Грань безумия - Анастасия Пименова
Это в корне отличается от того, что было в первый раз.
Его руки обвиваются вокруг моей талии, притягивая еще ближе, и я чувствую каждый изгиб его тела, каждое движение. Ощущаю, как гулко бьется его сердце. Прямо как и моё собственное.
Он пахнет лесом и свежестью, и этот запах дурманит.
Это настолько дико. И странно.
Мои руки невольно тянутся к его волосам, перебирая светлые пряди, чувствуя их шелковистость.
Ощущаю, как внутри, внизу живота всё напрягается, и я сама прижимаюсь к нему ближе, когда моя футболка слегка задирается. Ткань его одежды грубая, и кажется мне сейчас лишней.
Пальцы Ника задевают открытые участки кожи, и в тех местах остаются будто ожоги.
Отстраняюсь, потому что воздух заканчивается, и понимаю, что сижу на нем.
Дыхание сбито, сердце бешено колотится, а в голове — лишь приятная пустота.
Сейчас его глаза напоминают самый темный лес, в котором я только была. Опасный и неизведанный.
Молчание между нами наполняется таким напряжением, что кажется, его можно потрогать.
Ник вновь касается своей рукой моего лица и прислоняется к моему лбу. Просто дышит. Так… будто я его воздух.
— Спасибо, — произносит он.
И я не знаю, за что именно парень благодарит. За поцелуй или что-то ещё, однако не решаюсь спросить.
Сейчас внутри и так происходит черт-те что.
Джеймс
Получаю на телефон сообщение от отца о том, что он уезжает на несколько дней, так как его вызывают на базу. Посылаю ему короткий ответ и убираю телефон в карман.
Делаю глоток кофе и ставлю стакан обратно на ступеньку, где сейчас и сижу, когда вокруг все ходят перед началом занятий.
Солнце еще не поднялось достаточно высоко, чтобы согреть остывший бетон.
Внимание привлекает тот самый автомобиль Максвелла, на который все тут же смотрят.
Я смотрю на то, как он медленно заезжает на парковку и останавливается.
Жду. Чего? Когда оттуда появится девушка, и именно так и происходит.
Шоу выходит немногим раньше Николаса, но останавливается, чтобы подождать его.
Она не замечает меня, в отличие от парня, который будто бы чувствует мой тяжелый взгляд на себе.
Выражение лица Максвелла не меняется, даже никакой мускул не дергается, но всё равно… Меня что-то напрягает. Тревожит. Он словно насмехается или нечто подобное.
И я понимаю почему буквально через несколько секунд.
Максвелл берет за руку Шоу, и, когда девушка оборачивается, он притягивает её к себе и целует.
Моя челюсть тут же сжимается.
Она не вырывается, лишь замирает на короткие мгновения, а затем нерешительно прижимается к нему, отвечая.
Ощущаю, как кровь приливает к лицу, а в ушах начинает звенеть. Злость волной накрывает меня, но я не делаю ничего. Не шевелюсь. Продолжаю смотреть и думать.
Это всё объясняет. Вот почему она избегала меня в последнее время и отказывалась идти на контакт. Максвелл словно червь забрался ей под кожу и засел там.
Он делает это сейчас специально. Целует её на глазах у всех, на моих глазах, чтобы все поняли, что она — его. Впрочем, возможно, я бы сделал так же.
Чувствую себя еще более паршиво и не понимаю, в чем дело. Вернее, я догадываюсь, но не могу понять, как эта девушка так прочно засела у меня в голове.
Бетон под ногами кажется зыбким, а солнце, которое должно согревать, теперь лишь обжигает кожу.
Смотрю на то, как они отстраняются друг от друга и как Шоу улыбается.
Слышу сзади шаги и различаю поступь Рэйфа.
— Я же говорил, Джеймс, — его голос звучит приглушено.
Разворачиваюсь и ухожу, направляясь внутрь школы.
Возможно, Рэйф был и прав.
Ранее я пытался отыскать информацию касаемо того, где Максвелл провел эти два года, в какой такой клинике, где изменился до неузнаваемости, потому что мне удалось найти его старые фото. На них всех был изображен маленький мальчик с затравленным, словно у зверя взглядом, в котором горело пламя.
И да. Человек действительно не может измениться так, тем более чудесным образом излечиться от всех болезней.
Сейчас же я понимаю, что бессмысленно что-либо искать. Для чего? Шоу теперь с ним. И я не собираюсь лезть в их отношения. В конце концов, это просто девушка, с которой нам, по всей видимости, не по пути.
Глава 6
Наши отношения с Ником развиваются… стремительно. За последние три недели мы и делаем, что проводим время вместе. И я чувствую себя… спокойно. Странно, да?
Но именно так я себя и ощущаю. Мне нравятся наши вечера, нравится, как он прикасается ко мне, как целует, так, что каждый раз во мне всё замирает.
И папа недавно узнал об этом, когда увидел наши далеко не дружеские объятия. Он ничего мне тогда не сказал, но попросил оставить его с Ником наедине.
Ни один, ни другой так и не сказали, о чем говорили. Но тут даже гадалкой не нужно быть, чтобы понять, что о наших с Ником отношениях. Не знаю, к чему они пришли, но оба вышли тогда из дома с хмурыми лицами.
Что касается Джеймса, то… мы с ним теперь даже не здороваемся, словно так и остались незнакомцами, хотя, наверное, так оно и есть. А ещё он встречается с Мэди с недавних пор. Без понятия, как у них так всё получилось, но… не пойму, что испытываю. Без понятия, как у них всё закрутилось, но в какой-то степени это даже логично, ведь Мэди он изначально понравился.
Подруге было неловко в этом признаваться, когда мы с ней прогуливались до дома в один из дней. Я же внимательно выслушала её, улыбнулась и сказала, что… рада за них, если