Дарующая нити - Тата Верная

— Ты видишь? — спросила Вершительница.

Я кивнула. Элеонора уже сидела с открытыми глазами и наблюдала за мной.

— Скоро ты полностью овладеешь своим даром.

Она отпустила руку и видение пропало. Элеонора вздохнула и продолжила:

— Чтобы принять правильное решение ты должна знать: Носительницу дара и её Хранителя связывают особые нити истинности. Ты заметила серебристый кокон?

Я кивнула.

— У простых истинных такого нет. Так вот. На данном этапе я не вижу никого, равного по силе Ирвану, кто бы мог стать твоим истинным Хранителем.

— То есть?

— Не на кого перекидывать нити. Богиня выбирает в Хранители для своих одарённых дочерей только тех, кто имеет доступ к её энергии. Ирван один из них. Так же как и мой муж. Так же как и муж другой Вершительницы. И так далее. Сейчас больше таких нет. И я не вижу их в перспективе.

— Значит, я буду жить без Хранителя?

— Да. В таком случае назначается Проводник. Тот, кто…

— Марк рассказал мне, кто такой Проводник: механический пополнитель резервуара энергии.

— Можно и так сказать, — мягко сказала она.

Я сидела молча, раздумывая над словами Вершительницы.

— Значит, либо просто разорвать нити, или ждать, пока появиться потенциальный Хранитель? То есть, всё равно жить с Иваном?

— Не обязательно. Можно жить под защитой Совета. Но это скорее всего будет смертельно для вас обоих. Истинные в разлуке долго не выживают. А в нашем с тобой случае каждый день жизни вдалеке от своей пары — риск.

— Поэтому Иван здесь? — не знаю почему я вдруг задала этот вопрос. Его же могут наказать!

— Да, ему разрешили приехать в Петербург, чтобы его волк и твоя волчица не сошли с ума.

На душе резко потеплело. Значит, он рядом. Мой волк! Мой Иван.

— Но, если разорвать нити или перекинуть их на другую, ему будет легче?

— Не думаю. Разрыв нитей не гарантирует того, что связь не возобновится. Тем более ты не только его истинная пара. Он влюблён в тебя как в женщину.

Я задумалась. Мне очень хотелось вернуться к Ивану, но я боялась, что ситуация повторится. Опять бежать к Герману, чтобы переждать пока утихнет его ярость? И бегать всё время?

— В ближайшее время ритуал всё равно проводить нельзя, — слова Вершительницы заставили насторожиться.

— Почему?

— Потому что ты теперь не одна.

Хотела спросить, что это значит, но проследила за её взглядом и прикрыла живот рукой. Неужели? Тошнота, задержка… Всё то, что я приписывала последствиям стресса.

— И ты уже подарила своему ребёнку истинную пару. Нить, которую нельзя порвать.

Мы просидели молча ещё какое-то время. Глядя на облака, я вспоминала свой первый полёт на самолёте и игру с Иваном в облака.

— А теперь иди. Тебе придётся принять решение пока Совет не узнал о твоём состоянии. Иначе они примут решение за тебя. Я ничего не скажу им.

— Спасибо вам.

— Запиши мой телефон. Скоро мы будем тесно с тобой общаться. Тебе многому предстоит научиться.

В дверях я столкнулась с Аркадием, который уже спешил к Элеоноре.

— Сегодня больше приёма не будет. Я устала, — услышала я прежде, чем дверь закрылась. Часы в комнате показывали половину шестого. В холле меня ждал охранник, который проводил меня вниз к Марку. Я шла за ним, опустив голову. Вдруг волчица взвилась на дыбы и радостно заурчала. Повернув голову, я увидела Ивана. Он смотрел на меня, и, если бы я только дала знак… Но я опустила голову и села в машину. Волчица ринулась, но я удержала её.

Пока ехала домой, решила, что нужно точно понять, что со мной. А для этого мне надо как-то попасть к врачу так, чтобы Совет об этом не узнал. В свою закрытую клинику обращаться нельзя: сразу же сольют информацию.