого попавшегося русского. Месть должна иметь смысл. Если убийство посла причинит Сереброву и его людям больше вреда, чем несколько случайных смертей, значит, он займётся послом.

Тем более что Ли Сяопин, по его мнению, заслуживал смерти больше других.

Хозяин кивнул и подвинул к нему красный конверт.

— Закончи со своими делами здесь. Долго собираться не придётся.

Чэнь Жун взял конверт обеими руками.

— Благодарю за доверие.

Только после этого он выпил чай. Тот успел остыть и горчил, но Чэнь почти не почувствовал вкуса.

Поднявшись, он ещё раз поклонился и вышел.

Внизу всё так же стучали игральные кости. Какой-то толстяк сердито требовал позвать хозяина, а служитель казино терпеливо объяснял, что долг всё равно придётся вернуть. К ним незаметно подбиралась охрана.

Чэнь забрал свой артефакт у привратника, сунул его в карман и вышел на улицу. Коснулся спрятанного за пазухой конверта и направился к машине.

Дома его ждала бутылка рисового вина. Сегодня он наконец её откроет.

Российская империя, город Санкт-Петербург

Через несколько дней я отправился в Петербург по делам. Нужно было решить кое-какие вопросы на «Ренессанс-Фарм» и встретиться с Альбертом, который давно хотел побеседовать со мной лично. Заодно, возможно, мне удастся пообщаться с некоторыми магистрами Гильдии.

Визит в столицу обещал быть коротким, но вскоре после прибытия мне передали приглашение на ужин от великого князя Барятинского. Он хотел встретиться со мной лично, причину не указал, но догадаться было несложно. В последнее время слишком многие интересовались будущим Гильдии.

Отказываться я не стал. С Барятинским у нас сложились неплохие отношения, особенно после того, как я назначил Кутайсова генералом Новосибирского княжества.

В назначенное время приехал в резиденцию великого князя. Меня проводили в столовую, где Барятинский уже сидел за столом и пил вино. Он поднялся навстречу мне и с улыбкой протянул руку.

— Юрий Дмитриевич, рад, что вы нашли время приехать.

— Благодарю за приглашение, ваша светлость.

Слуги тут же внесли закуски, какой-то сливочный суп и вышли, закрыв за собой дверь.

Мы с великим князем поужинали, обсудили последние новости столицы и всей империи, ни разу при этом не упомянув смерть Бархатова и дела Гильдии.

Когда с едой было покончено, Барятинский немедленно перешёл к делу:

— Юрий Дмитриевич, я хочу сказать, что поддерживаю вашу кандидатуру на пост патриарха Гильдии целителей.

— Приятно слышать, — ответил я. — Могу спросить почему?

— Я считаю, что Гильдии нужны перемены. И вы уже доказали, что способны их осуществить.

— Есть люди, которые именно поэтому предпочли бы видеть на месте патриарха кого-нибудь другого.

— Разумеется, — усмехнулся он. — Великий князь Назаров, например.

— Он поддерживает Ракитина? — спросил я, нисколько не удивившись.

— Да. И не только добрым словом. Граф получает помощь, которая может серьёзно повлиять на ход выборов. Полагаю, вам стоит об этом знать.

Ответ Барятинского ни капельки меня не удивил. После истории с Аристовым участие Назарова в очередном конфликте вокруг меня выглядело вполне закономерно. Только причины по-прежнему оставались неясными.

Сначала Аристов, теперь Ракитин. Чем я так не угодил великому князю? Одно дело — однажды поддержать человека, с которым у тебя совпали интересы. Совсем другое — раз за разом оказываться на стороне моих противников.

Что-то здесь не так…

— Судя по вашему лицу, новость вас не поразила, — догадался Барятинский.

— Я уже сталкивался с тем, что интересы Назарова расходятся с моими, — пожал плечами я.

— Тогда вы понимаете, почему я предлагаю помощь. Если против вас играет великий князь — вам пригодится поддержка другого, — резонно заметил он.

Да уж, поспорить здесь трудно. Только вот против меня играл ещё и Корсаков — и его мотивы я тоже не до конца понимал.

— О какой помощи идёт речь? — поинтересовался я.

— В первую очередь, мои связи. Поддержка людей, к мнению которых прислушиваются магистры. При необходимости — финансирование, — ответил Барятинский.

— От финансирования я откажусь сразу.

— Почему?

— У меня есть собственные средства, ваша светлость.

— Я же не собирался давать вам кредит. Финансирование может быть безвозмездным…

— Даже если так, я всё равно окажусь вам обязан. А мне бы не хотелось оставаться должным великому князю, — ответил я.

Барятинский несколько секунд смотрел на меня, потом приподнял уголки губ и кивнул.

— А в целом, что вы скажете?

— Я благодарен за обещание поддержки и готов её принять. Но слишком демонстративная помощь с вашей стороны способна отпугнуть часть магистров. Целители вряд ли хотят получить патриарха, которого им назначили.

— Вы хотите сказать, что публично выступать в вашу пользу мне не следует? — уточнил он.

— Пока я бы предпочёл обойтись без этого. Мне нужно убедить магистров, что я смогу руководить Гильдией в их интересах. Если за моей спиной всё время будет стоять великий князь, возникнет закономерный вопрос, чьи решения я собираюсь исполнять — свои или ваши?

— Вы довольно прямо говорите об этом, — Барятинский усмехнулся.

— Лучше нам быть откровенными друг с другом, — ответил я.

— Что ж… Мне нравится ваш подход, Юрий Дмитриевич, — сказал великий князь. — Уверен, что мы сработаемся.

— Надеюсь, что да.

— Тогда я в ближайшее время задействую свои связи. Есть люди, с которыми вам стоит поговорить лично. Не все они знакомы с вами, а представление о ваших планах у некоторых весьма далеко от действительности. Я мог бы организовать несколько встреч, которые помогут вам донести своё видение будущего Гильдии целителей до нужных людей.

— Такие встречи были бы полезны, — согласился я.

— Я помогу их организовать. Но убеждать собеседников будете сами! — наполовину шутливо добавил Барятинский.

— Это меня устраивает, — серьёзно кивнул я.

Российская империя, город Санкт-Петербург, ресторан «Персефона»

Официант поставил перед Фёдором Михайловичем тарелку, бесшумно наполнил бокалы и удалился. Дверь отдельного кабинета закрылась.

Великий князь Корсаков положил на колени салфетку и аккуратно расправил.

Напротив него сидел владелец нескольких столичных СМИ по имени Святослав Ратников. Его издания обладали серьёзной репутацией, и их читали чиновники, дворяне и состоятельные горожане. Именно поэтому великий князь пригласил его на ужин.

— Ваш помощник передал, что вы хотели обсудить выборы патриарха, ваша светлость? — спросил Ратников.

— Именно. А если быть точным, я хочу обсудить участие в выборах князя Сереброва. В последнее время о нём пишут исключительно восторженные статьи. Не находите это странным?

— У него немало достижений, — пожал плечами Святослав и подцепил вилкой кусочек гребешка.

— Я не спорю. Но, возможно, он вовсе не такой чудесный человек, каким его пытаются выставить.

Ратников медленно прожевал, отложил вилку и произнёс:

— Скажу сразу, ваша светлость. Слухи и непроверенные обвинения мои издания печатать не будут. Тем более против человека, которому благоволит