Усадьба с памятью - Полина Змееяд

– Зна­чит, вы ис­ка­ли му­зу, – поды­то­жил Игорь и на этот раз прон­зил взгля­дом ме­ня.

Я ре­ши­ла сде­лать вид, что не за­ме­ти­ла это­го, хоть са­лат и встал по­пе­рек гор­ла.

– Мож­но ска­зать и так, – с до­сто­ин­ством кив­нул Ни­ко­лай, хоть его ли­цо вновь пошло крас­ны­ми пят­на­ми. Но недав­ний урок он усво­ил, по­это­му на­шел в се­бе си­лы про­игно­ри­ро­вать оче­ред­ную шпиль­ку. – При­ро­да щед­ра на нево­об­ра­зи­мо пре­крас­ные ви­ды.

– В са­мом де­ле, тя­гать­ся с ней в уме­нии со­зда­вать кра­со­ту не смо­жет ни один че­ло­век, – со­гла­сил­ся муж, все еще не от­во­дя от ме­ня за­дум­чи­во­го взгля­да.

Его сло­ва мог­ли бы быть тон­ким ком­пли­мен­том, ес­ли бы не кон­текст бе­се­ды. Сей­час они толь­ко разо­зли­ли и я сжа­ла вил­ку в паль­цах креп­че, чем сле­до­ва­ло бы.

– Кста­ти о дру­зьях, – вдруг вспом­нив его пись­мо, вкли­ни­лась я. – Игорь Пав­ло­вич, пом­нит­ся вы пи­са­ли, что бу­де­те не один.

– Я пла­ни­ро­вал по­зна­ко­мить вас кое с кем из сто­лич­ных дру­зей, но так как мы вер­ну­лись слиш­ком ра­но, опа­сал­ся, что дом не бу­дет го­тов. Не без ос­но­ва­ний, – по­яс­нил он. Я ожи­да­ла, что его прон­зи­тель­ный взгляд вновь оста­но­вит­ся на мне, но этот упрек пред­на­зна­чал­ся управ­ля­ю­ще­му, ко­то­рый с каж­дой ми­ну­той раз­го­во­ра блед­нел все за­мет­нее. – К то­му же, и они по­сле дол­гой до­ро­ги ре­ши­ли по­ви­дать­ся с се­мья­ми. Вряд ли сто­ит ожи­дать их ви­зи­тов рань­ше, чем че­рез ме­сяц или пол­то­ра.

По­нят­но. Зна­чит, у нас ме­сяц на то, что­бы при­ве­сти усадь­бу в нор­маль­ный вид. Те­перь на управ­ля­ю­ще­го по­смот­ре­ла уже я. Под при­це­лом двух взгля­дов он на­шел в се­бе си­лы вы­пря­мить­ся.

– К их при­ез­ду все уже бу­дет го­то­во. Оста­лись-то су­щие ме­ло­чи, – по­пы­тал­ся лег­ко­мыс­лен­но от­ве­тить он, но сло­ва вы­дав­ли­вал яв­но че­рез си­лу.

– Я лич­но про­сле­жу за под­го­тов­кой, – по­спе­ши­ла до­ба­вить я, по­ка муж не при­нял­ся ука­зы­вать мне, что де­лать в соб­ствен­ном до­ме.

Крайне ра­до­ва­ло, что дом имен­но мой, и хоть Игорь – часть се­мьи, но это не да­ет ему пра­ва рас­по­ря­жать­ся здесь без мо­е­го со­гла­сия.

Ко­гда обед на­ко­нец за­вер­шил­ся, я за­гля­ну­ла на кух­ню, что­бы узнать, все ли бу­дет в по­ряд­ке с ужи­ном, а за­од­но по­быст­рее сбе­жать от су­пру­га. Ко­гда воз­вра­ща­лась в спаль­ню, по пу­ти его не встре­ти­ла. Ви­ди­мо, этот гад уполз в свою но­вую опо­чи­валь­ню от­ды­хать. Тем луч­ше.

Я уста­ла от на­ше­го раз­го­во­ра так, буд­то сут­ки без от­ды­ха бе­жа­ла по гор­ной тро­пе, но ру­ки че­са­лись уви­деть на­след­ство от­ца и оце­нить мас­шта­бы ка­та­стро­фы. Тем бо­лее, что по­ка, без но­вых ра­бот­ни­ков, в пол­ную си­лу за­нять­ся при­ве­де­ни­ем усадь­бы в по­ря­док я все рав­но не мог­ла.

В ка­би­нет управ­ля­ю­ще­го я во­шла че­рез пол ча­са по­сле обе­да, во­ору­жен­ная опи­сью иму­ще­ства.

– По­ка­жи­те мне ста­рье, о ко­то­ром го­во­ри­ли, – по­тре­бо­ва­ла я то­ном, не тер­пя­щим воз­ра­же­ний.

Вла­ди­мир Ана­то­лье­вич боль­ше не пы­тал­ся пря­тать­ся за мас­кой доб­ро­ду­шия: ви­ди­мо обе­ден­ный диа­лог с му­жем по­ка­зал, что я боль­ше не та неж­ная ба­ры­ня, ко­то­рую мож­но взять под руч­ку и упря­тать в ком­на­ту.

Он взял ста­рый ключ, ко­то­рый по­че­му-то хра­нил­ся от­дель­но ото всех в ящи­ке сто­ла, и по­вел ме­ня к лест­ни­це на чер­дак. От­пер его и поз­во­лил под­нять­ся пер­вой.

