Племянница из провинции - Дина Зарубина

Мар Абеши там обжился, регулярно слал мне весточки и экспертиментировал пока с домашними цветами. Зимой работать на участке смысла не было. Чтобы он не заскучал, выписала журналы «Живая природа», «Вестник натуралиста» и «Натуральная трансфигурация». «Энергия и исцеление» оказалось жутко дорогим изданием, я лучше привезу материалы по артефакторике, потому что Мар Абеши в ней неплохо разбирался и широко пользовался.

Магистр Ямбир получил огромный заказ на переговорники, и сидел в мастерской сутками. Я очень хорошо все организовала: разбила работу на этапы, к каждому подготовила нужные инструменты и материалы, а что попроще, собирала сама. Навострилась уже.

Несколько раз забегали Ирма и Салли, позвать меня гулять или на ярмарку. Дело кончилось тем, что профессор привлек их к работе. Они же бытовички! Значит, дисциплинированные и аккуратные! А направленность магии не имела в этих артефактах никакого значения.

Даэнир не напоминал о себе, и Камилло не появлялся на нашей улице. Это было неприятно. Но я же сама хотела, чтоб от меня все отстали с замужеством! Но я часто думала о Даэнире. Непозволительно часто.

Вспоминала, какой он красивый, когда спит. Как от него пахнет мхом и полынью. Глаза у него, как зеленые турмалины, которые я часто нанизываю. В общем, травила себе душу по полной программе. А Даэнир еще и снился мне. Даэнир вел себя в этих снах просто возмутительно! Он то целовал меня, нагло и захватнически, то раздевал, то вел в танце, но почему-то совершенно голую. После этих снов просыпалась задыхающаяся, потная и с сердцебиением.

Я разговаривала с собой. Объясняла, что Даэнир не из тех, кто будет хранить верность или хотя бы вспоминать о таком маленьком досадном эпизоде, как наша короткая и неудачная семейная жизнь. Три месяца и две ночи. И вообще, кто сказал, что она неудачная? Очень удачная, потому что без последствий. Девушки расплачиваются за минуту слабости намного серьезнее. Если бы мы стали близки, у меня мог бы случиться ребенок.

Ребенок от Даэнира… от этой мысли начинало болеть сердце, я сердилась на себя еще больше. У нашей дочери наверняка волосы были бы черные, а глаза пусть возьмет от меня, голубые. Говорят, сделать и пожалеть лучше, чем не сделать и пожалеть. Но как же быть с другой пословицей, что только дураки учатся на своих ошибках?

Я вела себя очень разумно и осторожно, только вместо привычного удовлетворения эта мысль вызывала изжогу и ощущение безвозвратно утерянного счастья. Чего-то я не продумала, не предусмотрела. Не учла, и это беспокоило меня. Я даже завтракать не могла, провертевшись полночи, часто ограничивалась только кофе утром. Очень похудела.

Какие дети? О чем я думаю? Я еще не встала на ноги, у меня отложена тысяча далеров наградных, но две тысячи намного лучше. Или пять.

Руки привычно сплетали проволочки и нанизывали бусины, а на сердце было тяжко.

– Если бы я не знала, что у тебя никого нет, я бы сказала, что ты влюбилась. – Сказала Солейн. – Все признаки налицо! Молчит, вздыхает, сохнет.

Я только фыркнула.

– Скорее Фил сделает тебе предложение, чем Дженни влюбится, – ответила ей Ирма.

– Почему бы Филу не сделать мне предложение? – Обиделась Салли.

– Баронету? Он не женится на простолюдинке, будь у тебя хоть самый высокий уровень магии! А Дженни все взвесит, рассчитает, потом скажет «да». Ни разу не слышала, чтоб ей приглянулся хоть какой-нибудь парень! Реми уже и надеяться перестал.

– Он просто мне не нравится, – вздохнула я. – И потом, я дворянка, а он получит личное дворянство только после того, как закончит образование и получит диплом.

– Вот и я так говорю! У Дженни часы вместо сердца!

Услышать такое было очень обидно.

– Ирма, ты злая! Если тебя бросил Лео, так Дженни тут не при чем!

На глазах Ирмы выступили слезы.

– Ирма, прости! – спохватилась Салли. – Ну давайте, когда доделаем, съездим куда-нибудь погулять?

– В Аранманай! – вырвалось у меня. Там можно встретить Даэнира, он в столице, в газете писали. – Дворец очень красив зимой…

– Хвост морозить? Нет, давайте уж тогда в театр сходим.

А я наклонилась ниже над работой, чтоб никто не заметил моих краснеющих щек. Девчонки меня задразнят, если поймут, о ком я думаю. Да и с чего я решила, что он там? У него городской дом есть, на Ракитной. Номер я не помнила, но несколько раз там проходила, глядя на старинные особняки и новомодные виллы. Присматриваясь и определяя, в каком из них мог бы жить Даэнир. Дура, в общем. Голова витала в тумане, а ноги сами шли туда.

Все кончается, и с заказом общими усилиями мы справились.

Магистр заявил, что он не двужильный и теперь он собирается отдохнуть пару недель в Варнбаде.

Девчонки успешно сдали первую сессию и собрались на зимние каникулы по домам. А я тогда поеду в свое поместье.

Мы все очень неплохо заработали, у меня появилось отличное зимнее пальто, отороченное каракулем и теплые сапоги. Впервые я располагала свободными деньгами, смогла купить подарки донне Розе, Ливии и Лу к Перелому года, и приятные мелочи для подружек.

Я купила все, что требовалось Мар Абеши и что нельзя было заказать в Аноа-Коэсе. Маг готовился к весне, сидел над теоретическими выкладками. Ничего, отметим Перелом года вдвоем, у горящего камина. Я сварю грог и испеку шарлотку.

Прошлые годы я провела в монастыре. А там праздники не отличались от будней. Ранний подъем, молитва, служба, скудный завтрак, праздничная служба, обед. Тоска зеленая. Зато теперь могу все устроить по своему вкусу. Приятно все-таки быть хозяйкой и землевладелицей.

На улице сыпал легкий снежок, покрывая улицы столицы белым нарядным покрывалом. Профессор уехал ранним утром, экспресс отходил в полдень, у меня было время толково сложить багаж и попить чай.

Я залезла в коляску извозчика и помахала рукой вышедшим на крыльцо Лу и Ливии. Сунула руки в рукава и задумалась.

Пришла в себя, когда копыта застучали по мосту. Какой еще мост?

– Эй! Мне на вокзал надо! Куда ты меня завез? Уснул, что ли?

Вместо ответа возница только подхлестнул лошадь. Это что, похищение? Я так удивилась, что