Чудовище тайного острова - Екатерина Владимировна Новак

Генри странно посмотрел на нее, а потом покачал головой.

— Рейна, пожалуйста, проследите за ними, — попросил он.

— Хорошо.

Анхель убедился, что все готовы, и отправился к лестнице. За ним Генри, Рой и, неожиданно, почти на полусогнутых, Павел. Мишель рванула следом, но ее задержала Джо.

— Стой. Он прав. Пусть идут. Мы сейчас им будем только мешать.

Саша проснулась от того, что у нее жутко засвербело в носу. Еще не успев открыть глаза, девушка оглушительно чихнула, пощипала нос большим и указательным пальцами и приоткрыла веки.

Что случилось с ней? Почему голова такая тяжелая? Вот она сидела на диване в холле и дулась на подруг и Рейну! А теперь… где же она? Тут девушка вздрогнула. Рука! Она вспомнила, как ощутила на своем лице чью-то руку с влажной тряпкой. Хотела закричать, но не смогла, а потом погрузилась во тьму.

И вот теперь она здесь. Но где «здесь»? Покровская вскочила. Она находилась в полутемном, пропитанном сладковатой вонью, помещении. Повсюду висели огромные зеркала, покрытые толстым слоем пыли, куда ни глянь, мусор, грязь и старые вещи. Комната большая, как бальная зала дворца, но неухоженная, как будто сюда никто не заходил несколько лет. Только следы на полу говорили об обратном. Егоследы. Он принес ее сюда. Положил на ворох белья у стены, а теперь стоял в стороне у одного из зеркал и любовался собой. Саша увидела его и сжалась в комок. Она не знала, чего ждать от своего похитителя, не понимала, как вести себя с ним. Он убьет ее? Он уже что-то сделал с ней? Покровская вздрогнула, непроизвольно провела рукой по одежде. Поняла, что она в порядке, и облегченно вздохнула. Чуть смелее взглянула на человека в мантии и короне. Такой нелепый, странный, с растрепанными волосами, но с прямой, почти королевской, осанкой. Чтобы полностью разглядеть его, не хватало света, но девушка различала его силуэт и движения. Мужчина горделиво поправлял корону на голове и расправлял мантию.

«Кто же он такой?» — подумала Саша. По очертаниям фигуры, наполовину скрытой мантией, она никак не могла определить. Почти любой, кроме, пожалуй, мощного Роя или высокого Генри, походил на этого безумца.

Наконец похититель привел себя в порядок и обернулся. Девушка неосознанно вжалась в стену, подтянула колени к подбородку и прижала их к груди руками.

— Ты не должна меня бояться, Bella[6].

Голос мужчины звучал глухо и надтреснуто, как будто он не разговаривал много лет или специально имитировал такой выговор для пущего эффекта.

— М-меня зовут Александра, — тихо ответила Покровская.

Мужчина на мгновение замешкался. Казалось, он тщательно обдумывает или даже вспоминает слова прежде, чем произнести их.

— Ты очень красивая, Александра, и ты станешь моей королевой!

У Саши от его слов мурашки побежали по телу. Стать его королевой? Это что еще значит?!

— Что… что мне нужно для этого сделать?

— Для начала примерь. — Он кинул ей груду пыльных тряпок.

Саша развернула ее и охнула — это было пышное платье, которое уместно смотрелось бы на балу или на реконструкции исторического события, но никак не в темном подвале старого кубинского отеля.

Мужчина взволнованно дышал, глядя на то, как она, не зная с чего начать, крутит наряд в руках. Саша посмотрела на чудовище и вдруг, поддавшись порыву, произнесла:

— Выйдите на свет.

Он сделал шаг вперед и встал под полоску света, а у Покровской резко вышибло воздух из легких.

— О, мой Бог! Это ты?

Саша обалдело уставилась на похитителя и неотрывно сверлила его глазами. Все, чего ей сейчас хотелось, это рассказать подругам, поделиться с ними, раскрыть тайну чудовища. Но мысли смешались и моментально исчезли, как только она услышала безумный рык этого странного человека:

— Надевай, я сказал!

Саша стала натягивать пахнущее затхлостью платье прямо на ту одежду, в которой была. Тело ее не слушалось, она спешила и пару раз застревала и попадала рукой не в то отверстие. Тем временем чудовище начинало терять терпение. Его порыкивания стали походить на звериные, отчего Покровская пугалась пуще прежнего и еще больше запутывалась в многочисленных завязках. Она не выдержала, и слезы отчаянья брызнули из глаз. Но в этот момент ее ладони нащупали рукава, и платье плавно скользнуло вниз по телу. Похититель удовлетворенно хмыкнул.

— Моя королева.

Он окинул ее плотоядным взглядом, от которого Саше сразу же захотелось отмыться, потом подбежал и взмахнул руками прямо перед ее лицом. Девушке показалось, что он хочет или ударить, или прижать ее к себе. И то, и другое пугало. От него разило немытым телом. На секунду безумец задержался в шаге от вожделенной мечты, а потом также резко умчался назад к стене и остался на расстоянии, рассматривая Покровскую, как ценную картину из своей коллекции. Корона его, как успела разглядеть Саша, была пластмассовой, сделанной на одном из китайских заводов. Сейчас она сползла на бок. И от этого он стал выглядеть еще нелепее.

Сдерживая рвотные позывы, девушка стала оглядывать комнату в надежде найти выход. И тут взгляд ее выхватил нишу, заколоченную решеткой. Девушка пригляделась, и на нее накатил новый приступ дурноты. Она поняла, что из-за решетки высовывается человеческая рука… а точнее то, что от нее осталось.

— Пропавшие девушки, — прошептала Саша. — Вы их убили?!

Ее затрясло. Покровская стала наступать на чудовище, не понимая, откуда к ней пришла смелость.

— Вы заточили несчастных в темнице и морили их голодом?! Да за какие грехи?!

Безумец оторопело уставился на нее, не ожидая такого напора. Покровская приблизилась к нему почти вплотную. Негодование так распирало девушку, что, казалось, от каждого своего слова она увеличивается в размерах, тогда как мужчина будто становится все меньше и меньше. И если поначалу он мог противостоять ей, то в какой-то момент вздрогнул и начал сжиматься, горбиться и… наконец, отступил.

— Эти женщины могли жить и жить! Радоваться! Встречать рассветы! Провожать закаты! Быть с любимыми! Вы! Да вы просто чудовище!

Покровская не ожидала от себя подобной речи. Она вообще не понимала, откуда в ней взялись силы и уверенность в своих