Делай свой ход, королева - Анна Рейнс

Как можно настолько отчаянно любить и ненавидеть кого-то?

Каменная крошка хрустела под подошвами его ботинок, и этот звук эхом отражался от стен. Он направлялся туда, где лежала Ассия — недвижимая, бледная… безнадежно мертвая. Где-то рядом лежал его брат в луже собственной крови. И между ними сидела принцесса, с чьих губ вдруг сорвался истерический смех.

Такой знакомый.

– Зачем ты это сделала, Иви? – Произнес он, и собственный голос показался мертвым, пустым. Девушка медленно повернула голову. Темные, почти черные глаза светились безумием.

– Я всего лишь хотела быть сильной… она обещала… она сама позвала меня. – Неразборчиво бормотала она, оглядывая происходящее так, словно видела впервые.

Эйден плотно сжал челюсти, ощущая, как внутри все переворачивается. Его женщина лежала прямо перед ним. Глаза широко раскрыты — уже не черные, а теплого коричневого оттенка. Тьма предала ее. Покинула. Перешла ему и, скорее всего, сестре, раз эта сила на нее больше не влияет.

Нереальность происходящего затопила сознание Эйдена. Хотелось очнуться от этого кошмара. Открыть глаза и оказаться где угодно, но только не здесь.

– Я этого не хотел. – Едва слышно прошептал он, опускаясь перед Ассией на колени. Грудь сдавило стальными тисками, внутри нестерпимо пекло. Ему хотелось зарыдать, сделать хоть что-то, чтобы облегчить эту боль, но тело закупорило эту агонию внутри. Плавилось в ней.

Он коснулся безжизненной руки — там, где на пальце виднелось кольцо его матери. Ассия почти никогда не носила других украшений. Руки других аристократов были увешаны артефактами переноса, но она никогда не желала сбегать. Даже от него — того, кто в итоге принес ей смерть.

– Мне так жаль. – Дрожащим голосом произнесла Иви, осторожно отползая назад. Словно боялась его. – Эйден, я… я не знаю, что произошло.

Ему пришлось прикрыть глаза, чтобы не ударить сестру прямо сейчас.

А когда открыл, то осознал, что время заканчивалось. Что растянутый миг звенит натянутой тетивой, и у него больше нет сил его удерживать.

Враг за его спиной — обездвиженный, уязвимый. Можно пронзить его сердце, отсечь голову, разрубить все тело на куски.

Но Эйден выбирает вовсе не это. Разворачивает время вспять, пытаясь вернуть свою любимую. Упавшие камни поднимаются в воздух. Звуки наполняют пространство. Все вокруг приходит в движение, меняется… но не фигуры Иви и Ассии. Он неотрывно смотрит на тело жены, теряя надежду с каждым ударом своего сердца, что отказывалось смиряться с очевидным.

Ему теперь подвластно практически все, кроме того, что он действительно желает. Он наказан — за собственную слепоту, пренебрежение, самонадеянность.

Тьма его переиграла. Уничтожила. Или он сам это сделал?

Бег событий прервался, выплевывая его в новую реальность — в ту, где Дэмиан все еще полон сил и желает его убить. В ту, где Ксандр заносит клинок над Лестером. В ту, где какая-то часть самого Эйдена умерла вместе с Ассией. И все, что осталось — лишь сгусток боли, ледяной ярости и желания уничтожать.

В нем не осталось ни капли сомнений, когда он, под оглушительный визг Иви, одним ударом снес голову старшего брата. Бросился на Дэмиана, видя в нем источник всех бед. Рубил яростно, отчаянно, стремясь хоть на секунду избавиться от чувства потери, что отравляло его изнутри. Защитить то, что все еще оставалось.

Дэмиан издавал нечеловеческий рык, пытаясь отразить удары. Антимагия против магии.

Ярость против мощи.

Две равные силы, что не намерены отступать, пока не уничтожат друг друга.

Пока в один момент не вступила третья. Слишком слабая, слишком ничтожная, чтобы склонить чашу весов в чью-либо сторону. Но при этом единственная, имеющая достаточный вес, чтобы все остановить.

Иви атаковала Дэмиана. Всего лишь слабый тычок тьмы, что теперь оказалась запечатана телом, не прошедшим инициацию.

Но его оказалось достаточно, чтобы он обратил на нее внимание. Моментально оценил, кому эта тьма принадлежала.

– Мы можем закончить все сейчас. – Произнес он, уклоняясь от очередного удара. – Твоя сестра получила силу управлять временем, ведь так?

– Мы закончим, когда ты сдохнешь.

Эйден размахнулся секирой, но она разрезала пустое пространство. Дэмиан исчез, чтобы через секунду появиться в нескольких шагах от короля.

– Тебе не по силам меня убить, Эйден оре Карст. Да и тебя я несколько недооценил, призна́юсь. – Он подбросил кинжал на ладони и оружие попросту испарилось. – Если продолжим, то каждая последующая смерть в стенах этого замка будет на твоей совести. Я же предлагаю договориться…

– Договориться? – Процедил Эйден, поудобнее перехватывая оружие. – Немного поздно для разговоров, не находишь?

– В тебе говорит горе. – Дэмиан оскалился. – Но как только придешь в себя, то оценишь мое предложение. Эйден хрипло рассмеялся, но в этом смехе не было ни капли веселья.

– Каким бы оно ни было, у меня нет ни малейших намерений договариваться с тобой, Алмар. Любая цена будет недостаточной. Твои намерения гнилые, как и ты сам.

Несколько секунд Дэмиан молчал, буравя короля пристальным взглядом.

– У меня нет цены, что была бы соизмерима твоей. – Медленно произнес он. – Но такова доля любого правителя — платить за счастье своего народа. Разве не к этому ты стремился?

Слова задели что-то в глубине души короля. Разве не этого он хотел, взваливая на себя эту ношу? Быть достойным правителем, что положит конец распрям и войне? Эйден опустил секиру на землю, и та испарилась, оставляя после себя черный след.

– Убирайся. – Коротко бросил он, ощущая, как скорбь и усталость накрывают его могильной плитой.

– Я пришлю официальное письмо.

Распахнулся алый зев портала, в котором Алмар почти сразу исчез. Все закончилось. Эйден потерял жену, брата, сестру…

– Арестовать принцессу. – Холодно бросил он, стараясь не смотреть в сторону Иви. – Отправить в темницы в антимагических кандалах.

– Эйден, пожалуйста! – Взмолилась она. Голос пронизан ужасом. – Прости меня, пожалуйста! Я не хотела! Я все могу объяснить!

Стражи неуверенно послушались, хватая принцессу за предплечья. Ее истерические крики звучали еще долго — пока они не оказались достаточно далеко.

Все вокруг пришли в движение. Выжившие помогали раненным. Маги вновь обрели свою силу и использовали ее для того, чтобы разгрести завалы. Один из целителей подошел к королеве и неутешительно покачал головой.

Ноги Эйдена будто к земле приросли, но он упорно заставлял себя их переставлять, пока не очутился рядом с ее телом. Упал на колени, прикоснулся пальцами ко все еще теплой щеке. Подхватил на руки и усадил