Пепельный лёд: тени прошлого - Паулина Александровская

Стройный, русые волосы, короткие, небрежные, овальное лицо с выразительными скулами, серые глаза. В белых брюках и черной рубашке. Он стоял и приобнимал за талию, невысокую, хрупкую женщину с русыми волосами и голубые глазами с миловидными чертами лица.

Нет. Не надо... Не надо... И вы тут?

Значит дело серьёзное...

Я огляделась. А где же?..

— Это тебе от нас. Общий подарок. — промямлил Стёпа, протягивая светлый пакет, отцу.

— Благодарю...-кивнул Виктор Павлович сдержанно, забрав из рук сына вещь- сын.

Слово "сын" он специально выделил.

Ну да. Тут ведь я. Просто так. Никто. Пустой звук.

Ладно, ладно, мне все равно. Все равно.

— Ну, здравствуй, Вероника. Рады тебя видеть, — Наталья Владимировна обняла меня. — Степа у нас молчун сегодня, совсем не рассказывает, как у вас дела. Как подготовка к Олимпиаде?

— Всё хорошо, Наталья Владимировна, — ответила я, стараясь улыбаться. — Тренируемся усердно. Надеемся на лучшее.

Виктор Павлович внимательно посмотрел на меня:

— Верно. Все правильно. Вы надежда России как никак.

Станислав Александрович лучший друг Виктора кивнул:

— Согласен с Виктором... Ты не должна нас подвести.

Я? А как же Стёпа? Мы ведь команда как никак. И все зависит от нас вместе. Разве нет?

Я тихо вздохнула и улыбнувшись отвела взгляд:

— Ну, это, да. Мы знаем, что от нас ждут, и надеемся оправдать эти ожидания.

Вдруг за спиной послышался низкий приятный женский голос:

— Верника! Как я рада тебя видеть!

Я развернулась.

Стефания Севемрская — рост выше среднего, стройная, с длинными ногами. Лицо овальное с мягкими чертами, янтарные глаза, светло- каштановые, густые волосы, высокий прямой лоб и нос, светлая чистая кожа, губы естественные ярко алые,

Одетая в свето- бежевый пиджак оверсайз, под низ белая майка, брюки со стрелками, с ремнём на талии подчёркивающие длинные ноги.

Она была бывшая партнёрша Степы. Вместе они катались за США, и их хотели поженить.

Но ни она, ни Стёпа не испытывали к друг другу симпатии. Скорее наоборот.

Сейчас она жила и работала в США тренером хореографом. Мы когда- то общались, но сейчас практически нет.

А вообще у этой семейки Степана все очень запутано.

Они хотели быть многодетным, но обстоятельства не позволили.

Поэтому у них был единственный сын, на которого была вся надежда. Семья у него была такая, где царил жесткий патриархат, что усугубляло всю ситуацию. Отец бывший хоккеист, который сейчас работал директором клуба. Мать бывшая фигуристка, выступавшая со Станиславом в паре, сидела дома после завершения карьеры.

Степан же стремился к свободе.

И однажды он пошел по своим правилам. А после… Все пошло не по сценарию, и привычный мир его отца рухнул.

Захватив и наш со Степой, что мы до сих пор барахтаемся в обломках. Стефания же вообще топила за независимость и жила одна.

Я уже расслаблено улыбнулась и обратилась к девушке:

— Вот ты где. Я думала ты не придешь.

Стефания подхватила меня под руку и отвела в сторону. И тихо проговорила:

— Честно, я бы сама осталась дома, но ты понимаешь мою ситуацию да. Поэтому пришлось тащится

Я кивнула:

— А вы когда приехали?

— Вчера днём. А тебе Стёпка ничего не говорил?

Я покачала головой.

— Нет. — потом мой голос дрогнул-он даже не сказал, что будет столько народу. Сказал, что будут только родители.

— Серьезно? — удивилась Стефания.

Я снова кивнула.

— Жесть- выдохнула она.

Потом кинула взгляд в его сторону, где он стоял и разговаривал о чем- то с отцом.

— Не обращай на него внимания, он всегда был дебил, что тут скрывать.

Я вздохнула.

Как же хочется домой свалить. Просто домой. Терпеть не могу всякие застолья и такие праздники. Особенно когда я в виде врага.

Стефания заметила мой расстроенный взгляд и спросила:

— Все хорошо?

— Честно нет. Хочу свалить от сюда- тихо шепнула я.

Стефания сжала мою ладонь:

— Не нервничай так. Посидим тут часик, потом вместе свалим.

Я закивала.

Надеемся. А то я тут долго не выдержу.

Когда мы сели за стол, я внимательно посмотрела на Степана и попыталась поймать его взгляд,

Ну почему ты так сказал? Почему не мог сказать правды? Ты бы подумал я бы отказался идти, да? Но врать ведь тоже не лучше?

Но Стёпа отвернулся и уставился в свою тарелку с каким-то отчаянным видом.

Как ты мог? Зачем ты врал?

Я оторвалась от него и подняла взгляд.

Не может быть…

Дыхание перехватило, сердце забилось часто-часто. Неужели это вы?

У соседнего столика стояли двое.

Те самые. Кто в прошлом доставил мне немало проблем.

Вы будто получали удовольствие от моих страданий. А теперь стоите тут, попиваете шампанское и смеетесь, как будто ничего и не было...

Ева Покровская — высокая, примерно сто восемьдесят сантиметров, стройная с узкой талией,

Прямые длинные черные волосы до талии с ровным пробором и прямыми срезом, темно — карие глаза, яркие, четко выразительные скулы, губы алые средней полноты, на лице безупречный макияж.

Одетая в черное, длинное, вечернее платье.

Она стояла ко мне полубоком с бокалом в руке и над чем — то негромко хохотала рядом с таким же высоким парнем с безупречной осанкой.

Изящный, стройный, овальное лицо с заострённым подбородком, кожа гладкая тронутая легким загаром, выразительные глаза темно — карие, волосы русые с причёской канадка. Нос, прямой, средней длины, гармонично сочетается с остальными чертами лица. Губы средней полноты, с четким контуром.

Брови густые, но не сросшиеся, немного изогнутые, ухоженные, модная короткая щетина.

В черных брюках со стрелками, с золотым ремнём, чёрная водолазка с закатанными рукавами, на тонких пальцах с ухоженными ногтями несколько колец, на одной руке серебряные часы, на другой цепочка серебряная.

Брюнетка немного загораживала его, но все же еще немного, и он бы меня заметил, так как нас разделяло совсем небольшое расстояние, к тому же он был прям передо мной.

Антон и Ева.

Те самые люди, чьи имена я поклялась вычеркнуть из своей жизни.

Особенно тебя… Антон. Степан говорил, вы давно не друзья. Но вон же ты стоишь, важный такой, в дорогих стильных вещах.

Когда-то нас связывала дружба… по крайней мере, я в это верила… Теперь я спрашиваю себя, существовала ли эта связь на самом деле. Была ли я слепа? Потому что настоящие друзья… никогда бы не стали угрозой, верно?

Вдруг Антон поймал мой взгляд, и я вздрогнула. На его лице мелькнула какая — то растерянность он перестал смеется. Но, потом сменилась хищной улыбкой. Он что — то негромко сказал Еве. Та медленно