"Фантастика 2026-218". Компиляция. Книги 1-29 - Василий Груздев

В теории можно было обойтись вообще одним единственным видом камня, а остальное нарастить вручную, добавляя кристаллическую крошку. Создавать заново каждый узел и соединяющие их каналы, но это заняло бы в сотню раз больше времени. Практически как вырастить с нуля…

Ну всё, пора начинать! Бёрн выдохнул, разминая шею. Четыре часа сна — это издевательство, если учесть, сколько физических и моральных сил было затрачено. Тело ломило, веки наливались свинцом…

Пришлось использовать исцеление, чтобы придать себе бодрости. Работало это как стимулятор: временно блокировало неприятные ощущения и улучшало работоспособность. Но в итоге негативно влияло на нервную систему и самый главный для человека инструмент — мозг. Таким образом можно даже прикончить себя. Впрочем, если этим не злоупотреблять, последствий особых быть не должно.

В руках Алекса оказался «Д-17» — мутно-зелёный камень с множественными сколами по граням, базовая заготовка. Парень зафиксировал его в пальцах, выпустил нити дара и провёл первичную диагностику: внутреннее плетение имело излишне высокую плотность, но критических дефектов не наблюдалось.

Бёрн прошёлся по его граням, стабилизируя структуру, и приложил к нему первый кристалл — чёрный с прозрачными включениями. Для тонких манипуляций время ещё не настало. Сначала надо срастить их органично, чтобы они работали в унисон.

Совместив грани, он разорвал узлы на их поверхностях и перекинул с кристалла на кристалл. Что в итоге привело к взаимной диффузии. Камни слиплись и в какой-то момент стали практически одним целым. Тут главное — не перестараться, чтобы не повредить изначальную структуру, и потому приходилось чётко контролировать глубину проникновения, обрывая лишние связи на стыках.

Далее присоединился плоский кристалл, полупрозрачный, со сложным энергетическим узлом в центре. Туда лезть вообще нельзя — это готовый вычислительный элемент. Излишне сложный и мощный для задуманного, а потому не очень энергоэффективный, но лучше так, чем создавать то, что нужно, с нуля. Просто присоединил его к управляющему контуру.

Третий — камушек игольчатой формы. Выполнял сразу две функции: являлся конденсатором и проводником. Тут уже пришлось повозиться, чтобы органично вписать его.

Предпоследний штрих — стабилизировать энергетические потенциалы, равномерно распределив их в получившемся кристалле. В руках Бёрна он сам по себе менял очертания, наливаясь зеленоватой чернотой.

Уф, не рванул! Уже хорошо. Значит, последние десять минут прошли не зря. Вроде бы ничего сложного, но даже во времена Старой Империи это считалось невозможным. Мол, человек не способен контролировать сотню переменных одновременно, постоянно корректируя их параметры.

Так в этом и есть хитрость! Он не менял элементы по отдельности, а чувствовал энергетический баланс, смещая его в нужную сторону за счёт создания новых энергетических узлов. Да, сложно — сродни удержанию равновесия на канате, жонглируя десятком предметов… Но в этом и заключался дар артефактора!

Впрочем, хватит самолюбования. Когда рядом нет способного это оценить человека, это вполовину не так приятно. Пора было переходить к тонкому плетению.

Закрыв глаза, Алекс направил нити дара вглубь структуры, сканируя сеть энергетических каналов. И, попутно сверяясь с возникающей в голове схемой, начал превращать мешанину из непойми чего в полноценный подчиняющий артефакт.

По окончании проверив его на стабильность, глянул на часы. Двадцать минут. Неплохо. Три штуки в час. Если не сбавлять темп, то требуемое количество накопится за сутки, и как раз четыре часа на то, чтобы поспать… Придётся себя загнать, но и выбора особо нет. Потом ещё время на внедрение кристаллов. Хоть бы уложиться в сроки…

После чего начался «марафон», который Бёрн теперь должен был запомнить на всю жизнь. Трижды приходилось использовать исцеление в качестве стимулятора, чтобы не сбиться с ритма, но в итоге он уложился.

Первой мыслью парня, когда с операционного стола слезал последний из тарков, была: «Чтоб я на такое ещё раз подписался!»

Мозги, казалось, вытекали через потрескавшуюся от напряжения черепушку. Но успел он в срок, уже на автопилоте раздавая последние указания, закреплял тарков за людьми-операторами. На всякий случай проверял, как оперативно они выполняют указания.

У пары особей наблюдались некоторые отклонения в реакции, но по сути это ни на что не влияло. Со своими обязанностями они справлялись, тесты прошли. Теперь для управления «крепостями» он не требовался. Риггер отработал стандартные манёвры, пострелял по мишеням и отвёл гигантские бронированные корабли на заготовленные позиции.

Судя по довольной физиономии, он был удовлетворён тем, что получилось в итоге. Отметив, что подготовка к предстоящему сражению тоже подходит к концу, Алекс с чистой совестью распрощался с адмиралом.

— И куда вы теперь, Моркштерн? — спросил тот озадаченно, но без неприязни, которая от него сквозила прежде.

Смирился с тем, что в его флоте есть неподконтрольная ему единица?

— Спать, — буркнул Алекс. — Если что, я на «Эспере», жду начала операции. Разбудите, когда из врат появится материнский корабль тарков. Мне его в коллекции не хватает.

Почему нет? Судя по тому, что удалось выяснить, систем самоуничтожения на кораблях тарков не было. Из беседы с инженером стало понятно, что теоретически можно вывести реактор в режим перегрузки, но на практике это надо ещё постараться — система защищена от «дурака». А значит риск будет как и прежде невысок.

Пока есть такая возможность, надо пополнять свой арсенал тяжёлыми кораблями. В крайнем случае на металлолом пойдут, но лучше всё же использовать их по назначению…

Сигнал тревоги ворвался в сон, разорвал его в клочья. Сознание включилось так, будто кто-то щёлкнул тумблером. В каюте горели жёлтые аварийные огни. Никакой суеты — Алекс чётко осознавал, где находится и что ему делать дальше. «Эспер» висел в груде мусора, некогда бывшей кораблями Империи и тарков. Вперемешку — так было реалистичней…

А уж если прозвучал сигнал, значит, основное действие этого представления состоится в ближайшие часы.

Сев на койке и растирая лицо ладонями, парень прислушивался к своим ощущениям. Чувствовал он себя отдохнувшим, и в то же время в голове муть — последствие злоупотребления стимуляцией организма «исцелением». Снять этот эффект может только здоровый сон и отдых. И нынешних восьми часов было для этого недостаточно. Впрочем, на общую его эффективность это повлиять не должно.

Облачиться в «Нокс» было делом пары секунд. Визор мигнул, подтверждая готовность сателлитов. Оглядевшись, Бёрн обнаружил спящего в углу каюты Краха. Забравшись на кучу драной одежды, тот продолжал мирно сопеть в две дырки, не обращая внимания на сирены.

— Пойдём, парень, — позвал его Алекс. — Скоро нам предстоит вечеринка.