Бросая вызов сумраку - Даниэль Л. Дженсен

— Правый борт! — крикнул Вокс. Он стоял, держась за спинку трона и в его голосе не было ни капли тревоги несмотря на то, что стракс, прыгнувший на платформу, был крупнее его самого.

Полыхнуло пламя, мощный удар которого отбросил стракси назад, и Лириен обдало обжигающим жаром. Глаза защипало, а кожу засаднило, но она не сводила глаз со стракси, который корчился и горел на обочине магистрали.

Каждый раз, глядя на тебя, я вижу лишь, как мои девочки сгорают заживо. Прозвучал в ее голове голос Вокса, и Лириен представила себе, как это выглядело тогда с парадной лестницы: целая площадь, залитая расплавленным камнем, и сотни кричащих людей, поглощаемых огнем. Кошмарное видение, и она не сомневалась, что оно преследовало его почти каждую ночь.

Удары крупных стракси по платформе прекратились, и Лириен увидела, как Вокс покинул трон и подошел к краю крыши. Пиромант направил свое копье вниз; пламя осветило обочину дороги. Абсолютно не заботясь о последствиях падения, Вокс перегнулся через край, и Лириен, не отдавая себе отчета, тоже потянулась к борту.

В луче света мелькали тонкие конечности и хитиновые панцири — стракси размером с кошек и собак мчались на запах человеческой крови, а следом за ними неслись еще более мелкие особи. Молодняк был мелким, но ядовитым. Действие их парализующего яда длилось недолго, но, чтобы сожрать человека заживо, рою мелких тварей требовалось не так уж много времени. По крайней мере, так она слышала.

Вокс кивнул пироманту, затем вернулся к трону и потянул за рычаг. По всей длине состава зазвенели колокола — не оромантия, а технологии старого мира, которые работали ничуть не хуже. Все, у кого был пирошокер или огнемет, направили оружие вниз, на магистраль.

В этот самый момент «Сумрачный охотник» сбросил скорость.

Во тьме скорость означала жизнь, и каждый инстинкт Лириен вопил: Быстрее! Мы должны ехать быстрее!

Вместо этого скорость платформы упала до скорости бегущего стракси, и те, чьим оружием был огонь, принялись за работу. Оба борта гигантского стального состава расцвели пламенем, и позади них остались две длинные полосы извивающегося красного и оранжевого огня, в котором горел молодняк.

Их чуть более крупные собратья воспользовались медленным темпом и набросились на машину. Большинство из них угодило прямо в огонь, а с остальными быстро расправились ветер аэромантов, паутина лиан Зинта и копья боевой команды.

Это была настоящая бойня, но при виде того, как человечество идет в наступление на стракси и побеждает, вместо страха Лириен захлестнула волна ликования.

Резко повернувшись к Воксу, она прокричала, перекрывая шум ветра и рев пламени:

— Почему ты не используешь свою магию? Огонь не достает далеко за пределы магистрали, а ты знаешь, что там их еще больше!

Король фералистов повернул голову, и в свете пламени за глазницами маски-черепа сверкнули его глаза.

— Солнце это единственное, чего стракси действительно боятся. Мы можем убивать их десятками разных способов, но, если они видят солнце, они тут же зарываются в землю. В данных обстоятельствах именно так мы сможем перебить их больше всего. Выше риск, но и весомее награда.

Перед мысленным взором Лириен всплыло воспоминание о том, как Генри отреагировал на Вокса: его жажда пожирать боролась с его страхом так, как она никогда прежде не видела. Король норы прекрасно знал, на что способен Вокс. Хотя Лириен была уверена, что Вокс получал некое удовольствие, используя ее в качестве приманки, все равно в этом было больше стратегии, чем злорадства.

— Стракси тебя знают.

— Босс, нам нужно прибавить ходу, если мы хотим добраться до новых территорий для нашей охоты сегодня ночью! — крикнул Зинт, и Вокс дернул другой рычаг на троне. Зазвенели колокола, и машинный отсек, на крыше которого они стояли, взревел: это Крэкджо подпитал гигантский пиродвигатель и мигнул фарами.

Они набрали скорость, а впереди ветром отозвалась Зедра; ее ветроход умчался на пару километров вперед, чтобы террамант, едущая с ней, могла выследить на дороге любые препятствия, способные замедлить продвижение «Сумрачного охотника».

Однако она справлялась с этим не так профессионально, как это сделала бы Лириен, потому что через мгновение машинный отсек подскочил на трещине в магистрали.

Ее ботинок соскользнул, и она качнулась в сторону. С ее губ сорвался судорожный вздох, но на ее запястье сомкнулась рука Вокса, и он рывком притянул ее к трону.

— Мог бы подумать о перилах и страховке, — пробормотала она. — Это небезопасно.

— Если все мои люди будут привязаны к своим местам во время боя, это унесет больше жизней, чем спасет, — ответил он, по-прежнему крепко сжимая ее руку. — Ищи баланс.

— Считай, что нашла.

Вокс отпустил ее, но она все еще чувствовала жар там, где его ладонь обхватывала запястье, кожу покалывало по мере того, как тепло угасало.

Вновь положив руки в перчатках на спинку трона, Вокс уставился вперед, на лучи света, освещавшие магистраль перед ними. Лириен подозревала, что они используют систему зеркал и пиропламя, как на «Страннике рассвета», но это казалось чем-то жалким, учитывая, на что на самом деле был способен Вокс. Наконец он произнес:

— Да, все старые стракси знают меня и избегают «Сумрачного охотника» как… ну, как солнца. Из-за этого мы не подвергаемся таким атакам, как другие риги, но также это мешает нам охотиться на них, приходится идти на больший риск.

Он махнул рукой назад.

— В тех отсеках спит дневная команда; они верят, что мы защитим их ночью точно так же, как мы доверяем им делать то, что нужно днем, чтобы все были сыты. Среди них мало воинов, но много детей. И это ограничивает рамки риска, на который мы можем пойти.

Ужасное раздвоение — рисковать именно тем, что пытаешься защитить.

— Даже если мы с тобой сойдем на следующей территории для охоты, разве они не узнают тебя? Генри узнал…

Платформа наехала на очередную трещину, и Лириен снова покачнулась,