"Зарубежный детектив 2026-30". Компиляция. Книги 1-12 - Сара Парецки

– Я ударилась головой, верно? – Я силилась вспомнить, что произошло. – При травмах головы врачи всегда задают вопрос, как это произошло. Но я ничего не могу вспомнить, почему-то продолжаю думать, что это как-то связано с соколами…

Я почувствовала, что сбоку к голове прикреплен пакет со льдом. Я на пробу подняла палец, чтобы пощупать, что лежит подо льдом: мягкий комок размером, вероятно, с мускусную дыню. Моя рука сильно болела там, где я приземлилась на нее.

Сиделка подтвердила, что я ударилась головой, и еще раз спросила мое имя. Я назвала себя, дату рождения и имя нынешнего президента. «Если бы он так ударился головой, его докторам пришлось бы держать его под наблюдением, потому что он не смог бы сказать, кто я». Когда я озвучила такое предположение сиделке, она улыбнулась и сказала, что пойдет за ординатором и сообщит полиции, что они могут задать мне несколько вопросов.

Свет все еще обжигал мне глаза, я закрыла их, и сон снова отуманил сознание. Меня разбудил чей-то голос:

– Мисс Варшавски. сиделка сказала, вы не спите. Как вы себя чувствуете?

Я определенно знала этот голос, но по звуку не могла определить, где находится говорившая. Когда я повернула голову, чтобы посмотреть на нее, зубчатая электрическая дуга боли пронзила меня. Яркая вспышка – и я потеряла сознание. Медные волосы, прикрывавшие голову, как щит, каменная маска на лице – но маска, которая соскользнула, чтобы выразить сострадание, – я знала, кто эта женщина, но не могла вызвать в памяти ее имя.

– Я знаю вас. Вы работаете с Терри Финчли. – От огорчения слезы навернулись мне на глаза.

– Не напрягайтесь так. – Голос сиделки зазвучал с другой стороны. – Вы все лучше вспомните, если расслабитесь.

– Я Мэри Луиз Нили. Офицер Колли будет вести записи. – Она указала на мужчину в форме, втиснувшегося в промежуток между занавесками. – Вы можете говорить?

– Но я не помню, что произошло, – ответила я. – Сначала я думала, что они были соколами. Теперь догадываюсь, что на них были колпаки. Их глаза блестели под колпаками.

Нили хмуро взглянула на сиделку.

– Извините, но вы уверены, что она в порядке? Может, ее следует показать врачу?

– Это были бандиты. Колпаки. Колпаки в колпаках. – Я глупо усмехнулась при этой мысли и внезапно горько разрыдалась. – Колпаки. Эти твари набросились на меня. Мне казалось, что я очень осторожна, а они дожидались меня на моей собственной лестничной площадке.

Я пыталась справиться с истерикой; от плача боль в голове становилась только сильнее. Сиделка принесла мне воды. Глотание причинило новую резкую боль, но уже в ребрах. Наверное, я что-то еще сломала при падении; падала я дважды – на лестнице и во дворе. Я старалась собрать осколки воспоминаний. Это было так: сперва на стройплощадке, а потом с лестницы? Нет, кажется, кто-то навалился на меня; наверное, поэтому в суставах было такое ощущение, словно их пропустили через бетономешалку.

– Я стреляла из своего револьвера, – внезапно вспомнила я, а мистер Контрерас…

– Ваш сосед вышел с собаками посмотреть, что произошло. Один из бандитов приставил оружие к его виску и велел убираться обратно в квартиру вместе с собаками. Этот тип держал вашего соседа взаперти, а двое других обыскивали вашу квартиру. Они в общем-то приходили именно за этим, но вы их спугнули, и им пришлось вас ударить. Закончив свое дело, они ушли. Мистер Контрерас вызвал полицию и пошел к вам. Вы пришли в сознание и сидели у себя в гостиной. Полицейские не знали, что делать в первую очередь, но, к счастью, старик догадался вызвать скорую помощь.

Я покачала головой, и от этого нахлынуло чувство дурноты. Я нашла пакет со льдом и понадежнее прижала его к своей распухшей дыне. Я не помнила ни скорую помощь, ни то, как сидела в гостиной. Помнила лишь момент своего выстрела.

– У меня установлена охранная сигнализация. Если они открыли мою дверь и не отключили ее, в полицию сразу должен был поступить сигнал. Почему ваши коллеги не прибыли по сигналу?

Нили чувствовала неловкость.

– Видите ли, в полиции получают так много ложных сигналов, что не посылают наряд по первому вызову. Ваши разбойники – соколы, как вы их называете, имели около восьми минут, и они сделали все так, как рассчитали. Как вы думаете, что им было нужно?

– Понятия не имею. – Я не могла или просто не хотела думать, так трудно было осознавать, что мой дом разорен.

– На Стейт-стрит объявлен федеральный розыск детей Мессенджера: все посты ищут их из-за того, что он такой высокопоставленный горожанин. Поэтому руководитель службы наблюдения из городского управления был начеку и запомнил ваше имя, упоминавшееся в бюллетене. Я знаю, мистер Мессенджер сердит на вас, но не думаю, что это как-то связано с ним… если только вы не натолкнулись на какие-то известия о его детях и скрываете от него и от нас.

Я беспокойно пошевелилась на кушетке.

– Нет. Ничего.

Я подумала о Гэри Карпентере и его Ковбое, стрелявших в меня со стройплощадки «Хоум фри». Однако эти ребята должны были двигаться со скоростью света, чтобы напасть на меня у моей квартиры. Джаспер Геккомб: прошлой ночью я вломилась к нему в офис. Ему не трудно догадаться, что это была я. Но я ничего не унесла, даже из его наполненного наличностью ящичка. Не знаю почему, у меня перед глазами возник образ Фейбиана. Конечно, я подозревала его в убийстве Дердри, но какая связь с Геккомбом?

– Конрад знает, что я здесь?

– Мы пытались ему сообщить. Они с Терри гоняли мяч в Грант-парке, но, когда наш человек приехал туда, они уже ушли, и, по-видимому, у них не было с собой пейджеров, но мы оставили для них сообщения. Пожалуйста, подумайте, кто еще мог интересоваться вашей квартирой?

Пришел дежурный ординатор, серьезный молодой человек с утомленными глазами. Он попросил выйти Мэри Луиз и ее сопровождающего и стал проверять мои рефлексы. Врачи решили провести компьютерное сканирование, чтобы убедиться, что с моими мозгами все в порядке, а уж после этого я могла идти домой. Рентгенолог посмотрит результаты завтра утром и, если найдет какие-нибудь серьезные отклонения, вызовет специалистов.

– Вам не следует оставаться одной сегодня ночью, – предупредил доктор. – Вам нельзя слишком много спать, кто-то должен быть рядом, чтобы разбудить вас.

Конрад, если я смогла бы найти его. Иначе придется просить мистера Контрераса. Конечно, он бы с радостью согласился, но для старого человека это слишком большая нагрузка, особенно если кто-то считает, что