Борис Карлов - Снова на Луне

— Мне останется только стать критиком. Понимаете?! Писать отзывы на чужие книги, так и не написав ни единой собственной!.. Согласитесь, насколько это обидно и несправедливо!

Незнайка согласился, что писать книжки самому, наверное, гораздо интересней.

Работать критиком, подумал он, это всё равно как разбираться в устройстве автомобиля, вместо того чтобы весело гонять на нём с ветерком…

Содержательную беседу прервал шум на противоположном конце стола: осмотрев пострадавшего, Медуница стала решительно настаивать на его немедленной отправке в больницу. Шурупчик беззвучно, как рыба, протестовал и отчаянно жестикулировал, однако Докторша была непреклонна. Мало того, Винтик и Шпунтик тоже были на её стороне, убеждая больного отправиться в Зелёный город на снегоходе. Шурупчик смотрел на них с ужасом, как смотрят на внезапно предавшего друга.

— Не переживайте, больной, — говорила Медуница. — У нас вы быстро встанете на ноги. Я хотела сказать, что ваши голосовые связки быстро придут в норму; у меня есть на этот счёт особенная метода.

Убедившись, что решительно все против него, Шурупчик смирился и стал набивать карманы пряниками, конфетами и печеньем со стола. За ночь он дико проголодался и буквально на ходу засыпал. Его подхватили под руки, увели и усадили в снегоход.

Наскоро поблагодарив и распрощавшись со Смекайлой, все залезли в машину, и «Метелица» резво помчалась в горку по направлению к Зелёному городу.

В больнице, как обычно пустующей, больного общими усилиями переодели в полосатую пижаму и уложили на койку. Около него тут же начали хлопотать две нянечки.

— Ну что, — нерешительно обратился Винтик к своим спутникам, — теперь домой?

Незнайка и Шпунтик растерялись: они думали, что теперь, раз уж они здесь, было бы неплохо навестить малышек, с которыми когда-то подружились. Винтик об этом тоже думал, но дожидался, что скажет кто-нибудь другой. Но другие тоже молчали, переминаясь с ноги на ногу.

Их сомнения неожиданно разрешила Медуница.

— Теперь вы, наверное, хотите поехать к Синеглазке? — сказала она как о само собой разумеющемся, глядя на Незнайку.

— Почему это… к Синеглазке?.. — пролепетал тот растерянно.

— Не надо со мной хитрить, голубчик; весь город только и говорит о вашей переписке.

— Да?.. — От столь неожиданного заявления Незнайка так и опешил.

. — Не отпирайтесь: приехали-то вы, а не кто-нибудь другой.

Этот несомненный факт поставил Незнайку в тупик. Винтик и Шпунтик смотрели на него со всё возрастающим интересом, и он решил не отпираться по крайней мере до тех пор, пока всё хорошенько не разъяснится.

— Что ж, — сказал он, разведя руками, — если все говорят, можно и заехать…

Синеглазка и её подруга Снежинка встретили гостей на пороге своего дома. В городе все уже каким-то образом знали об их появлении, и снегоход ещё медленно проезжал по улицам, а за окнами можно было заметить множество любопытных глаз.

Снежинка проводила Винтика и Шпунтика в дом, а Синеглазка осталась дожидаться Незнайку, который сосредоточенно счищал с валенок несуществующий снег поставленной у крыльца метёлочкой. Он специально остался, чтобы спросить, о какой переписке говорила Медуница. Но как спросить, он не знал, а Синеглазка тоже чего-то дожидалась.

— Что же вы молчите? — произнесла она наконец. — Вам совсем нечего мне сказать?

Да перестаньте же вы шоркать веником!

Незнайка поставил метёлку, засунул руки в карманы и огляделся.

— А у вас тут, пожалуй, ничего не изменилось, — сказал он как можно небрежней.

— Ну, кое-что, допустим, изменилось. Вот я, например, сильно изменилась с тех пор.

Незнайка посмотрел на Синеглазку и тут же отвёл глаза.

— Почему вы такой красный? Ну-ка посмотрите на меня. Вам жарко?

— Да, знаете ли… Жарковато немного.

— Отчего же вам жарко? Вы совсем не одеты, без шапки. Может быть, вы больны, у вас температура?

Синеглазка подняла руку и заботливо приложила свою ладошку к Незнайкиному лбу и щекам.

В это время из-за двери нетерпеливо высунулась Снежинка. Она сделала круглые глаза, состроила гримасу, затем тихонечко прикрыла дверь, замерла и стала ждать, что будет дальше.

Ощутив прикосновения руки на своём лице, Незнайка покраснел ещё сильнее и ухватился за столбик крыльца. Нечаянно он ухватился не за столбик, а за руку притаившейся Снежинки.

— Ой! — испуганно воскликнула малышка и отдёрнула руку.

— Ой! — испуганно воскликнул Незнайка и тоже отдёрнул руку.

Синеглазка смотрела на обоих с недоумением.

— Что вы делаете! Вы меня до смерти напугали! — пожаловалась Снежинка.

— Простите, я не знал, что вы тут прячетесь, — смущённо пробормотал Незнайка.

— Я прячусь? Как это глупо! Я только выглянула, чтобы узнать, почему вы не идёте в дом.

— Надеюсь, ты узнала всё, что хотела, дорогая, — сказала Синеглазка, — и теперь нам нет нужды здесь стоять.

В доме всё дышало теплом и уютом: в печке мерно потрескивали поленья, на стене стучали ходики. Незнайке сразу сделалось хорошо и захотелось сказать малышкам что-нибудь приятное. Но что именно, никак не приходило на ум.

— А телефон у вас есть? — сказал он совсем не то, что хотелось.

— Нет, — ответила Синеглазка. — Телефона у нас нет, но переписываться, мне кажется, гораздо интереснее. Вы согласны?

Она посмотрела на Незнайку многозначительно, и тот не нашёлся что ответить.

Разговор подхватила Снежинка:

— У нас в больнице есть один телефон, иногда оттуда мы звоним знакомым в другие города. По правде говоря, у нас были телефоны в каждом доме — малыши из Змеёвки однажды протянули к нам провода, чтобы мы тоже не скучали. И вы знаете, не прошло и года, как мы попросили их смотать всё обратно. Сначала мы заметили, что многие наши малышки, даже живущие в соседних домах, стали подолгу болтать по телефону, вместо того чтобы ходить в гости или вместе гулять на свежем воздухе.

У многих от этого стал портиться характер, они становились ленивыми и замкнутыми.

Потом и вовсе начались хулиганские звонки из Змеёвки. Нашлись такие не очень умные малыши, для которых телефонный аппарат сделался ещё одной вредной игрушкой, вроде рогатки. Они звонили наугад и говорили в трубку какую-нибудь глупость, кричали петухом или хрюкали. Конечно, они не называли своего имени, потому что были к тому же ещё и трусишками… А однажды такой хулиган напугал одну малышку до истерики, сообщив ей среди ночи, что под её кроватью спрятался серый волк. Спросонок бедняжка выбежала из дома в чём была и простудилась. С тех пор она боится спать одна в комнате. В общем, мы поблагодарили их за заботу и попросили свернуть всё это хозяйство. Неудобно, конечно, получилось, ведь многие приличные малыши в Змеёвке тоже стонут от своих хулиганов…