Погоня за судьбой - Ди
— Пап, она…
— Я обращаюсь не к тебе, Софи, — отрубил генерал, и голос его стал стальным, как бронелист, лишённым каких бы то ни было отцовских интонаций. — Предоставь человеку возможность самостоятельно ответить на заданный вопрос… или признать, что не может.
В этот момент из кухни появилась хозяйка с большой кастрюлей, от которой поднимался пар, и я испустила вздох облегчения — появлялась передышка, в ходе которой я могла подумать над тем, что ответить. Водрузив кастрюлю на стол аккурат между мной и генералом, Изабелла взяла плошку и с улыбкой заявила:
— Паэлья получилась — пальчики оближете! Сегодня без добавки я из-за стола никого не отпущу! — Затем, оглядев стол, с грустью в голосе пробормотала: — Как жаль, что Игнасио не пришёл… И опять без предупреждения — мог бы хоть позвонить… Ну да ладно…
Дымящееся блюдо заняло наши тарелки, хозяйка унесла кастрюлю, а затем вновь вернулась и присоединилась к трапезе. Я с аппетитом за обе щёки уплетала шедевр кулинарии, Софи отрешённо ковырялась в тарелке вилкой, а генерал налил себе второй бокал вина.
— Софи, девочка моя, — беззаботно прощебетала Изабелла. — Расскажи, как вы познакомились с Лизой? Вы были с ней в одном рейсе?
Немного оживившись, Софи ответила:
— Да, мы выполняли важное задание. Нужно было кое-кому помочь с доставкой груза…
— Как интересно! — хозяйка всплеснула руками и подалась ближе к Софи. — А что за груз? Какое задание? Я слышала, сейчас какие-то проблемы на окраине, с одной из планет прекратилось сообщение…
— Мам, ты же знаешь, что я не могу болтать о работе. Нужно соблюдать режим секретности, — сказала Софи и украдкой взглянула на отца, который хмуро допивал вино, отведя взгляд, уворачиваясь от её глаз.
— Да-да, прости, дорогая… Иногда так хочется допросить тебя с пристрастием — что делала, где была, каких новых людей повстречала… Но потом спохватываюсь и вспоминаю, как когда-то Северино отвечал мне точно так же, как и ты. Военные тайны… — Изабелла картинно понизила голос и сделала неопределённый жест руками. — Дочка моя пошла по стопам отца… Кстати, пока тебя не было, твой друг Диего все пороги обил. Ходил, таскал цветы, всё испрашивал, где ты. А что я могу ответить? На службе она, говорю, а когда приедет — не знаю… Ты ему не звонила ещё? Вот он, наверное, обрадуется…
Диего. Имя всё ещё звенело в воздухе — правильное имя с правильными цветами. Софи отвернулась, и я почувствовала, как она напряглась. Значит, знала, хорошо помнила этого Диего.
Тут генерал фыркнул и едва слышно пробурчал:
— По стопам отца…
— Прости, дорогой, что ты сказал?
— Знаешь, что она сделала, Изабелла? Ушла из Ассоциации Вольных Пилотов! Я столько сил положил… У неё был потенциал, она показала себя одним из лучших инженеров Космофлота, а потом взяла и растоптала всё!
— Но… Так вот почему она вчера такая расстроенная была после вашего разговора… Ну и ладно, ну что ты так реагируешь? — растерянно вопросила Изабелла Толедо. — Она найдёт себя где-нибудь ещё…
— Где?! — вырвалось у него, голос сорвался на хрип. — На крыше, парапете, на заборе каком-нибудь, как этот недотёпа Игнасио?! Ноги себе будет ломать? А мы будем собирать её по частям и склеивать гипсом?!
Домохозяйка примирительно запричитала:
— Игнасио ещё ребёнок, он перед девочками красуется…
— Ребёнок! Здоровый двадцатипятилетний конь с яйцами! Так и Софи не отстаёт. Посмотри! — Он махнул рукой в мою сторону. — Я зуб даю за то, что Софи ушла из-за неё! Скажешь, нет?! Она сбегает с корабля, и тут же они приезжают вместе, ручкаются тут под столом, переглядываются…
— Дорогой, не надо так, — попросила Изабелла. — Она же приличная девочка, посмотри, уже почти всё съела…
— Приличная! — Северино Толедо грохнул по столу крепким кулаком, коротко звякнула посуда. — Я таких «приличных» за свою жизнь целые эскадры перевидал! С волчьим взглядом и боевым железом под кожей! У меня чутьё, и оно меня никогда не обманывает! Либо воровка, либо бандитка!
— Пап, прекрати, пожалуйста, — дрожащим голосом попросила Софи. — Она никакая не бандитка, ты не можешь знать всего!
— Всего знать не могу, но того, что знаю — вполне достаточно, Софи! И уж поверь мне, старику, твоё новое знакомство не доведёт тебя до добра!
— Почему ты всю жизнь за меня всё решаешь?! — воскликнула Софи, еле сдерживая слёзы. — Неужели ты не дашь мне права самой выбирать собственную судьбу?!
— У меня перед глазами уже есть примеры, Софи, — обречённо прохрипел генерал, понизив голос. — Примеры, когда дети выбирают собственную судьбу. Твой троюродный брат Андрес, помнишь такого? Помнишь, что с ним стало?! А Эстебан, сын тёти Долорес… Ну да, откуда же тебе знать? Прошлым летом умер от передозировки… А эти твои однокурсники, которые отравились каким-то дерьмом на вечеринке… Да что далеко ходить?! Твой родной брат того и гляди себе шею свернёт! И ты хочешь, чтобы я позволил тебе выбирать свою судьбу?!
Софи вскочила, с грохотом уронив стул на деревянный пол, и, всхлипывая, выбежала вон из гостиной. Я не знала, куда себя деть, мне было страшно неловко, и я боялась даже пошевелиться. Захотелось сжаться в точку и исчезнуть из этого мира. Генерал Толедо тем временем взял бутылку, быстро и точно налил себе третий бокал, вышел из-за стола и скрылся на тёмной террасе, хлопнув дверью.
— Что же это такое, — горестно протянула Изабелла. — Мой бедный-бедный муж… Он так переживает за неё, места себе не находит. Он ведь думал, что его сын продолжит семейные традиции, но Игнасио служба оказалась совсем неинтересна. Софи стала лучиком света в тёмном царстве, но вот ведь как получилось…
Я молчала. Что можно было сказать? «Извините, что я воплощённый кошмар вашей дочери»? Правда осталась на террасе, а я между тем сидела в её доме, чувствуя себя троянским конём.
Я посидела ещё немного, пригвождённая к стулу стыдом и виной, а потом заставила себя встать. Ноги были ватными — и каждый шаг к террасе был преодолением. Я открыла дверь — не на улицу, а в эпицентр боли отца, чей мир треснул по шву.
Генерал стоял ко мне спиной, окаменевший. Он смотрел не на склон — он смотрел в ту пропасть, где суша срывалась в чёрную воду, на метафору его отцовства — край, за которым контроль заканчивается. На горизонте, прикрывая собой море, недвижимо стояли огромные сизые стены кучевых облаков.
Я подошла ближе — почти вплотную. Я готова была взять на себя всё. Готова к тому, что он прогонит меня, накричит или ударит — мне даже хотелось этого, ведь