Зарубежный детектив 2026-25. Книги 1-10 - Йорген Брекке

– «Похоже, это самое то для тебя, Уэс», – со смехом пародирует он мне на ухо мой голос. – Ты действительно развела его, Сойер. Я мог бы поцеловать тебя прямо сейчас.

У меня снова перехватывает дыхание при мысли о еще одном поцелуе.

– Я его не разводила, – говорю я ему. – Я говорила искренне.

– Даже лучше.

– Я тебе рассказывала, что послала сообщение Грэму о том…

– Нет-нет-нет, – обрывает он меня. – В эти выходные мы на каникулах. Никаких разговоров об убийствах.

– Тогда другой вопрос: тебе не кажется неправильным, что мы просто ставим все дело на паузу? Нам следовало бы остаться дома, чтобы сталкерить Майлза, или Адриенну, или хотя бы даже Мариссу, потому что она все еще в моем списке.

Он останавливается и стоит передо мной, шепча:

– Слоан, за выходные ничего не случится. У нас есть доказательства, что Майлз возьмется за Грэма только после каникул. Просто наслаждайся этой поездкой.

– Что, если я не могу?

– Тогда используй деньги, которые ты накопила, чтобы купить себе билет на самолет до дома. Но удачи с твоей боязнью полетов. В экономклассе не дают бесплатное шампанское. – Эшер похлопывает меня по щеке, прежде чем уйти прочь.

Маккаверны посылают водителя, чтобы он забрал нас всех из аэропорта. Я мало говорю в течение тридцатипятиминутной поездки до дома их дедушки и бабушки, чувствуя себя уставшей из-за шампанского и долгого дня в пути. Всего лишь этим утром я сдала свой финальный черновик Реннеру, а теперь я в Колорадо. Даже и не скажешь, что это тот же самый день. Когда мы подъезжаем к дому, группа собирается у окон фургона, чтобы восхититься видом, охая и ахая. Я присоединяюсь к ним, когда мы останавливаемся перед поразительным трехэтажным каменным строением. Окруженный покрытыми снегом соснами, дом излучает теплый свет из многочисленных огромных панорамных окон. Словно бы мы попали из Пембрука прямиком в рождественский фильм сети кабельного телевидения.

Мама Уэсли приветствует нас на пороге теплой улыбкой и восемью чашками горячего шоколада на подносе. Эта миниатюрная женщина с длинными темными волосами, заколотыми крабиком, и глубокими темными глазами с морщинками от смеха в уголках умеет очень крепко обниматься. И она так и делает, когда заключает каждого из нас в объятия в знак приветствия.

– Уверена, вы все очень устали с дороги. Уэс, почему бы тебе не показать всем их комнаты? Уже поздно, так что я собираюсь отправиться назад в комплекс с твоим отцом. Доброй ночи вам, ребята, увидимся утром. О, и постарайтесь вести себя потише – твой дедушка уже спит.

– Понял. Доброй ночи, мам.

Уэс целует маму в щеку, а я смотрю на Эшера, когда он отворачивается и направляется к лестнице. В конце концов, это и его семейный дом тоже: он не нуждается в экскурсиях.

Мы идем дальше через кухню, которая выходит в роскошную гостиную с высоким камином и мягкими кожаными диванами, завешанными меховыми одеялами. В углу стоит рождественская елка, почти достающая до высокого потолка. Она сама по себе является чудом, и я задаюсь вопросом, как они вообще пропихнули сюда эту громадину, не говоря уже о том, как нарядили ее.

– Это гостиная, – говорит Уэс, когда мы проходим через нее. – За той дверью столовая. – Он указывает направо, где из кухни открывается проход. – Дальше по тому коридору спальня моего дедушки, сауна, кабинет и дверь, ведущая назад, на террасу. – Мы поднимаемся по широкой лестнице, ведущей на второй этаж. – Все наши комнаты здесь, наверху. Здесь пять комнат, так что кое-кому из нас придется жить вдвоем в одной комнате.

– Мы с Анникой поселимся вместе, – говорит Дани.

Я фыркаю по поводу того, как быстро они исключают меня из компании.

– Как насчет меня?

Анника бросает на меня взгляд.

– Разве ты не поселишься с Эшером?

– О, эм, ага, верно. Я забыла.

Анника лишь смеряет меня подозрительным взглядом.

– Его комната в конце коридора, – говорит Уэс. – Раз уж он не потрудился подождать тебя, чтобы показать, где она.

Я киваю всем на прощание, когда направляюсь туда. У Уэса своя собственная комната, Анника и Дани отправляются в свою, а Чарли, Сэм и Джейк спорят по поводу того, кто получит отдельную комнату, а кто поселится вместе. Я не слышу их решения, когда захожу в комнату Эшера. Он уже распаковывается. Я смотрю на огромную кровать размера «кинг-сайз» в центре комнаты. Я даже не подумала о том факте, что все эти дни мы будем спать в одной постели.

– Послушай, этой ночью мне нужно отправиться в комплекс по делам. Не жди меня, – говорит он. – По факту жди в комнате Уэсли.

Я фыркаю, когда тащу свой чемодан ко второму шкафу. Спальня огромная и роскошная, с каменными полами и камином в углу.

– Что такого в комплексе? И почему тебе нужно идти туда так поздно? – Я не проверяла время, но сейчас наверняка как минимум полночь.

– Просто кое-какие вещи, которые я хочу проверить, – говорит он, накидывая куртку. – Отдохни. Или нет.

Он подмигивает, прежде чем закрыть за собой дверь. Чего он от меня ожидает? Что я пойду в комнату Уэсли, разденусь и посмотрю, что будет?

Я начинаю распаковываться и убирать свои вещи в гардероб. Я думаю о том, чтобы покинуть комнату и зависнуть с Дани и Анникой, но тогда они спросят меня, где Эшер, и разве не покажется странным, что он в полночь ушел в комплекс и бросил свою девушку здесь? Как и следовало ожидать, в ванной есть джакузи и тропический душ, так что я решаю принять теплую ванну, прежде чем забраться в постель.

Не могу перестать думать о том, что вообще такого может там проверять Эшер. Возможно, он хочет заранее приступить к ведению деятельности в комплексе. Возможно, он хочет доказать отцу Уэсли, что сильнее этого хочет.

Когда часы