Месть пахнет кровью - Наталия Анатольевна Доманчук

Знаю, что сегодня мы будем обсуждать меня, а именно мое желание снова затянуть на своей шее аркан.

Да, кажется, я уже отошел от предательства Сони и снова готов нырнуть в семейную жизнь. Нет, предложение я еще не делал!

Если честно, то я Викторию еще даже к себе не приглашал. Встречались мы, в основном, у нее.

Вика очень отличается от Сони. На этот раз моя избранница и сама прекрасно зарабатывает, а не сидит дома и не изобретает планы, как отобрать у меня половину имущества. Такая — сама потребует брачный договор, и лучше все сразу решить на берегу, чем разбираться в шторм посреди моря.

Друзья приезжают к восьми, к тому времени моя домработница уже накрыла для нас стол в столовой, а я затопил баньку.

— Ну, что нового? — спрашивает Миша, растягиваясь на самой верхней полке.

Там жарит не по-детски, и мы с Ренатом все время удивляемся, как он так долго выдерживает.

— Ты тоже присядь, — указываю я на место рядом со мной Ренату.

Тот плюхается рядом, смеется и выдает:

— Видимо, новости такие, что нам всем лучше лечь!

Я молчу, но он продолжает:

— Наверное, жениться собрался?

Я его знаю два года, но он не перестает меня удивлять. У него не только острый ум, но и шикарная интуиция! Он считывает людей за секунду.

— Уже сделал предложение? — продолжает он бомбить вопросами.

— Нет. Но кольцо купил, — признаюсь я.

Ну, а чего тянуть. Мне уже действительно хочется, чтобы дома кто-то ждал. И детей хочется.

— Как зовут? Чем занимается? — спрашивает Миша.

— Финансовый аналитик. Зовут Виктория, — с гордостью отвечаю я.

— Виктории серьезные, напористые, их аналитический ум легко отделяет ложь и лесть от правды. Они тщательно планируют свою жизнь и не полагаются на случай, так что, если она с тобой, то поверь мне, это она выбрала тебя, а не ты ее, — ухмыляется Ренат.

Я вздыхаю:

— Умеешь ты испортить настроение.

— Да ладно, не бери в голову! — отмахивается он.

— Лучше познакомь нас, и тогда мы выдадим тебе полную картину будущего, — добавляет Миша.

— Ты Соню видел еще до того, как я на ней женился. И что? Почему не остановил? — не могу удержаться от упрека я.

— Э-э! Соню ты сам довел! — сразу же защищается Миша. — Она нормальная баба. Кстати, видел ее буквально на прошлой неделе — с каким-то мужиком в ресторане на Патриках.

— Очередной лох, который отстегнет ей с десяток лямов! — рычу я.

— Не похоже, что у него есть большие деньги, — отвечает Миша.

— Так ей и надо, — цежу сквозь зубы я.

Не могу я ее простить! Я ведь этот поддельный договор сделал всего лишь на всякий случай. Не собирался я его применять, если бы она нормально себя вела.

А она поступила подло! Кроме того, что оттяпала у меня половину только мной заработанного капитала, еще и на пятнадцать дней засадила в тюрьму. И я не знал, кончатся ли они, эти дни.

Ренат как-то сказал, что Соня достойна уважения: так идеально все спланировала и выполнила! Ну так давайте тогда дадим ей медаль и назовем ее: “За унижение мужа!”

Мне даже слышать это неприятно! Миша тоже спустя какое время чуть ли не восхищаться ею стал.

Я бы посмотрел, что они сказали, если бы посидели две недели в общей камере!

В общем, лучше бы я не начинал эти разговоры о бывшей! Весь вечер мне испортили мои друзья.

На следующий день я все же решаю не мешкать, не тянуть и звоню невесте с самого утра:

— Викуля, привет! Как ты смотришь на то, чтобы заглянуть в мое гнездышко сегодня и посмотреть, как живет старый холостяк?

— Я смотрю на это положительно, — коротко отвечает девушка.

— Отлично! Тогда я заеду за тобой к банку в шесть?

— Да, Федор, договорились!

Да, моя Вика не такая нежная и мягкая, как Соня, но как оказалась, бывшая-то и не была такой, а только играла роль!

Так что для девушки лучше быть честной и осторожной, чем казаться душкой и держать наготове нож, чтобы пырнуть им в спину!

Вечером я заезжаю за Викторией, и мы едем ко мне, в мою уже обжитую квартиру в Пожарском переулке.

Мы поднимаемся на последний этаж, заходим — и я вижу, что Вика улыбается.

— Нравится моя берлога? — довольный, усмехаюсь я.

— Тут явно хорошо поработал дизайнер, — отвечает она холодно.

Мы проходим из одной комнаты в другую, и в кабинете она останавливается перед картиной, которую мне подарила Соня.

Да, может, я действительно на всю голову отбитый, но я разместил её на видном месте в своем кабинете. Повесил для того, чтобы каждый день помнить, насколько коварны женщины и как сильно они умеют бить под дых.

— Эта картина явно появилась у тебя позже, — хмурится Вика.

— Можно узнать, почему ты пришла к этому умозаключению? — я улыбаюсь, чтобы не выдать свою злость.

— Она совершенно не вписывается в атмосферу твоей квартиры, — спокойно выдает Вика и подходит к ней ближе. — Это настоящая серьга?

Я киваю, сжимая пальцы в кулаки.

Надо было выкинуть эту картину на помойку в тот же день, когда мне ее принес курьер!

— А что значат эти цифры? — Вика подходит еще ближе и трогает их пальцем.

— Это дата смерти моей матери, — отвечаю я трагическим голосом.

Мама никогда не любила Соню и так и не приняла ее. Она считала, что жена меня недостойна. Хорошо, что она так и не узнала, что Соня не только не смогла родить мне ребенка, но и подло поступила со мной!

— Ой, прости, я не знала, — хмурится Вика. — Мне очень жаль.

Я продолжаю строить из себя мученика и предлагаю:

— Вернемся в гостиную?