Ко­гда взо­ру на­ко­нец пред­ста­ли все те ве­щи, опи­са­ния ко­то­рых преж­де ви­де­ла толь­ко на бу­ма­ге, я да­же не зна­ла, ра­до­вать­ся или раз­ры­дать­ся.

Весь чер­дак от по­ла до по­тол­ка ока­зал­ся за­ва­лен та­ким немыс­ли­мым ко­ли­че­ством ве­щей, что к боль­шин­ству из них бы­ло невоз­мож­но по­до­брать­ся. Боль­шая часть до сих пор за­пе­ча­та­на в ко­роб­ки и ящи­ки, на­кры­та ка­ки­ми-то ста­ры­ми тряп­ка­ми. Но сре­ди то­го, что ва­ля­лось в пы­ли на по­лу про­сто так, я раз­гля­де­ла те са­мые фар­фо­ро­вые ва­зы, две из ко­то­рых ока­за­лись рас­ко­ло­ты. Мно­же­ство кар­тин в мас­сив­ных ра­мах сто­я­ли, при­сло­нен­ные к сте­нам и со­вер­шен­но ни­чем не за­щи­щен­ные ни от солн­ца, ни от гря­зи. Под ни­ми толь­ко ле­жа­ли ци­нов­ки – те са­мые, ки­тай­ские. Так же без за­щи­ты, пря­мо на по­лу, стоп­ка­ми сто­я­ли кни­ги. Я смах­ну­ла пыль с бли­жай­шей и от­кры­ла на се­ре­дине, но про­честь не смог­ла. Толь­ко по­ня­ла, что на­пи­са­но на гре­че­ском.

– По­че­му все эти ве­щи тут? – спро­си­ла я, обо­ра­чи­ва­ясь к управ­ля­ю­ще­му.

В гру­ди по­лы­хал гнев. Тут и прав­да це­лое со­сто­я­ние, но неиз­вест­но, как дол­го здесь ле­жа­ли эти ве­щи и что из них те­перь удаст­ся спа­си. Но я не мо­гу про­сто взять и оста­вить их!

– Вы же са­ми ве­ле­ли все это за­пе­реть с глаз до­лой. Да­же кар­ти­ны, ко­то­рые рань­ше в го­сти­ных ви­се­ли, – за­та­ра­то­рил управ­ля­ю­щий.

– Я ве­ле­ла? – с на­жи­мом уточ­ни­ла я.

Управ­ля­ю­щий от­сту­пил на пол­ша­га, но уве­рен­но кив­нул. Врет? Или про­сто бо­ит­ся, что я его сей­час чем-ни­будь огрею?

– Не­ужто не помни­те, ба­ры­ня? – мас­ля­но улыб­нул­ся он.

– Не пом­ню, – трях­ну­ла го­ло­вой я, сно­ва по­во­ра­чи­ва­ясь к ве­щам и при­ки­ды­вая, как быть.

Здесь слиш­ком тем­но, что­бы с ни­ми во­зить­ся, нуж­но дру­гое по­ме­ще­ние. С боль­ши­ми ок­на­ми и про­стор­ное, ку­да по­ме­стит­ся стол, ин­стру­мен­ты для ре­став­ра­ции, книж­ные шка­фы и пол­ки для все­го это­го. Что-то, воз­мож­но, дей­стви­тель­но луч­ше про­дать, но я не хо­чу рас­ста­вать­ся со все­ми эти­ми ве­ща­ми. Да и не вы­ход это: всю жизнь на них все рав­но не про­жи­вешь, мне в лю­бом слу­чае по­на­до­бит­ся дру­гой ис­точ­ник за­ра­бот­ка. Но уве­ре­на, на него при­дет­ся ис­кать пер­во­на­чаль­ный ка­пи­тал. И остат­ки от­цов­ско­го на­след­ства вполне мо­гут им стать.

– Алек­сандра Кон­стан­ти­нов­на? – каш­ля­нул управ­ля­ю­щий.

Я не вздрог­ну­ла, но от зло­сти сжа­ла зу­бы. Не да­дут мне спо­кой­но по­ду­мать в этом до­ме, и при­дет­ся по­ка сми­рить­ся. Лад­но, по­том слуг на­му­штрую.

– Ко­гда при­дут но­вые ра­бот­ни­ки, вы­де­ли­те мне па­ру креп­ких пар­ней. Те, кто сей­час в усадь­бе, пусть по­ка за­ни­ма­ют­ся до­мом, но ко­гда по­явят­ся сво­бод­ные ру­ки, мне нуж­но бу­дет пе­ре­обу­стро­ить один из сво­бод­ных фли­ге­лей. Впро­чем, убор­ка все рав­но нуж­на во всех, – на­ча­ла рас­суж­дать я, но уже вслух.

На лест­ни­це по­слы­ша­лись ша­ги, мы с управ­ля­ю­щим вы­гля­ну­ли ту­да. И я чуть не за­ши­пе­ла от до­са­ды, уви­дев, что на чер­дак под­ни­ма­ет­ся Игорь.

– Шли бы вы… от­ды­хать, до­ро­гой. Уста­ли с до­ро­ги, на­вер­ное, – про­це­ди­ла я, ко­гда он встал на верх­нюю сту­пень.

– Как же я мо­гу от­ды­хать, ко­гда су­пру­га вся в за­бо­тах? – его улыб­ка, ад­ре­со­ван­ная мне, мог­ла бы быть неж­ной, ес­ли бы в тоне не зву­чал оче­вид­ный сар­казм.

Но