Зомби из трущоб пускается во все тяжкие - Диана Роулэнд

Нет, готова! Я прямо здесь. Я слышу вас. Я вижу. Не надо.

• • •

Аквариумы выстроились вдоль всех моих кухонных столешниц. Из окна доносились крики чаек и мягкий шум прибоя. Мило и спокойно. Напевая под нос, я переходила от аквариума к аквариуму, подкармливая голодных рыбок. Картошку фри — синим. Попкорн — большим красным. Брюссельскую капусту — желтым рыбешкам, которые были похожи на моего папу. Куски мозга — голове Джадда, которая плавала в отдельном аквариуме сама по себе.

Я резко проснулась, тяжело дыша. Передо мной раскинулся пляж с великолепным закатом, набегающими волнами и пальмами. Никаких аквариумов. Никакого Джадда.

Сон. Просто дурацкий, кошмарный сон. Дыхание выровнялось, но по мере того, как я оглядывалась по сторонам, нарастало недоумение. Я полулежала в мягкой постели в комнате без окон. Экран системы создания атмосферного погружения занимал всю стену передо мной, а остальные были до потолка забиты книжными полками.

Должно быть, это одна из комнат доктора Никаса, но это не имело никакого смысла. Я пошевелила пальцами, а затем попыталась поднять руку, но конечность была задеревеневшей и наглухо замотанной в марлю. Смутный ужас пополз по венам. Я же должна быть мертва. Разве нет? Почему я ничего не помню?

Я попыталась сесть, но безуспешно. В дверь постучали, и в комнату вошел доктор Никас.

— Энджел?

Я облегченно обмякла:

— Что произошло? Я… жива.

— Самым наисерьезнейшим образом, — его лицо озарила искренняя улыбка. — Не пытайся двигаться. Завтра, пожалуй, попробуешь.

Он отодвинул бинты и сделал инъекцию где-то в районе ключицы. Я ожидала укола или жжения, но ощутила лишь короткую волну тепла.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил он.

— Будто могла бы проспать целый год.

Его глаза сощурились в теплой улыбке:

— Ты помнишь моё имя?

— Доктор Никас? Аристон Никас.

Промелькнувшее в его глазах облегчение подсказало мне, что, скорее всего, было время, когда я его не помнила. Колючее тепло разлилось вверх по шее и вниз по торсу, и затуманенные воспоминания начали просыпаться, словно расшевелённый костер.

— Погоди. Я была в баке Кэнга. — Дикий ужас прошил меня насквозь. — От меня оставалась одна голова? Сколько времени прошло? Я… отросла заново?

— Лекарство, которое я только что тебе ввел, поможет вернуть память. — Он присел на край кровати и взял меня за руку. — Сегодня всего лишь пятница. Три дня после Марди Гра.

Марди Гра. Тошнотворное ощущение того, как моя рука отрывается с мясом, судорожно пронеслось в мыслях.

— Я была в кусках. В куче осколков.

— Мы забрали твою голову и большую часть торса. «V12» заблокировал нормальную регенерацию. Но ты действительно отросла заново. — Он выдержал паузу. — Не без помощи.

— Улитковая слизь. — Я медленно кивнула. — Я помню теплую улитковую слизь. И электричество.

— Мы модифицировали процесс, чтобы внедрить вариацию той африканской мази, о которой тебе рассказал Аллен Прежан. Без неё твоё восстановление заняло бы долгие месяцы, а не считанные дни.

Дверь тихонько приоткрылась. В комнату, виляя хвостом, зашла Марла и уселась рядом с доктором Никасом. Один её вид вызвал лавину воспоминаний.

— Розарио! Что с ним? Вы его поймали?

— Он под замком, на седативных препаратах. Восстанавливается после операции на сломанных ребрах. — Доктор потянулся почесать собаку за ушами. — Марла ходит за мной хвостиком, когда не лежит у его постели.

И доктор Никас, судя по его умилительной улыбке в адрес Марлы, был совершенно не против компании. Внезапный зевок застал меня врасплох, и я изо всех сил боролась, чтобы не закрыть глаза.

— Розарио собирался слить всю инфу про «Сабертон». Разоблачить нас вместе с ними.

Он сжал мою ладонь:

— Ты остановила его, Энджел. Отличная работа.

— Чуть всё не просрала. — Я поморщилась. — План полетел к чертям, когда Розарио вырубил Медведя. Что его выдало?

— Розарио заметил твою остановку у «Медвежьей берлоги» и последующее исчезновение сигнала GPS-трекера. Когда Медведь подошел к нему на фестивале, он почуял засаду, но решил подыграть. Закрыв Марлу в клетке, он достал из машины Тайзер и припрятал в куртке. По пути к VIP-шатру он уложил Медведя, когда они проходили позади фур-рефрижераторов.

— Розарио должен был воспользоваться шансом и уйти чистым, но вместо этого он пошел за мной. — Злость закипела внутри. — Из-за Кристи. Эта манипулятивная…

Доктор Никас мягко оборвал мою готовую разразиться тираду:

— Тебе нужно поспать.

Он достал из кармана другой шприц. У него не было иглы, а внутри была жидкость, похожая на белый соус.

— Это что, для использования с зомби-портом?

— Он ведь давно был в твоем списке желаний, верно? — Он улыбнулся, снова приспустив марлю под моей ключицей, провернул шприц и ввел лекарство. — Это успокоительное, но вообще твой порт предназначен в первую очередь для автоматического дозирования «V13» — твоей новой замены «V12», которая не вызывает привыкания и не разрушает организм.

— Чертовски круто, — мои слова уже начали заплетаться. — Но еще вопросы. Ник?

Лицо доктора Никаса приняло болезненное выражение:

— Ответы станут намного понятнее после того, как ты отдохнешь. Спи, Энджел.

Поскольку я и так уже практически отключилась, я послушалась.