Дарующая нити - Тата Верная

Рисовала я долго, даже не смогла оторваться, чтобы перекусить. Пока Иван не отобрал бумагу с карандашом. Пригрозил, что не отдаст, если я не поем. Запихнула в себя быстренько всё, что принесли, и вернулась к своим облакам. Мне хотелось запечатлеть всё, что я видела в иллюминаторе: облака, город, крыло самолёта. Я бегала по салону в поисках удачной точки, Иван бегал за мной. Заснула я на диванчике, довольная и с хорошим настроением.

Проснулась в кровати, рядом с Иваном в непрозрачной ночной рубашке. Опять меня раздевали-переодевали, а я ничего не чувствовала! Разозлилась, а потом вспомнила, что заснула на диване в неудобной позе. Я нежно прикоснулась рукой к щеке Ивана, он что-то пробормотал во сне и потянулся ко мне.

— Спи, мой волк, — улыбнулась и поцеловала шрамы на его щеке. Интересно, где он их получил? Я о нём ничего не знала. Совсем ничего. И ведь даже не спрашивала.

Выпуталась из кольца его рук и выглянула в проход. Тут же появился Пётр, который и проводил меня в душ. Там я с грехом пополам отмыла лак с волос. Я рассматривала себя в зеркало и думала о том, что волосы у меня опять отрасли. Ну, конечно, я не стригла их под ёжик, но и отрасти за ночь до плеч, тоже кажется странным. Особенно это было заметно по отросшим светлым корням. Если с такой скоростью волосы будут продолжать расти, то через неделю, они будут по пояс. Кошмар!

Одеться тоже решила попроще. Покопалась в одном из чемоданов и достала лёгкий брючный костюм голубого цвета с белой отделкой.

— Марина Рудольфовна, — Руслан, заглянувший в спальню, замолчал и уставился на меня.

— Что-то случилось, Руслан? Если можно, пусть Иван ещё поспит. Устал, наверное.

— Вы очень красивая, Марина Рудольфовна, — и увидев моё удивление, кашлянул и добавил: — Через час посадка, так что пол часика ещё есть.

— Спасибо, Руслан. Через полчаса попросите принести нам кофе, пожалуйста.

— Обязательно! — и начальник охраны исчез за дверью.

Я забралась с ногами в кресло и увидела на столике рядом все мои рисунки. Их кто-то собрал и положил вместе с чистой бумагой и карандашом. Эти полчаса я посвятила карандашу и бумаге.

Когда принесли кофе с небольшими бутербродиками, я взяла кружку кофе и поднесла к носу Ивана.

— Просыпайся, соня, — помахала я кружкой с ароматным напитком, а на недовольное ворчание ответила поцелуем в щёку.

И еле успела увернуться от Ивана, чтобы не разлить кофе на него. Плохая была идея!

Когда Иван всё-таки поймал и поцеловал меня в шею, кофе я уже успела поставить на столик.

— От меня не убежишь! — услышала я шутливо-грозные слова Ивана и рассмеялась.

— Я и не собиралась, — а когда Иван поцелуями добрался до моих губ сказала: — только если напугаешь.

В ответ получила рычание и страстный поцелуй. Хотелось продолжения. Вот что со мной такое⁈

— Альфа Ирван, нужно пройти к креслам. Мы скоро начнём снижение.

— Почему ты не разбудила меня раньше? — услышала я ворчание Ивана, натягивающего на себя джинсы и футболку. Он был взъерошен и, естественно, не брит.

— И что бы это изменило? Ты встал бы недовольный и невыспавшийся…

— Я и так недовольный, — Иван продолжал ворчать, прижимая меня к себе за талию, — а так был бы не выспавшийся, но довольный. И девочка моя тоже была бы довольна.

Он зарылся губами в мои волосы и прошептал:

— Как только мы приедем, я запру тебя на неделю. Нет! На две — в бунгало и не выпущу оттуда, пока не останусь довольным я, и не сделаю довольной тебя!

Я хихикнула, представив, какие мы будем через две недели постельного марафона. Иван в ответ прорычал что-то нечленораздельное и повёл меня к креслам.

Кто же знал, что он выполнит своё обещание в самом прямом смысле? Но я не возражала. А потом моя волчица заскучала и попросилась развлечься.