Никто не узнает - Юлия Амусина

— Ты изменяла голос…

— Кто мог запретить мне это делать?

— А угрозы? — меня передергивает.

— Какие? — невинно улыбается Лина. — Выбросить в интернет фотографии, которые я сама же сделала?

— Не забывай о содержании этих фотографий.

— О-о… — насмешливо тянет Акулина, глядя на меня поблескивающими глазами. — Это уже стоит переадресовать тебе, начинающая порно-актриса. Давай смотреть правде в глаза. У вас на меня ничего нет и обвинить меня ни в чем не удастся. А если вы попробуете… — она делает красноречивую паузу. — Нел, в самом деле, это смешно. Мои родственнички никогда не позволят, чтобы наша фамилия попала в криминальные сводки. Да, мне придется вынести уйму очень неприятных моментов, если им станет обо всем известно. Но это ничего не изменит. В самом паршивом случае мои предки договорятся с твоим отцом. Деловые люди умеют понимать друг друга даже в самых патовых ситуациях.

Я смотрю на нее, не мигая, не в силах вымолвить ни слова в ответ на эту тираду. Моя подруга. Мой враг. Телефонный аноним, благодаря которому я едва не спятила от постоянного нервного перенапряжения. Сергей отрывает взгляд от телефона Акулины и задает ей вопрос:

— Ты не боялась, что Нелли обратится к кому-то за помощью, и тебя раскроют?

— Нет, — со смешком отмахивается она. — Я хорошо знаю эту трусливую курицу. Она бы молчала до последнего, но никому ничего не сказала. Она даже со мной не поделилась, хотя я не раз спрашивала ее о том, как у нее дела, все ли в порядке. Я проявляла участие, а она предсказуемо отмалчивалась. Так что нет, мне нечего было бояться.

— Какая же ты дрянь, — качаю головой.

— И ты, моя дорогая, — подмигивает Акулина. — Мы стоим друг друга, недаром же столько лет дружим. Подумай, Нель, должна ли моя невинная шутка разрушить нашу крепкую дружбу?

— Ты не можешь быть настолько тупой, чтобы так сильно заблуждаться, — бросаю я, глядя на нее, мою любимую подружку и скрытого врага в одном лице уже совсем другими глазами.

— Давай просто забудем эту историю, — предлагает Акула. — Ты простишь меня за нее, я подчистую удалю все мои файлы. И все будет, как прежде. Мы с тобой отличная команда, Нел…

— Она могла сбросить материал куда угодно, — обращаюсь к Сергею, отворачиваясь от Акулины. — На компьютер, другой телефон, флешку…

— Только если у нее совсем нет мозгов, — парирует тот.

— Я ничего никуда не сбрасывала, Нелечка, — тонко смеется Лина.

— На… ноутбук, — внезапно говорит все это время молчащий Стасон и, поймав на себе цепкий взгляд сестры, неловко оправдывается. — Да хватит, Лин. Просто удали все это дерьмо, зачем тебе оно нужно? Ты все равно ничего не сможешь с ним сделать, — Стас поднимается и сам идет к ноутбуку, включая его. Акула с багровым от злости лицом смотрит на своего брата, прожигая глазами его спину.

— Спасибо, Стас, — искренне говорю я.

— Я ничего не знал. До того, как Руся вычислил этот номер, — Стас вводит пароль на ноутбуке. — Но я не мог ничего тебе рассказать…

— Да хватит перед ней оправдываться! — грубо одергивает его Акула, уже с большим трудом сохраняя былую невозмутимость.

— Лин, это подло. Ты же сама понимаешь, — отвечает он ей.

Сергей подходит к Стасу, вместе они начинают просматривать файлы на ноутбуке.

Я бросаю взгляд в ту сторону и, убедившись в их отвлеченности, буквально заставляю себя приблизиться к Акулине и сесть рядом с ней. Она смотрит на меня с немым вопросом в глазах, явно теряясь в догадках, почему я это делаю.

— Фотографии в моем подъезде, — тихо, так, чтобы услышала только она, говорю я. — Почему?

На ее губах появляется хорошо знакомая мне улыбка человека, сознающего реальную цену своим действиям.

— Не хочешь попробовать догадаться?

— Потому что Марк взял трубку вместо меня, — киваю. — Ты разозлилась, услышав его голос. Поняла, что эту ночь мы снова проводим вместе, и решила как следует на мне отыграться.

— Идиотка, — почти любовно произносит Акула, глядя на меня с жалостью.

— Нет? Тогда… тогда почему?

— Больше не будет идей? — ее улыбка становится еще шире.

— Скажи, черт бы тебя побрал.

Вместо ответа она манит меня к себе пальцем, призывая подсесть ближе, и я делаю это, ощущая, как напряжение внутри меня достигает своего пика.

Акулина подается ко мне, легким движением убирает за ухо мои волосы и тихо шепчет мне то, от чего я цепенею, мотаю головой и, чувствуя, как меня прошибает леденящим кровь холодом, закрываю лицо руками.

Все так просто, все так до нелепого просто, что теперь я не могу понять, как не замечала этого раньше, насколько была слепа, позволяя всем вокруг водить себя за нос, и в то же время считая себя умнее всех остальных. Я лгала, но и мне тоже лгали. Тонко, почти филигранно, сквозь крупицы правды просеивая тонны отборной лжи. А я не понимала.

Но теперь все изменится. Я наконец-то раскрыла глаза и смогла увидеть то, что все это время было от меня скрыто. Я поняла, как ничтожна моя жизнь и ее составляющие, пусть даже за осознание мне пришлось заплатить сполна, хлебнуть порядочно грязи, пропустить ее сквозь себя и там, за разводами, увидеть истину во всем ее уродстве.

Быть может, это того стоит. Так и должно было случиться, невозможно пребывать в неведении постоянно, когда-то розовые очки обязательно должны разбиться на сотни бесполезных осколков.

Я возвращаюсь в дом и в холле неожиданно сталкиваюсь с Сергеем.

Смотрю на него усталыми глазами и ловлю отвратительную жалость в его ответном взгляде. Да, ему пришлось узнать обо мне кое-что довольно паршивое, и теперь это всегда будет стоять между нами всякий раз, когда нам выпадет очередная случайная встреча. Но меня совсем не волнует Сергей и мой пошатнувшийся облик в его глазах. То, что мне только предстоит сделать, гораздо важнее. И я готова… или мне кажется, что готова сделать последний, решающий шаг к тому, чтобы завершить эту грязную историю об угрозах, предательстве и фальшивой любви.

Я поднимаюсь наверх, в свою комнату, сажусь напротив зеркала и механическими