Тренер Гильдии Фамильяров 8 - Сергей Харченко

Выждав идеальную паузу, я неспешно вышел из-за кустарника, преграждая им путь.

Искорка на моём плече одобрительно шипела, выпуская колечки дыма, словно тихо посмеиваясь над участью малолетних садистов.

Живчик сразу же сделал вид, что он тут совершенно ни при чём, уселся у моих ног и принялся невинно вилять хвостом.

Нацепив на лицо маску строгого наставника, я подошёл к подросткам.

— Добрый вечер, юноши, — произнёс я ровным ледяным тоном. — Я новый куратор этого питомника. Смотрю, вы на практике. Так сказать с полным погружением изучаете теорию эфирных выбросов питомцев.

— Он пустой! — выкрикнул Колян, испуганно тараща глаза в сторону утконоса.

— Получается, что нет, — ухмыльнулся я в ответ. — Вы же знаете, что нехорошо издеваться над животными. Они ведь могут и ответить, если прижать их к стенке. Вот как сейчас.

Подростки были испуганы прилично. Конечно же я понимал, что это их научит уму разуму. Но даже не предполагал, что настолько. Они не стали со мной спорить. Их взял в оборот щуплый экскурсовод, который успел добраться к нам вместе с остальными школьниками.

— Алло, отец! — истерично зарыдал в свой смартфон Колян, размазывая кровь по лицу. — Нас чуть не убил бешеный мутант! Да, прямо в питомнике, на ровном месте! Конечно! Я пострадал, очень сильно… Забери меня отсюда!

Я лишь усмехнулся на его слова. Если бы этот зверёк был в тонусе, он бы замедлил его, а затем вдавил в землю так, что ему бы это наказание показалось цветочками.

Толпа с пострадавшими испуганными садистами покинула аква-зону, а я подошёл к утконосу. Опустился перед ним на одно колено, аккуратно отвязал верёвку от его лапки. На коже зверька остался глубокий красный след от тугого узла.

— Ну что, дружок, ты неплохо справился со злодеями, — ухмыльнулся я. — Так держать. Как ты себя чувствуешь?

— Клац! Клац! — утконос ответил несколькими щелчками клюва. Довольно вяло, но с лёгким радостным оттенком.

Я бережно взял измученного эндемика на руки.

Существо дрожало всем телом, хотя не пыталось вырваться. Крепко вцепилось перепончатыми лапками в мою куртку, посмотрело на меня снизу вверх. В маленьких чёрных глазках утконоса я прочёл искреннюю и безграничную благодарность за своё спасение, а также наказание подростков.

Живчик подскочил, дотянулся, лизнул его мордочку, отчего утконос забавно фыркнул. Искорка ткнулась мордочкой в его свисающую заднюю лапку.

Надо считать показатели. Навёл я на питомца смарт-браслет.

[Вид: Пятнистый утконос — Класс: Пет.

Ядро: Уровень 2.

Сила: 2 — Ловкость: 7 | Живучесть: 10 — Энергия: 1.

Состояние Ядра: очаговая нестабильность, истощение.

Уровень стресса: 45 %].

В целом уровень стресса не такой уж высокий, как я боялся. Жить будет.

И браслет Коляна не врал. Утконос действительно был практически пуст.

Но благодаря этому внезапно подстроенному мной «возмездию» и сбросу адреналина, его слабые эфирные узлы всё же сгенерировали несколько крупиц энергии. Глаза зверька слегка поблёскивали, они уже не были такими мутными и тусклыми, как пару минут назад. А это означало, что он восстановится, и уровень стресса снизится ещё примерно на двадцать процентов.

К тому же низкий уровень энергии меня вообще не смущал. В отличие от остальных питомцев, у пятнистых утконосов самая важная характеристика это энергия. Они способны восстанавливать её в ущерб остальным характеристикам, самостоятельно. А под стрессом этот показатель уменьшается, очко талантов рандомно отправляется в другую характеристику. Так что восстановится, и энергия повысится. А я прослежу за этим.

Громкие вопли трёх испуганных подростков и гомон остальных школьников не остались незамеченными. К месту происшествия у Аква-зоны спешно стягивалась вся административная верхушка «Фамландии».

Первой примчалась Елена Прокофьевна. Заведующая, растеряв весь свой приторный лоск, бегала вокруг хнычущих подростков и кудахтала словно квочка, в отчаянии хватаясь руками за свою монументальную, забетонированную лаком причёску. Затем подошла ко мне и замершему Верещагину, который потерял дар речи.

— Боже мой! Боже ж ты мой! Что вы наделали⁈ Как это произошло⁈ — причитала она, обращаясь к нам. И с ужасом посматривала в сторону пострадавших подростков, а точнее на ободранное лицо Коляна, оглушённого Саню и промокшего до нитки оператора. — Всё пропало! Мы погибли! Нас же… — она исказила лицо, прошипела, — нас же скоро сровняют с навозом! Завтра же всё снесут, вместе со всеми этими питомцами!

— Всё произошло так, как произошло. Хорошо ещё, что я успел подойти, — произнёс я.

Заведующая дёрнула причёской-башней, резко развернулась ко мне, её лицо пошло красными пятнами.

— Артур! Вы же новый куратор! Вы должны были следить за безопасностью! Как вы могли допустить такое⁈ Почему утконос напал на детей⁈

Я сохранял абсолютное спокойствие, поглаживая дрожащего зверька на руках.

— Елена Прокофьевна, животное просто не выдержало издевательств, — ровным тоном ответил я. — Подростки привязали к его лапе тяжёлый мешок, глушили вон той сиреной. Вот у него и сработал инстинкт самосохранения.

— Что это значит? Можете выражаться яснее? — зыркнула она на меня, довольно злобно и многообещающе.

— Точнее? — вздохнул я, будто я объяснял ей прописные истины. — Мощный эфирный выброс. На фоне запредельного стресса. Я же говорю. Им ещё крупно повезло, что я вовремя оказался рядом. Успел вмешаться. Иначе последствия для ваших вип-клиентов могли быть куда серьёзнее.

— Да, я тоже всё видел, Елена Прокофьна, — дохнул на неё колбасой Верещагин. — Вы будто не знаете, как эти детки обращаются с питомцами. Утконоса просто достали.

— Почему вы его не остановили? — процедила заведующая, нахохлившись.

На место инцидента в этот момент прибыл запыхавшийся Петруха. Научный сотрудник нервно поправлял сползающие на нос очки, его руки откровенно тряслись, как при болезни Паркинсона.

— Ох-хо-хо… Я издалека не рассмотрел… — забормотал Петруха, в панике озираясь по сторонам и разглядывая пострадавших подростков, которых уже облепила прислуга. Там уже и фамтех с аптечкой и ассистентом, и ещё высокая худая женщина, вроде психолог, и два уборщика со сменной одеждой.

— Но… коллега Артур… то, что вы говорите — это антинаучный бред! — продолжал Петруха. — Пятнистый утконос не