Дом Льда и Теней - Шеррилин Кеньон

— Не слишком ли многого я прошу, если в следующий раз, когда меня утащит под воду, ты не станешь бросаться следом, особенно учитывая, что плавать ты не умеешь?

— Возможно. Но ты забываешь, что я могу превратиться в рыбу.

Он цокнул языком.

— Учитывая, что ты была оружием своей матери, я ожидал, что ты окажешься бессердечной ко всем, кто попадает в беду.

— Разве про тебя нельзя сказать то же самое?

Со стороны именно так всё и выглядело.

Он был убийцей.

И всё же спас её — тогда как большинство существ его народа даже не посмотрели бы в её сторону.

— Я убиваю только апбасверов.

— А я убиваю только тех, кого действительно необходимо убить… независимо от приказов Миры.

Ярость вспыхнула в её глазах, когда она посмотрела на него.

И Заудин понял — она говорила искренне.

— Тогда мы с тобой похожи.

— Действительно.

За исключением одной маленькой детали.

В этой миссии она собиралась защищать того, кого он был одержим желанием убить.

«Это путешествие обещает быть весьма интересным».

Гизела наконец поняла, что пытался сказать ей Заудин. Апбасверы оказались совсем не такими, какими она их себе представляла.

На первый взгляд они выглядели искалеченными и пугающими — невыносимо уродливыми. У них были крылья, странные, невероятно вытянутые части тела, а кожа большинства была сплошь покрыта письменами, включая лысые головы и даже веки.

Все они были лысыми.

Даже женщины и дети.

— Они ещё делают татуировки во рту, — сказал Масакагэ, пока они медленно въезжали верхом в город.

Она вздрогнула, представив, насколько это должно быть больно.

— И всё это ради сохранения контрактов?

Он кивнул.

— Они настоящие бюрократы.

Да, именно такими они и были.

Но самым странным оказалось другое. Помимо своей броской внешности, они жили совершенно обычной жизнью. Сидели с друзьями, занимались делами, растили детей, создавали семьи.

Точно так же, как представители любых других рас, которых ей доводилось видеть.

При этом они выделялись даже сильнее, чем она среди троллей и огров. К тому же апбасверы были значительно выше ростом. У них практически не было возможности затеряться среди других народов.

Это стало ещё очевиднее, когда прохожие начали оборачиваться и провожать их взглядами, пока они направлялись к старой, обветшавшей конюшне.

По этим неприязненным взглядам Гизела сразу поняла: они знают, кто такой Заудин, и крайне недовольны его присутствием в городе.

От такой концентрированной ненависти волосы на её руках встали дыбом.

Она никогда не любила быть в центре внимания.

Особенно такого.

Когда они подъехали к конюшне в самом центре города, навстречу им вышел апбасвер.

В отличие от большинства остальных, его тело покрывало гораздо меньше надписей. Морщинистое лицо оставалось бесстрастным, а большая часть лысой головы была совершенно чистой.

— Ты всё ещё жив? — спросил он Заудина.

Тот холодно усмехнулся.

— Не от недостатка стараний.

— Могу себе представить.

Апбасвер перевёл взгляд на Гизелу и Масакагэ.

Несколько секунд он внимательно изучал их.

— Ты решил наконец подписать контракт с кем-нибудь, вместо того чтобы всех подряд уничтожать?

Заудин усмехнулся.

— Вряд ли. Они просто путешествуют со мной.

— С каких это пор ты вообще с кем-то путешествуешь?

Ухмылка Заудина стала откровенно зловещей.

— Поскольку я так и не нашёл способа от них избавиться, сколько бы над ними ни издевался, они почему-то не уходят.

Апбасвер рассмеялся и взял поводья её коня.

— Я Атгар, миледи. А вас как зовут?

— Гизела.

— Очень приятно познакомиться.

Затем он повернулся к Масакагэ.

— Вы кажетесь мне знакомым.

— Масакагэ из Тинмару. У меня много братьев и сестёр. Возможно, вы встречали кого-нибудь из них. Большинство из нас постоянно путешествует.

— Возможно.

Он завёл лошадей в конюшню, привязал их и начал снимать с них сёдла.

— Надолго вы здесь?

— Я ищу того, кто вёл дела с королевой Мирой.

Атгар поморщился.

— Это будет непросто. Она заключила контракты со многими из нас.

Разумеется.

С чего бы её матери облегчать кому-то жизнь?

— Это должен быть кто-то достаточно старый. Тот, кто был связан с ней ещё во времена сделки с ликордийцами.

Положив седло Масакагэ на перила, Атгар тихо присвистнул.

— Тогда начни с таверны. Там могут что-то знать. Но чтобы найти настолько старого апбасвера, потребуется время.

— Как и всегда.

Атгар снова рассмеялся.

— Верно. Хотя, пожалуй, мне стоит предупредить тебя ещё кое о чём.

— О чём?

— За твою голову назначена награда.

У Гизелы глаза полезли на лоб.

Однако эти слова ничуть не смутили Заудина.

— И что тут нового?

— Всё равно будь осторожен. Старшая стража должна прибыть с минуты на минуту. Они проводят очередную проверку.

— Старшая стража? — переспросила Гизела.

Заудин недовольно покосился на неё.

— Они патрулируют королевство и разыскивают тех, кому здесь не место.

— А если они найдут тебя?

— Сделают всё возможное, чтобы убить меня на месте.

Она медленно кивнула.

— Понятно. А нас это касается?

— Нет. Обычно иностранцев они просто сопровождают обратно к побережью и отправляют за пределы своих вод. Кроме того, ты здесь для того, чтобы защищать апбасвера, а он... — Заудин усмехнулся, покосившись на брата. — Как я уже говорил, просто плывёт по течению.

Он выдержал паузу.

— Как особенно назойливая язва во рту.

Гизеле пришлось подавить смешок, увидев обиженное выражение лица Масакагэ. Наверное, ей следовало ужаснуться, но замечание оказалось настолько неожиданным, что удержаться было трудно.

Атгар ничего не сказал, когда они покинули конюшню и направились по грунтовой улице к самому большому зданию в городе. Оно возвышалось над остальными постройками, превосходя их в четыре, а то и в пять раз.

— Почему таверна такая огромная? — спросила она.

— Именно здесь заключается большинство контрактов. Некоторых апбасверов можно призвать, как того, кого мы ищем. Несколько десятилетий назад он отправился в Ликордию, чтобы заключить контракт. Но большинство остаётся здесь. Поэтому, если кому-то нужен договор, приходится приходить к ним и составлять его на месте, чтобы они не рисковали, отправляясь в путешествие.

— Правда?

— В толпе себе подобных они чувствуют себя в безопасности. Им не нравится выходить в мир, где они выделяются и их легко узнать. Обычно это делает их удобной мишенью для тех, кто хочет разорвать заключённый контракт. Здесь