Чудовище тайного острова - Екатерина Владимировна Новак

Лицо Фернандо выражало такую скорбь, что Покровская пожалела его.

— А тут скорее Сашин грех, а не ваш, — уверенно сказала Джо. — Почему молчала? Знала же, что все это не шутки. Научись доверять тем, кто тебя любит!

Покровская посмотрела на подруг и увидела осуждение. Генри, наоборот, отчаянно прятал глаза, и Саша почувствовала — он жалеет, что не поделился этим со всеми и, более того, винит себя в произошедшем.

В то же время Павел, который тоже знал про розы, не проявлял ни раскаяния, ни интереса к произошедшему. Он вообще все это время стоял в стороне, думал о чем-то и вел себя до крайности отстранено. После того, как Сашу вызволили из комнаты Карла, он вообще старался не подходить к ней, как будто она прокаженная. Покровская решила разобраться с этим потом. К тому же в этот момент пришли другие полицейские и настояли на том, чтобы забрать Фернандо и Анхеля. Второго без лишних слов повели на яхту, а первого к месту захоронения Элен Шатье.

Как-то так вышло, что Мишель осталась с Сабантини. Ей не терпелось рассказать ему подробности, а Генри, Саша и Джо, махнув на нее рукой, ушли в бар. Напитки не подавали, но зато можно было побыть наедине.

На улице совсем посветлело, волны успокоились, спасатели готовились к эвакуации. Понурые официанты отправились на яхту Фернандо. Вывезти ее на Варадеро разрешили Анхелю, правда, под присмотром полиции. Оставшиеся участники конкурса, и Павел в том числе, ушли на берег и теперь угрюмо сидели на песке, меряя океан печальными взглядами. Рой перед этим, не заморачиваясь, взял из бара бутылку виски и потягивал ее прямо из горла. Рейна и Павел вскоре к нему присоединились.

— Да уж… жалкое какое-то вышло чудовище, — нарушила тишину Джо. — Одно точно: звание «Карибский король» подошло бы ему идеально.

Она положила локти на барную стойку и подперла ладонями голову.

— Да… и с одной стороны, Мишель права… Он был чудовищем… Пусть из-за болезни, и все же… Уж мысли у него точно были ненормальные. Человек не должен так мыслить, — поддержала разговор Саша.

— Он слишком много претерпел, — возразил Генри. — Жуткая смерть родителей, отказ девушки, которую он, как ему казалось, полюбил… — Внезапно Клиффорд запнулся, как-то странно посмотрел на Сашу и, еле уловимо качнув головой из стороны в сторону, продолжил: — Впрочем, и гибель Элен наверняка повлияла.

Саша кивнула.

— Жутко все это. Себастьян и Элен… оба разбились… надо же, как бывает…

— Еще не факт, что Себастьян сам разбился, — вспомнила Джо.

В этот момент полицейские сообщили о готовности яхт, и никто не стал ждать дополнительного приглашения. Все ринулись туда так быстро, что через пять минут в отеле не осталось ни гостей, так и не окончивших квест, ни обслуживающего персонала.

Саша и вовсе вздохнула с облегчением только когда оказалась в нескольких километрах от острова. Они с Павлом стояли у правого борта спасательного судна полиции и, слегка развернув головы, смотрели на быстро удаляющуюся землю. Им наконец-то выпало время побыть вдвоем, но разговор не клеился. Они, неизвестно по какой причине, в один момент стали друг другу совершенно чужими людьми.

— И каково это? Стать возлюбленной короля? — услышала Покровская итальянскую речь и увидела, что к ним подошел Сабантини.

Павел попросил перевести, и она перевела. Паша неприятно усмехнулся. Инспектор не посмотрел в его сторону.

— Значит, снова разбиваешь сердца? Что-то не везет влюбленным в тебя людям. Может, и хорошо, что у нас не зашло далеко? — ничуть не зло, скорее, со смешком, спросил Сабантини. — Сначала Паоло Моретти, теперь Карл…

Саша, расстроенная таким мнением о себе, не задумываясь о последствиях, перевела Паше все, что сказал итальянец.

Лицо Дятлова приобрело землистый оттенок, а в глазах появился какой-то безотчетный страх.

— А ты знаешь. Он прав, — сказал он, пятясь, — с тобой и правда что-то не так!

Он с минуту смотрел на удивленную Покровскую, а потом ушел на другую сторону яхты.

— Кажется, я его напугал? Он что, твой парень? Извини, если создал проблемы.

— Да ну его! — Саша махнула рукой. — Лучше скажи, что будет с Фернандо?

— С ним будет суд. А то, что решит суд, то и будет справедливо.

— Но все так запутанно!

— Да… он либо покрывал убийцу… либо Карл им не был. Ведь девушка и правда могла упасть случайно. Теперь-то уж кто разберет. Если бы раньше… да и то…

— А что Себастьян? Вы просмотрели видео?

— Я лично нет, но мне сказали, что Карл не виновен. Так уж… косвенно если только. Выпрыгнул из темноты в этой своей короне, плаще… тот и попятился назад от неожиданности. Упал спиной на перила… ну и остальное ты знаешь.

— Да… но он определенно был… не знаю… хотел властвовать, что ли? Он так обращался с этими скелетами… б-р-р.

Сашу передернуло.

— Да больше половины людей в мире хотят властвовать. Просто им удается скрыть свои чувства. А тут больной человек.

— Что правда, то правда.

Они помолчали.

— Надеюсь, ты не думаешь, что я всерьез считаю тебя опасной?

— Нет, — рассмеялась Саша. — Но вот он теперь считает.

Покровская кивнула в сторону Паши. Тот стоял рядом с Трамбле. Пытался говорить на английском и продолжал глушить с ним виски.

— А ты молодец, что приехал и все разрулил, как всегда.

— На этот раз вы сами все разрулили, — улыбнулся Сабантини. — Теперь вас и дилетантками-то называть несправедливо. Кстати, а что подружка твоя? Так и не понял, вышла она замуж или как?

И Саша, и Сабантини одновременно посмотрели на Мишель. Она сидела прямо на ступенях, прислонив голову к стене. Печальная, расстроенная и какая-то не такая, как обычно. Рядом с ней, облокотившись о борт корабля, стоял Генри. Они о чем-то тихо разговаривали.

— Нет… но думаю, что свадьба не за горами.

— Жаль… — сказал Сабантини и улыбнулся.

В этот момент его позвали в рубку. Он потрепал Сашу по плечу и ушел.

Неумолимо приближался берег Кубы. Темная вода становилась бирюзовой, чайки неотступно следовали за яхтой, а солнце сияло на небосклоне, отражаясь в капельках воды на