Делай свой ход, королева - Анна Рейнс

Я могу лишь краем глаза наблюдать, как Ксандр наседает на Лестера, занося над ним меч. Как Эйден продолжает биться с Дэмианом, орудуя секирой так, словно она стала продолжением его руки. Как аэлорские стражи отдают свои жизни, пытаясь остановить красноглазых марионеток.

Как Эмили медленно поднимается к нам, сжимая в руках меч. Ее платье испачкано в чужой крови, губы плотно сжаты, а в голубых глазах горит какой-то огонь. Она смотрит так, словно я — причина всего, что здесь сейчас происходит. Словно я — ее главный враг.

– ЛЕСТЕР! – Орет Иви, бросаясь через весь зал туда, где меч старшего принца пронзил брата. Я перевожу взгляд на эту идиотку, что летит прямо под градом камней навстречу своей смерти. Окутываю своей тьмой, притягивая ближе.

Пол залит черной кровью Дэмиана. На его лице больше нет насмешки, лишь холодная сосредоточенность. Какая бы сила ни была в нем заточена, это тело, скорее всего, смертное, и у него есть свой предел.

– Убирайся отсюда, Иви! – Кричит Ксандр своей сестре. Сам он направляется к Эйдену, сжимая в руке сломанный меч. Он —

его последняя преграда на пути к трону Аэлории, и сдаваться он уже не намерен.

Мои силы стремительно заканчиваются: я чувствую слабость в конечностях и головокружение. Время начинает постепенно ускоряться – я больше не в силах его удерживать.

– Сзади! – Предупреждающе кричу я мужу, слыша шаги уже за собственной спиной.

Эмили бросается на меня почти сразу — подло, неумело и слишком медленно. Очень вовремя, потому что она мне как раз и была нужна. Я уклоняюсь и оказываюсь сзади, прижимая к ее шее кинжал. Крепко держу ее за волосы, не давая увернуться.

– Ксандр! Только посмей, и я перережу ей глотку! – Ору я изо всех сил, привлекая внимание старшего принца. Тот оборачивается, смотрит на свою любимую в моих руках. В его глазах пылает ледяная ненависть. Он переводит взгляд на брата, повернутого к нему спиной, а затем снова на нас.

На Эмили. На брата. На Эмили.

На брата. Там этот взгляд и остается. Ксандр делает шаг вперед, начиная заносить меч. Но замирает, когда я перехватываю его волю. Из моего носа начинает идти кровь — верный признак, что силы на исходе.

– Хорошо запомни этот момент, Эмили. – Хрипло говорю я в ухо блондинки. – Их истинные желания начинаются там, где лежит власть. А мы — лишь удобные ступени к ее достижению. И как только предел достигнут, они выбросят нас, как никчемный мусор.

– Убей меня! – Ее голос дрожит, а по щекам бегут нескончаемые слезы. – Ты же хочешь этого, я знаю!

– С чего ты вообще взяла, что твоя жизнь нужна кому-то кроме тебя? – Я отвожу кинжал в сторону. – Другое дело, если ты сама не хочешь взять ее под собственный контроль. Живешь прошлым, несбыточными надеждами, мечтами. Оглянись вокруг — весь мир рушится. А ты все держишься за него.

Сквозь прореху в крыше показалось яркое солнце, на пару мгновений ослепившее нас. Эмили истерически содрогается в моих руках, меч выпадает из ее ослабшей руки. Я опускаю ее на пол и делаю несколько шагов по направлению к Ксандру, что так и стоит, замерев, подчиненный моей воле.

Братоубийца. Предатель. Трус. Мне этого достаточно, чтобы вынести приговор. В конце концов, королева имеет на это право.

Я отдаю ему приказ, и под оглушительный визг Иви его рука сама втыкает меч в свой живот.

Эйден тратит драгоценные секунды на то, чтобы оценить обстановку, но тут же вновь фокусируется на Дэмиане. Его человеческое обличье возвращается, словно сил для поддержания чудовищной формы больше не остается. Красноглазые марионетки тоже оказываются уязвимы — если отрубить им голову, то они больше не встают.

Моя помощь там не нужна, а потому я направляюсь к Иви. Принцесса сидит возле среднего брата, держа его за руку. При моем приближении она поднимает лицо. На нем грязь, смешанная со слезами, брызги чужой крови.

– Прошу, исправь все. Верни их. – Рыдает она, сидя на полу, словно марионетка, у которой обрезали ниточки. – Ты же можешь повернуть время вспять.

Я откидываю кинжал в сторону и встаю рядом с ней на колени, крепко обнимая.

– Лестер бы хотел, чтобы ты была в безопасности. – Произношу я. – Тебе нужно уходить. Где твое кольцо переноса? Я заряжу его.

Сил у меня почти не осталось, но это то, что я просто обязана сделать. Для нее самой. Для Эйдена.

– Он всегда говорил, что я должна быть сильной. – Она захлебывается рыданиями, цепляясь тонкими пальцами в мое платье. – Даже когда я была заперта в клетке собственного разума, он всегда приходил ко мне, читал истории и велел быть сильной. Но я не могу. Я подвожу его, Ассия. Всегда подводила. Как у тебя получается это делать?

– Я тоже слабая, Иви. – Хрипло прошептала я, чувствуя, как глаза наполняются слезами. – Все ищу эту опору внутри, но лишь сильнее проваливаюсь во тьму.

Мои слова едва ли ее успокаивают. Скорее наоборот.

– Верни их! – По-птичьи тонкие пальцы вцепляются до боли. Ногти раздирают мою кожу. – Верни, верни, верни!

Она отстраняется от меня и вцепляется скрюченными пальцами в собственные волосы. Сжимает голову, словно та вот-вот взорвется. Кричит так, словно ее заживо сжигают.

А затем поднимает на меня пылающий взгляд, полный злости. Ни малейшего проблеска разума, лишь чистая тьма.

– Верни! – Требовательно говорит она.

– Иви, успокойся! – Я смотрю на нее настороженно, раздумывая, а не дать ли ей пощечину. Эти мгновения промедления стоят мне слишком дорого.

– ВЕРНИ! – Она кидается ко мне, опрокидывает на пол с неожиданной силой, что явно не принадлежит шестнадцатилетней девчонке. – Иначе я… Сама…

В ее руке вдруг появляется мой кинжал. Призванный моей тьмой, что я когда-то вложила в ее восстанавливающее зелье.

Я дергаюсь, пытаясь скинуть ее с себя. Кричу. Пытаюсь остановить время, перехватить контроль, сделать хоть что-то, но тьма не отзывается. Молчит. Не слушается. Не принадлежит.

Она предала меня — та, кто обещал не предавать. Та, кому я поверила. Секунда — и кинжал входит в мою грудь.

Время… оно по-настоящему бесценно. Один миг может разделить жизнь на “до и после”. Всего один миг отделяет живого

человека с