"Зарубежный детектив 2026-30". Компиляция. Книги 1-12 - Сара Парецки

– Кто знает… Дердри все равно была бы убита, я все равно приняла бы участие в судьбе Эмили Мессенджер. Кстати, что теперь будет с «Ламией»?

– «Хоум фри» реорганизуется. Тиш Кауломб будет временно исполнять обязанности директора. Она хочет вернуться к организации службы размещения бездомных, а тем временем их агентство старается узаконить фонды, выделенные для последнего строительства. У женщин «Ламии» будет возможность участвовать в аукционе. Мы полны надежд. – Фиби немного помолчала, вертя в руках бокал, а затем быстро заговорила: – Я знаю, я была порядочным дерьмом, когда мы говорили в последний раз, но все-таки хочу просить тебя снова на меня поработать. Я получила интересную информацию о небольшой компании биотехнологии, которую создали несколько ученых-фармацевтов, но я о них ничего не знаю. Я плачу тебе шесть сотен в месяц плюс расходы.

– Меня это не интересует.

– Вик, я, кажется, сказала, что очень сожалею. – У Фиби снова прорезался было гонор, но, опомнившись, она виновато улыбнулась. – Я просто не знаю никого, кто бы так же добросовестно работал, как ты. Назови свои условия.

Я задумалась.

– Пожалуй, ты смогла бы кое-что для меня сделать: убедить Тиш Кауломб взять Кена Грэхема на работу на общественных началах. Если она собирается реорганизовывать «Хоум фри», ей понадобятся такие умельцы, как он. Если это у тебя получится, я подумаю над твоим предложением. Но это еще не означает твердого обещания взяться за дело.

Уже на следующий день Фиби позвонила и сообщила, что все улажено, и Кен может начать работать в «Хоум фри». Преодолев свою лень, я сделала письменное представление на Кена, чтобы отправить его инспектору. Дэрой был так доволен результатом, что выписал мне чек на десять тысяч долларов. Я попыталась отказаться – вознаграждение было слишком большим.

Он же сказал в своей обычной грубоватой манере:

– Я знаю, через что вы прошли, Вик. Я знаю больше, чем вы думаете. Пару недель назад некий болван из команды сенатора Гантнера, Эрик Бандл, или Биндл, или что-то в этом роде, явился ко мне и сказал, что испытательный срок Кена будет отменен, если я не буду продолжать сотрудничество с вами. Я понял, что этот парень не шутит, но ничего не сказал вам. А через день или два, когда история «Гант эдж» появилась на первых полосах газет, я понял, против чего вы боролись. Вы заработали это. Получите по чеку. Снимите подходящий офис, устройте себе отдых.

Я получила по чеку и даже уговорила старика Контрераса принять тысячу, чтобы расплатиться с налогами. Я никак не могла справиться со своей апатией и начать работать. Может, Дэрой прав, и мне необходим отдых; я начала изучать рекламу туристического агентства «Ройхенбах Фолс».

Как-то, возвращаясь с прогулки, я размышляла над этим, пока не увидела Нили около дома. Она ждала в гостиной, пока я принимала душ и готовила кофе. Мы немного поговорили об Эмили, а потом Нили неожиданно сказала:

– Я ухожу из полиции. Я отказалась подчиниться вышестоящему офицеру. Мне повезло, что Терри был моим командиром. Он, не сказав никому о моем отказе подчиниться, просто поставил на мое место Густаво Галати. Мне не хотелось еще раз попасть в подобную ситуацию. А к вам я пришла… Ходят разговоры, что вы бросаете работу. Это правда? – Нили смутилась и стала вертеть пустую кофейную чашку.

Когда я рассказала ей, чем занималась в последнее время, Нили глубоко вздохнула.

– У меня есть предложение: я бы хотела работать на вас. Я могла бы даже вести ваши дела, пока вы будете в отпуске. Мы с Эмили решили, что она и ее братья будут жить со мной. Она хочет этого, и Ева Кун считает, что это было бы не плохо, особенно если Фейбиан будет оплачивать няню для Натана и обучение в школе, но я должна работать – я не смогу содержать их, если уйду из полиции.

Я засмеялась.

– Если ты думаешь, что моя работа приносит достаточно средств, чтобы обеспечить двоих, не говоря уже о троих детях, ты сильно заблуждаешься.

Нили снова вспыхнула, но продолжала настаивать.

– Если бы нас было двое, мы могли бы брать больше работы и более разнообразной. Я хороший, исполнительный работник. Вам не придется отвлекаться на мелочи, которые мешают. Я буду выполнять любую грязную работу, лишь бы иметь постоянное расписание. Мне двадцать девять, я крепка здоровьем и, как вы знаете, квалифицированный офицер полиции.

Это было столь неожиданное предложение, что я немного растерялась и пообещала подумать над ним.

Воскресенье двадцать седьмое июля было томительным жарким днем. По настоянию мистера Контрераса я погрузила собак в «транс-ам» и направилась в Индиана-Дюнес погулять и искупаться, а он остался поработать в своем саду.

Мы вернулись в шесть часов. Когда я шла по дорожке, издалека до меня донесся смех. Я прошла через узкую калитку и попала во внутренний двор, полный людей. При моем появлении они разразились криками «Сюрприз!» и «С днем рождения!».

Кто-то – позднее я узнала, что это был Кен Грэхем, – составил из лампочек мое имя и надпись «Жизнь начинается в сорок». Я стояла у калитки с глупой улыбкой на лице.

Мистер Контрерас выступил вперед с бокалом шампанского.

– Ты думала, я, старый, забыл, что сегодня твой день рождения, да, детка? Будь счастлива!

Лотти и Макс подошли поцеловать меня, и Макс протянул мне китайскую вазу, наполненную цветами из его собственного сада. Митч немедленно ткнулся в нее, и я от греха подальше унесла ее в дом и тут же вернулась поблагодарить собравшихся.

Сэл была со своей очередной любовью. Нили привела Эмили и ее братьев. Она проходила испытательный срок – мы с Нили решили вместе поработать пробные шесть месяцев, прежде чем заключить официальное соглашение. Эмили, в джинсах и малиновой майке с торчащими вокруг головы, как огромный куст, непокорными рыжими волосами, выглядела здоровой и очень юной. Она сочинила для меня шутливую поэму и каллиграфическим почерком переписала ее на красивую бумагу.

Дэрой и Кен прибыли вместе, демонстрируя редкое семейное согласие. Кен, надеясь заполнить пробел в моей личной жизни, образовавшийся после разрыва с Конрадом, остался в городе и посещал летнюю школу. У нас состоялся обещанный обед в «Филигри», и пару раз мы с ним покатались на лодке, что не вызвало у меня отрицательных эмоций. Но телячья любовь Кена подходила к концу