Среда размножения - Шон Хатсон

Губы Томми беззвучно двигались, и Меллоуз, словно загипнотизированный, наблюдал, как толстое черное нечто выбирается на свободу изо рта бродяги. Глазные стебельки слизня медленно расширялись, и, пока он соскальзывал вниз по бледному лицу своего «хозяина», за ним последовал другой, и еще, еще…

Во впадине горла Томми открылась прореха поменьше, и из нее появился еще один слизень. По мере того как он прогрызал себе дорогу, из разреза побежала и кровь. Извивающиеся фигурки внутри туловища, казалось, двигались, как единый организм, высыпаясь из этой зияющей дыры с каким-то тошнотворным чавкающим звуком, который казался еще громче из-за тишины. Кровь и частицы несъедобных внутренностей хлынули вперед вместе со слизнями, неся все дальше этот вонючий ковер черных тел, которые уже начали продвигаться в сторону наблюдавших юношей.

Меллоуз почувствовал, что его кишечник расслабляется, и ощутил, как что-то мягкое и теплое забрызгивает его трусы. Зловоние его собственного кала смешалось с мерзким запахом, поднимавшимся от слизней, подобно ядовитому облаку. А те слизни, которые появились из горла и рта Томми Прайса, теперь были заняты пожиранием его изодранного лица, прогрызаясь сквозь глаза и вверх, к мозгу. Другие же прицепились к обрюзгшим губам и принялись кормиться мягкой плотью и свернувшейся жидкостью внутри.

Меллоуз повернулся и побежал, опрокинув по дороге Хилстона в своем усилии спастись от этого кошмарного видения. Хилстон поднялся и развернулся, чтобы последовать за приятелем, корчась на бегу, так как и его желудок наконец-то сдался раздиравшим его спазмам. Выплеснув на бегу поток блевотины, Хилстон едва не поскользнулся на ней. Его шаги неистово застучали вверх по ступенькам.

В конце концов туалет вновь погрузился в молчание, если не считать непотребных сосущих звуков, испускаемых полчищем слизней, продолжавших сползать с трупа бродяги, пока от него не осталась только гигантская впадина. Кости грудной клетки сияли белизной сквозь кровь и слизь там, где когда-то находились внутренние органы. Подобно сброшенной коже змеи, тело теперь представляло собой просто пустую оболочку, а лицо опустошали те слизни, которые до сих пор еще не насытились. Обе глазницы были теперь пусты, а рот раскрылся в этаком зевке, подобно черному ущелью, демонстрируя, что даже язык был сожран.

Вырвавшиеся вперед более крупные слизни волочили свои разбухшие тела по грязному полу туалета, а за ними следовали компаньоны размером поменьше. Этакая волнообразная слизистая масса, оставлявшая позади поблескивающий след. Они легко и поразительно быстро передвигались по полу, проскальзывая в водосток у основания унитазов, ползли или плыли в желтом потоке мочи, давая засасывать себя в трубы, которые в конце концов перенесли их в канализацию далеко внизу. Темнота, похоже, приветствовала их, и в этой кромешной мгле они были невидимы.

А наверху несколько последних слизней проскользнули в водосточную трубу и скрылись с глаз долой. Было их, вероятно, около сотни.

Но скоро их станет больше, много больше.

Запах был почти невыносимым. Этакая зловонная смесь мочи, кала и блевотины, но и еще чего-то помощнее. И поострее. Это был запах смерти.

Уж этот-то запашок инспектор полиции Рей Гроган знал отлично. Он учуял его, как только вошел в этот сортир на Лестерской площади.

Сверкнула фотовспышка, на мгновение озарив холодным белым светом эту подземную пещеру. Гроган слегка поморщился и замедлил шаг, добравшись до нижней ступеньки лестницы. Порывшись в кармане, он извлек оттуда аэрозоль для освежения дыхания и нацелил себе в рот. Но мятная струя промахнулась и угодила ему в нос. Что-то пробормотав, Гроган сделал еще одну попытку, на сей раз удачную. Он бросил аэрозоль обратно в карман и обернулся на присутствовавших там двух полицейских в форме и еще трех в штатском. Фотограф, стоявший прямо перед ним, делал снимки кафельного пола около одной из кабинок. А в дальнем конце ряда еще один полицейский в штатском собирал вещественные доказательства. На нем была вельветовая куртка, потертая на локтях. Его длинные волосы почти доходили до воротника голубой рубашки. А вот коричневые брючки-слаксы не мешало бы завернуть вверх на дюйм-другой. Увидев Грогана, мужчина повернулся и побрел к нему.

Они обменялись приветствиями. Коллега Грогана закурил сигарету. А потом сержант криминальной полиции Мартин Николсон предложил сигарету и своему начальнику.

– Да я бросил, – напомнил ему Гроган, стараясь не обращать внимания на запах дыма, летевший к нему. Он вздохнул. – Ну, так что же мы имеем? Стоило ли выволакивать меня из постели в такой час?

Гроган снова сверился со своими часами и увидел, что было самое начало второго. А потом он проследовал за Николсоном к одной из кабинок и заглянул внутрь.

– О господи! – только и пробормотал он.

Фотограф отступил в сторонку, чтобы дать инспектору возможность как следует осмотреть останки Томми Прайса.

Быстрым оценивающим взглядом Гроган пробежал по трупу, то есть по тому, что от него осталось, и его желудок слегка забурлил, когда он в изумлении посмотрел поначалу на пустые глазницы, а потом – на зияющую в туловище дыру. Он повернулся к Николсону.

– Кто это? – осведомился инспектор.

– Мы сами не знаем. Никакого удостоверения при нем не было. А может, и было, но его забрали.

– Вообще-то на вид не слишком похоже на нападение грабителей, а? – загадочно промолвил Гроган. – А как насчет отпечатков пальцев? Опознания по зубам?

– Все это проверят, как только в дело включатся судмедэксперты.

Гроган кивнул, массируя затылок широкой, мощной на вид лапищей.

– А кто его обнаружил? – спросил он.

– Да один из наших парней, – ответил Николсон. – Он сюда спустился с проверкой примерно в полночь и… – Фраза так и осталась неоконченной. – Я никогда раньше не видел ничего подобного.

– Что ж, присоединяйся к нашему клубу. – Гроган еще разок заглянул за дверь кабинки, устремив глаза на выпотрошенный труп. – А что это за дерьмо у него на лице?

– Похоже на какую-то слизь. Да она повсюду. Погляди-ка! – Он показал на кафель у них под ногами и на липкую жидкость, посверкивающую омерзительным глянцем под мигающими лампами дневного света. – Мы вот еще что тут нашли. – Николсон приподнял пакет с тюбиками бустикового клея. – Вот с них мы сможем получить несколько отпечатков. Ну, и у нас может появиться какой-то ключ к разгадке.

Гроган медленно кивнул, в задумчивости поглаживая подбородок.

– Это могли быть подростки, – предположил Николсон. – Нюхали они или нет – этого не поймешь. Я вот только хотел бы