Месть и любовь травницы - Эмма Серсанд
Я говорила сбивчиво, с лёгким испугом в голосе, как наивная деревенская дурочка, которая не понимает всей сложности дворцовых интриг.
Я хлопала ресницами и смотрела на главную жену так, будто она была для меня самым важным человеком в мире.
— Я думала, что угожу вам, госпожа, — добавила я с надеждой в голосе. — Вы же хотели убедиться, что я не бесполезная, что могу приносить пользу дому. Вот я и принесла.
Главная жена долго смотрела на меня, пытаясь разглядеть ложь. Но я была слишком хорошей актрисой, в прошлой жизни меня обманывали столько лет, что я научилась обманывать в ответ.
Наконец, она отпустила мой подбородок и отошла к окну.
— Дурочка, — сказала она, и в голосе её послышалось облегчение. — Ты ведь правда не понимаешь, что сделала?
— Я вылечила госпожу Фан, — ответила я с искренней растерянностью. — Разве это плохо?
Главная жена усмехнулась, но в усмешке не было злости, только презрение ко мне.
— Иди, — махнула она рукой. — И в следующий раз, прежде чем кого-то лечить, сначала спроси меня.
— Как прикажете, госпожа, — я отвесила низкий поклон и, пятясь, выскользнула за дверь.
Когда я вышла в коридор, Сяо Мэй бросилась ко мне с перепуганным лицом.
— Госпожа, она ничего вам не сделала?
— Нет, — я покачала головой. — Главная госпожа мудра и добродетельна, разве станет она наказывать такую простую девушку как я?
Сяо Мэй облегченно кивнула и мы пошли обратно в наше Восточное крыло.
Я знала, что это не конец.
Главная жена теперь будет следить за мной, но она не будет бояться меня. А если не боится, значит недооценивает.
А недооценённый враг – это самый опасный враг.
Я смотрела вперёд и думала о том, что будет дальше.
Фан теперь на пике своей красоты, но надолго её не хватит.
Главная жена злится, но пока не видит во мне угрозы, злится она в основном на наложницу Фан. Господин Пэй доволен, потому что у него есть красивая наложница, которая снова радует его взгляд.
Всё шло по плану.
Оставалось только ждать.
Глава 29
Дни в поместье Пэй пока текли медленно и спокойно, но я не позволяла себе расслабляться.
Каждое утро начиналось с одного и того же ритуала: я вставала до рассвета, умывалась ледяной водой из колодца, приводила в порядок волосы и одевалась в самое скромное платье, какое у меня было.
Сяо Мэй спала на циновке у моей двери, свернувшись калачиком, и я старалась не шуметь, чтобы не разбудить её раньше времени.
Наши покои в Восточном крыле были просторнее прежней каморки, но роскошью здесь и не пахло. Глиняные стены, грубый деревянный пол, узкое окно, выходящее во внутренний сад с замшелыми камнями.
В углу стояла старая жаровня, на которой я грела воду для чая, и маленький столик, где я хранила свои самые простые травы и книги.
Жизнь наложницы низшего ранга была полна ограничений.
Я не имела права выходить за пределы женской половины без разрешения главной жены.
Не могла принимать гостей, особенно мужчин. Не могла носить яркую одежду или драгоценности — только скромные серые и синие халаты, которые выдавались всем младшим наложницам.
Даже мои волосы я должна была убирать в строгий пучок, без украшений и лент.
Но главной обязанностью каждой наложницы был утренний визит к главной жене. Ровно через час после рассвета все женщины гарема собирались в приёмной покоев госпожи Пэй, чтобы засвидетельствовать своё почтение.
Это был старый ритуал, и нарушать его не смела ни одна наложница.
Поэтому каждое утро я брала Сяо Мэй и шла через весь дом в главные покои.
Я вставала в очередь среди других наложниц, опускала глаза в пол и ждала, когда главная жена соизволит заметить меня.
Главная жена сидела в своём резном кресле, разодетая в пурпурные и золотые ткани, и медленно пила чай, пока наложницы одна за другой подходили к ней, кланялись и произносили традиционное приветствие.
Некоторые получали в ответ короткий кивок, другие только холодный взгляд. Мне же она уделяла не больше секунды, махала рукой и отворачивалась.
Я была для неё пустым местом, но я не жаловалась.
Тишина и незаметность были моими лучшими союзниками.
Первые несколько дней я посвятила тому, чтобы изучить распорядок дома.
Я запоминала, в какие часы слуги приносят воду, когда главная жена выходит в сад, когда господин Пэй обедает в своих покоях, а когда уезжает по делам.
Я знала все тропинки внутреннего двора, все задние калитки и потайные переходы, которыми пользовались служанки.
В прошлой жизни я не замечала много из этого, потому что была слишком наивна и доверчива. Теперь я видела всё.
Сяо Мэй быстро привыкла к новому порядку. Она прислуживала мне с утра до вечера, подавала воду, убирала комнату, ходила на кухню за едой и все равно считала, что эта жизнь намного легче, чем та, что была у нее до этого.
Я научила её немногому: никогда не смотреть в глаза старшим служанкам, всегда кланяться при встрече с главной женой и её приближёнными, не болтать с другими наложницами.
И ещё… не задавать лишних вопросов.
Ей было всего тринадцать, она была слишком юной, чтобы знать всё, что я делала по ночам.
— Госпожа, — прошептала она однажды вечером, когда я перебирала травы у жаровни. — Я сегодня слышала, как служанки говорили о вас.
— И что же они говорили? — спросила я, не поднимая глаз.
— Что вы тихая и незаметная. Что господин Пэй почти не