Ночи беглеца - Джозеф Уэмбо

— Раз это говоришь ты, значит, это не чепуха, — сказал Линн. — Четырнадцать процентов взрослых американцев тоже говорят, что они своими глазами видели НЛО.

— Я хочу сказать — может быть, в этой его дорожной сумке было совсем не то, что мы думали.

— Я даже боюсь спросить, что бы это могло быть, — сказала Брида.

— А вдруг там был детонатор и хороший заряд сем- текса? — продолжал Нелсон.

— Семтекса?

— Это то самое, чем взорвали самолет «Пан Америкен» над Шотландией, — пояснил Нелсон — Может быть, ваша идея про Дэна Куэйла не такая уж и бредовая. А может быть, сюда на турнир приехал еще какой- нибудь большой политик. Они любят сюда ездить.

Брида и Линн изумленно переглянулись. Нелсон умолк и добродушно улыбался, ожидая ответа.

— Да, Нелсон, — сказал Линн. — Об этом надо подумать. Семтекс, говоришь? Пожалуй, ты прав в одном: для политика эта штука действительно будет даже пострашнее, чем предвыборное пожертвование от Джесси Джексона¹.

11

«Я такую ванну вполне заслужила», — подумала Брида. Она уже больше часа нежилась в ароматной пене, подливая горячую воду, когда ванна остывала. Конечно, в Калифорнии с водой плоховато — ну и наплевать, здесь, в долине, артезианских скважин хватает.

Ничего не поделаешь — ей были позарез нужны эти пять тысяч Ронды Девон, за вычетом, конечно, того, что придется заплатить Линну Каттеру и Джеку Грейвсу. Но теперь у нее появились сомнения: а есть ли смысл следить, как Клайв Девон разъезжает по пикникам и купается в бассейне с дочкой Бланки Сольтеро? Может быть, у них просто приятельские отношения?

Брида снова подумала о своем плане отправить Линна под видом пациента к урологу, лечившему Девона. Даже если Линн и не захочет сдать свою сперму на обследование, он вполне может выведать у секретарши что-нибудь о том, какое отношение имеет Клайв Девон к банку спермы в Беверли-Хиллс.

На следующей неделе нужно будет послать Лиззи

Американский проповедник и политический деятель, один из лидеров движения за гражданские права негров.

шестьсот долларов — месячную плату за комнату и стол. И еще не меньше двухсот на подарок к дню рождения. Брида предпочитала ко всем праздникам дарить ей деньги: Лиззи слишком много чего нужно и Брида не рисковала покупать подарки сама — вдруг купит что- нибудь не то?

Еще тысячу двести предстояло выплатить за дом и тысячу — за аренду конторы. Домовладелец, у которого она ее снимала, был из тех, кто дает на чай пятьдесят центов и еще ждет за это благодарности Когда Брида заявила ему, что он берет слишком много, этот старый мерзавец закатил слезящиеся глазки, наклонился к ней через стол, так что ей в нос ударил запах его гнусного одеколона, и сказал:

— Ну, Брида, мы с вами могли бы как-нибудь договориться.

— Мелвин, — сказала она в ответ, — сначала дайте я вам подстригу волосы в носу. Уж очень они разрослись — недавно я красила кухонный столик, так кисточка у меня была пожиже.

С чем только не приходится мириться женщине, если она хочет работать!

Вот если бы Джек Грейвс сумел проследить за Клайвом Девоном до самого места свидания и заснять все видеокамерой, которую она ему даст, — тогда больше и мечтать не о чем. Брида была убеждена: получив несомненное доказательство существования любовницы, Ронда Девон этим удовлетворится. Тогда она сможет припереть мужа к стене и сама выяснить, что там у него за дела с банком спермы. Теперь Брида не сомневалась, что банк как-то связан с возможным наследником и деньгами.

Брида была убеждена и в том, что Ронда Девон по- своему привязана к мужу и не хотела бы с ним разводиться, даже если любовников — а может быть, и любовниц — у нее больше, чем у всей группы «Роллинг Стоунз». Брида не забыла, как клиентка взглянула на нее тогда, за коктейлем. Пусть ее чувство к мужу и нельзя назвать любовью, но ей не просто нужны его деньги.

А в общем, не стоит и пытаться понять людей, которые настолько богаты. По глубокому убеждению Бриды, они совсем не такие, как все.

Так или иначе, утром надо будет отвезти Джеку Грейвсу видеокамеру — авось ему представится случай ею воспользоваться. Бриде почему-то казалось, что на него можно положиться.

Джек Грейвс… Интересно, когда он разошелся с женой — до того, как застрелил мальчишку, или после? Хорошо бы — до: не дело, когда жена после такой истории уходит от мужа.

Джек Грейвс не единственный полицейский, которому довелось застрелить человека по ошибке. Однажды это чуть не случилось с самой Бридой. Она и еще двое полицейских-мужчин отправились в трущобный квартал с ордером на арест одного громилы, который обвинялся в убийстве. Думая, что он дома, они в час десять ночи постучали в дверь его квартиры, но никто не ответил. Один из полицейских отпер замок своей кредитной карточкой, и все трое вошли, держа пистолеты наготове. Брида сразу направилась в спальню. Услышав какой-то звук, она резко повернулась и прицелилась. Это был… кролик! Белый кролик с красными глазами, который прыгал по спальне в лос-анджелесском гетто. Повсюду валялся кроличий помет, но никакого убийцы не было. Одно легкое движение ее пальца — и кролику конец. И не только кролику: позади лежал на полу, на куче одеял, грудной младенец, оставленный без всякого присмотра матерью-наркоманкой.

Линн говорил, что Джек Грейвс застрелил двенадцатилетнего мальчишку-мексиканца. Ему вместо кролика подвернулся этот мальчишка. Может быть, Линн и прав — если Джек не будет сидеть в своем домике на колесах, а займется хоть чем-то отдаленно похожим на прежнюю работу, это ему поможет. Хотя вряд ли.

Джек Грейвс напоминал ей одного полицейского, с которым она когда-то работала. Стэн Макаффи — так

его звали — постоянно жаловался на головные боли, которые начинались у него без всякой видимой причины. Стэн нравился Бриде, да и всем он нравился. Брида ходила с ним на футбол, в кино, однажды они пообедали вместе. Некоторое время он даже ухаживал за ней, но было уже слишком поздно. Головные боли вскоре стали невыносимыми — так, по крайней мере, он говорил. Он уволился из полиции, а три недели спустя принял таблетку аспирина девятимиллиметрового калибра. На похоронах, когда под печальные звуки волынки гроб стал опускаться в могилу, Брида не могла удержаться от рыданий.

У Джека Грейвса глаза были точно такие же, как у Стэна.

Вернувшись в