Проклятье Черной Мадонны - Екатерина Владимировна Новак

Ди Конте предложил девушкам присесть, сам устроился в кресле и закинул ногу на ногу. Под его пристальным взглядом подруги заняли места на диване и уставились на него как кролики на удава. Повисла неловкая тишина. Миша ерзала и крутилась. Саша понимала, ей хочется поскорее исследовать дом.

— Должен признаться, я действительно очень скучаю по Элоис, но не ожидал, что мне будут докучать ее родственники.

— Что, тетя Беатриче к вам захаживала? — догадалась Мишель. — Небось, протекции просит?

— И не она одна. Сыночек покойного муженька Элоис частенько консультируется у меня. Папаша-то не научил дела вести.

Мишель изменилась в лице. Она печально хмыкнула и ответила:

— Раз уж вы так любили мою тетушку, то должны были знать…

Ринальди закусила губу и сказала вовсе не то, что хотела:

— Должны были любить его только потому, что он ее сын.

Снова возникла неловкая тишина.

— Я вообще мало кому что должен. В основном, все должны мне.

Покровская слушала их вполуха, больше внимания уделяя комнате, чем разговору. У нее возникло ощущение, что она находится в музее. Повсюду висели картины, стояли статуи, вдоль стен расположились витрины, в которых Саша увидела предметы старины. Было понятно, Валентино — ценитель искусства и не скупится на свои приобретения. Теперь она осознала, к чему здесь такое количество охраны и видеокамер.

— Вы знаете, мне срочно понадобилось отойти в дамскую комнату, — вдруг сказала Мишель. — Я вас оставлю на мгновение. Пожалуйста, познакомьтесь чуточку поближе с Алексой, невестой Паоло. Она вам столько всего интересного расскажет про Россию!

Ринальди, беспечно улыбаясь, выпорхнула из комнаты. Саша возмущенно посмотрела ей вслед, подняла глаза на ди Конте и столкнулась с его тяжелым давящим взглядом.

— Зачем вы здесь? — жестко спросил он.

— Мишель хотела вас проведать, — проблеяла Покровская, теряясь из-за его тона.

— У нее за все эти годы ни разу не возникло мысли сделать это. Что изменилось теперь?

— Но ведь умер близкий вам человек…

— Или вы рассчитываете на то, что Черная Мадонна у меня? — перебил ее ди Конте.

Саша, удивляясь проницательности Валентино, растерялась. Она понимала, что легкого разговора, на который рассчитывала Миша, не получится. Девушка взяла себя в руки, чтобы не выглядеть затравленной в его глазах, и спросила напрямик:

— А это не так?

— Мне все понятно про Мишель. Какова ваша корысть?

— Не судите о людях по себе.

За то недолгое время, что она знала этого мужчину, он впервые весело рассмеялся. Вдоволь повеселившись, Валентино произнес:

— Не ожидал от русской серой мыши, что она покажет зубы.

— И тем не менее? — не обратила внимания на оскорбление Покровская.

Она вспомнила, что Паоло сообщил родственникам о пропаже Мадонны уже после того, как ди Конте ушел.

— Откуда вы знаете, что она пропала?

— Как вы понимаете, с Паоло мы общаемся куда чаще, чем с Мишель, — усмехнулся Валентино, а потом убрал тень улыбки с лица и сказал: — Вы не там ищете. В этой семейке наверняка есть нечистые на руку.

— И кого же вы подозреваете?

— А вы частный детектив? — осклабился Валентино. — Какое право вы имеете заявляться в мой дом и обвинять меня?

— Я вас ни в чем не обвиняю. Просто задаю вопрос, — спокойно и вместе с тем с напором ответила Саша.

— Я начинаю понимать, что Паоло нашел в вас… — Ди Конте задумался на минуту, а потом кивнул и предложил: — Пройдемте со мной. Я вам кое-что покажу.

Саше совершенно не хотелось идти куда-то с этим человеком. Она не желала себе сознаваться, но он действительно пугал ее. Девушка чувствовала в нем не просто скрытую, а вполне себе реальную угрозу. Но отступи она сейчас и пойди на попятную, ди Конте потеряет к ней то расположение, которого ей так неожиданно удалось добиться. Взяв себя в руки, Саша решила, что иногда лучше сделать что-то и пожалеть, чем не сделать и думать об этом вечность. К тому же ей нужно было занять Валентино, пока Миша промышляла в его доме.

— Хорошо, — сказала она, и мужчина повел ее куда-то длинными коридорами.

Здесь, как и в гостиной, стены были увешаны этническими масками, позолоченными канделябрами и старинными панно. Потолок декорирован винтажными люстрами и фресками. Пол, устланный мягким красным ковром, заставлен хрустальными вазами, амфорами и высокими скульптурами. Саша в искусстве совершенно не разбиралась, понятия не имела, насколько ценны эти экспонаты, но чувствовала, что они стоили миллионы евро.

Покровская понимала — человек с таким доходом, несомненно, обладает огромной властью. Она старалась избегать общения с подобными людьми, потому что они пугали ее. Доверять им тоже не следовало, ведь от них можно ожидать чего угодно. Валентино прервал Сашины мысли, положив руку ей на плечо, и та от неожиданности вздрогнула. Ей было неприятно его прикосновение, а он понял ее реакцию по-своему:

— Вы можете меня не бояться, — сказал Валентино, — по крайней мере, до тех пор, пока не перешли мне дорогу.

Он с презрением рассмеялся. Саша вскинула голову и посмотрела ему прямо в глаза. Она не собиралась перед ним пасовать. Ди Конте это понял и оценил. Издал еще один быстрый смешок и открыл перед ней дверь в одну из комнат. Покровская осторожно заглянула внутрь и нахмурилась. По всему периметру маленького помещения висели широкоэкранные мониторы. На крутящемся стуле в центре сидел охранник. Он увидел хозяина и сразу вскочил.

— Выйдите пока, — попросил ди Конте, и тот послушно покинул комнату.

— Скажите, Алекса, что вы видите?

Саша пригляделась и закусила губу. Теперь она понимала, как глупо было залезть сюда той ночью. Весь двор у дома ди Конте и каждая его комната просматривались на этих экранах. Даже Покровская неопытным взглядом определила ту часть забора, через которую они с Мишель пробрались тогда в поместье, и пространство среди деревьев у главного входа, где они прятались. Покровская поняла — отвечать на риторический вопрос ди Конте нет никакого смысла. Он для того и привел ее сюда, чтобы показать, насколько сильнее